Наталья Егорова - Остаться собой
- Название:Остаться собой
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Наталья Егорова - Остаться собой краткое содержание
Остаться собой - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Я хочу разобраться!
Марцелиус поджимает губы, отчего кончик носа почти смыкается с подбородком.
– Знания ищете, значит? Что ж, извольте.
Кивает мне рукой на продавленное кресло, сам устраивается на жестком табурете. Немыслимо сплетает пальцы, уставившись в зеркало стола.
– Насколько я понимаю, раз уж вы попали ко мне, вас прижали с идентификацией? - начинает он. - Идентификация личности бывает двух типов: об одном знают все - это код личного вживленного идентификатора, любой полицейский и любой блок слежения по этому коду распознает ваши данные. Однако, идентификатор несложно сменить, вам это уже сделали или сделают в ближайшее время. Зато о другом способе знают лишь специалисты.
Похоже, какая-то из рук у него искусственная: при движении раздается посвистывание на грани слуха. Руки нервно вытанцовывают по зеркальному столу, отчего пальцев кажется в несколько раз больше.
– Наномолекулярные технологии правят миром, молодой человек, как бы мы к этому не относились. Наши воспоминания, накапливаясь в течение всей жизни, сохраняются в белковых молекулах нейронов головного мозга. При этом каждая группа этих молекул, отвечающая за конкретный эпизод вашей жизни, имеет электрохимический потенциал, которым мозг обозначает важность тех или иных воспоминаний. Пока ясно?
– Вроде бы.
– Воспоминания, потенциал которых выше определенного порога, человек не забудет никогда, сколько бы ни прошло лет. А значит, такие группы молекул можно использовать для идентификации личности: ведь даже одно и то же событие каждый человек запомнит по-своему.
– Ерунда, - искренне возражаю я, - откуда они берут эталоны?
– Когда вам вживляли идентификатор, то делали это под наркозом, верно? А заодно просканировали мозг и заложили молекулярную матрицу воспоминаний во всеобщую базу. Так что в случае необходимости вас вычислит любой патруль - у них есть нужные устройства.
Вычислит? Я занимаюсь информацией достаточно, чтобы понимать - нечеткий поиск по нескольким наборам белков среди двадцати миллиардов записей займет не минуты и даже не часы.
Марцелиус правильно истолковывает мой взгляд.
– Им не нужно будет искать среди всех жителей планеты. Каждому патрулю выдают сведения о преступниках, находящихся в розыске, а их не так уж много. Человек может изменять лицо, код и структуру сетчатки, но заменить воспоминания сложнее всего.
Что-то в его словах тревожит меня.
– Не проще ли изменить запись в базе?
– Если бы это было проще, организации, подобные вашей, давно уже этим занялись бы, правда?
Похоже на правду, но неприятный холодок не проходит. Тяну время.
– Значит вы удаляете воспоминания с нужным потенциалом?
– Не удаляю - заменяю. Они становятся другими.
– И вы вот так свободно этим занимаетесь?
Марцелиус скорчил укоризненную гримаску.
– Бестактный вопрос, молодой человек. Свободно я занимаюсь психокоррекцией под гипнозом: лечу бессонницы, депрессии, неврозы. Ваш случай попадает в категорию незаконных операций, а их я проделываю только для тех, кто не сможет донести.
– Не сможет? - возникает сразу несколько ассоциаций, и все чрезвычайно неприятные.
– В данном случае я заключал договор не с вами лично.
Пояснение ничего не прояснило: почему он не страшится доноса от меня? Поставит гипнотический блок? Возможно.
Марцелиус начинает раздражаться.
– Так мы начнем или вы уходите?
Слишком много "за" и одно неясное "против", которое я не успеваю осознать. Облизываю сухие губы.
– Да. Начнем.
– Расслабьтесь. Закройте глаза.
* * *
Я вижу мать. Смеющееся лицо склоняется надо мной, белокурая прядь щекочет нос. Она действительно так юна или это давняя память играет со мной? Мягкие пальцы треплют меня за щеку. Мне это не нравится, я верчусь, пытаюсь высвободиться.
Мгновенная пелена застилает взгляд. Почему я решил, что она молода? Усталая, среднего возраста, с удрученными складками вокруг рта, она берет меня на руки. Я тыкаюсь носом в гладкие темные волосы. Она мурлычет мне в ухо какую-то простенькую мелодию.
Передо мной женщина без лица: не помню, как она выглядела, только синяя гладкая ткань одежды видна до мельчайшей ворсинки. Я плачу - горько и безутешно, как умеют только дети.
– Ты будешь жить здесь, - гулко произносит низкий голос.
– А когда придет мама?
– Придет... - падают слова, и я понимаю, что не придет - никогда. И со слезами рвется наружу так мало еще успевшая пожить, но так больно раненая душа. Стоит перед глазами переплетение крохотных нитей на платье безлицей женщины.
Я смаргиваю слезы, и платье меняет цвет, а голос - тон. И я внезапно вспоминаю, что все было вовсе не так. Что мать приезжала в интернат еще много раз, что мы крупно поругались прямо перед моим выпуском, а потом я приходил к ней мириться...
Лысый Кет молча, но упорно отпихивает меня от "технологического отверстия", которое мы проделали в стене душа неделю назад. Я не сдаюсь, потому что подсматриваю за Деей, и вид ее крепких ягодиц с двумя ямочками над копчиком в каплях воды неодолимо притягивает взгляд. Я бесшумно отбрыкиваюсь и мучительно жду, когда Дея обернется: мне страшно интересно, действительно ли у нее уже по-взрослому большая грудь, или она пользуется накладками?
Кет пыхтит над ухом и пинается все сильнее. Неожиданно я теряю равновесие и, всем весом ударившись в дверь, влетаю в душевую. Кету удается застрять на пороге.
Я так и не успеваю ничего разглядеть: Дея мгновенно заворачивается в полотенце и только потом принимается визжать. Я прижимаюсь щекой к скользкому зеленому пластику и мечтаю, чтобы на крик не прибежала Стерва. Пытаюсь размазаться по полу и не слышать, как жалко оправдывается в коридоре перед подоспевшим дежурным Кет.
Мокрая взвесь размывает мир. Я робко поднимаюсь на ноги и пытаюсь придумать хоть какое-то оправдание. На пороге маячит худой и нескладный дежурный - это не Стерва.
Стараюсь вспомнить, кто такая Стерва и почему я так ее боюсь - не могу. Оборачиваюсь к Дее и натыкаюсь на незнакомое лицо. Через мгновение вспоминаю, что ее зовут Рози и она, кажется, на последнем экзамене по дискретной логике неправильно решила почти все задачи. А мне, передравшему по сети ее вариант, влепили неделю физического труда.
Бюста у нее под полотенцем вообще нет. Я злорадствую несмотря на унижение.
Я и не предполагал, что вмешательство в интернатовскую сеть так легко раскрывается. Иначе не стал бы рассылать дурацкие сообщения "Преп Тэн Килден - ушастый кретин" всей школе. К слову, Тэн Килден действительно лопоух, а лингвистику даже толстый Порпин знает лучше него. Казалось, я так остроумен...
Горят щеки, уши и даже шея. Стою навытяжку возле учебного терминала и мысленно ругаю себя как только могу. За спиной шушукаются девчонки, Порпин украдкой демонстрирует древний обидный жест. Явственно представляю себе, как меня выгоняют из школы, и отправляют на хлорелловый уровень или в ассенизационный отряд.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: