Брайан Херберт - Битва за Коррин

Приняв решение, Вориан начал уточнять детали и подробности своих путешествий и командировок на многочисленные планеты за время службы в армии Джихада. Но записи часто оказывались неточными или искаженными, в особенности это касалось планет, которые в то время были заняты мыслящими машинами. Находилось какое-то количество женщин, желавших принять участие в укреплении сильно потрепанного рода человеческого и родить здоровых детей. Но если они тогда не поставили его в известность об этом, то будет очень трудно выяснить это сейчас, по прошествии многих лет.

Был, однако, исходный пункт. Вориан знал, что на Хагале жила Карида Джулан, которая родила от него дочь. Очень давно, когда она сказала ему об этом, Вориан оказал существенную материальную поддержку своему ребенку и его матери. Но после того как он познакомился с Лероникой, все прежние связи были им утрачены.

Слишком часто Вориан легкомысленно расставался со своими случайными возлюбленными, отказываясь от всяких обязательств. Частью его образа жизни становилось принятие в этом отношении скорых решений, не задумываясь при этом о последствиях. Если бы ему теперь удалось найти дочь, рожденную Каридой — он узнал фамилию ребенка — Хельмина Берто-Анирул, — то, вероятно, он сможет искупить свою старую вину.

Просматривая архивные документы, Вориан очень расстроился, узнав, что Хельмина семь лет назад погибла в автодорожной катастрофе. Однако была жива ее дочь, которую она родила уже в зрелом возрасте. Внучку звали Ракелла. Согласно заслуживавшим доверия данным, Ракелла жила на планете Пармантье, недавно отвоеванной у Синхронизированного Мира. Планетой управлял сейчас губернатор Риков Батлер.

Вориан решил немедленно, пока еще не поздно, встретиться с ней. Совет Джихада и Квентин Батлер были весьма рады такому решению, так как смогли передать с ним важные документы Для Рикова Батлера и надеялись получить сообщения от него. Все это очень хорошо совпадало с намерениями самого Вориана Атрейдеса.

Вориан придал бывшему курьерскому кораблю максимальное ускорение, какое тот мог выдержать не развалившись. «Мечтательный путник» был безнадежно тихоходен по сравнению с современными военными и торговыми спейсфолдерами, но зато во время долгого путешествия Вориан мог отрепетировать свою встречу с незнакомой внучкой.

Когда Ракелле было около двадцати лет, она вышла замуж за солдата армии Джихада, и солдат этот погиб, не прошло и года после свадьбы. После этого овдовевшая Ракелла изучала медицину и посвятила себя лечению боевых ранений и смертельных болезней, которые, как и в древности, продолжали поражать людей. Теперь ей было двадцать девять, и много лет она работала бок о бок с известным и уважаемым врачом Мохандасом Суком. Были ли они любовниками? Возможно. Сам доктор Сук приходился внучатым племянником великого хирурга доктора Раджида Сука, который служил Серене Батлер во время первой волны Джихада. Вориан довольно улыбнулся. Его внучка, так же как и он, обладала незаурядными амбициями!

Когда «Мечтательный путник» наконец приблизился к орбите Пармантье, по каналу связи поступило открытым текстом очень странное сообщение:

— Говорит губернатор Риков Батлер. По моему приказу Пармантье находится под строгим карантином. Половина населения нашей планеты стало жертвой новой инфекционной болезни, вероятно, разработанной мыслящими машинами. Смертность от болезни очень высока и колеблется от сорока до пятидесяти процентов, не говоря уже о всех бедах и хаосе, вызванном эпидемией. Общий ущерб не поддается точному определению. Уходите, пока вы не заразились. Предупредите правительства и население других планет Лиги Благородных.

Встревоженный Вориан включил передатчик.

— Говорит верховный главнокомандующий силами Джихада Вориан Атрейдес. Поясните подробности вашего положения.

Волнуясь, Вориан стал ждать ответа.

Однако вместо ответа снова прозвучал голос Рикова, повторивший прежние слова. Это была запись. Вориан снова передал свою просьбу, все-таки желая получить ответ. Но никто не отзывался.

— Есть здесь кто-нибудь? Есть кто-нибудь живой?

Локаторы Вориана тотчас обнаружили на орбите стационарные станции, блокировавшие вылет кораблей с планеты. Эти станции, ощетинившиеся оружием, пока молчали. Ближайшая была похожа на жирного жука, огромный круглый корпус с ярко освещенными иллюминаторами, окружавшими экватор сферы. На общепринятом галактическом языке регулярно по всем линиям связи транслировались предупреждения и угрозы применить силу при попытке нарушить пояс оцепления.

Вориан принялся вызывать на связь ближайшую станцию, но ответа на свои обращения по-прежнему не получал. Однако в случаях, когда Вориан решал добиться поставленной цели, он обычно проявлял бульдожье упорство. Теперь, когда он знал, что планету поразил жестокий кризис, ему надо было непременно встретиться с Риковом Батлером. А поскольку он, кроме того, знал, что здесь Ракелла, то он никак не мог развернуть корабль и улететь, не повидав ее.

Внезапно на непрерывные сигналы Вориана откликнулась другая станция. На экране появилось изображение худой изможденной женщины.

— Уходите! Вам запрещена посадка на Пармантье — у нас строгий карантин в связи в бедствием, посланным Омниусом. Это Бич Дьявола.

— Омниус уже давно стал Бичом, отравляющим человеческое существование, — ответил Вориан. — Расскажите мне, что это за новая чума.

— Она свирепствует у нас уже несколько недель, и нас послали на станции, чтобы обеспечить карантин. Половина из нас больна. Скоро все станции опустеют.

— Я все-таки попытаю счастья, — решительно произнес Вориан. Он всегда отличался склонностью к импульсивности — к неудовольствию его друга Ксавьера Харконнена. Продлевающая жизнь процедура, которой сто лет назад подверг его Агамемнон, служила превосходной защитой от инфекционных заболеваний.

Самое тяжелое заболевание, которым он страдал за все эти годы, была какая-то легкая простуда. — Карантин — это когда не разрешают улетать, а не прилетать.

Истощенная женщина выругалась, обозвала Вориана дураком и отключилась.

Сначала он пристыковался к молчащей станции. Пусть они посылают какие угодно предупреждения, но он, Вориан Атрейдес, никогда особенно не прислушивался к приказам. «Мечтательный путник» пристал к станции и после необходимого изменения конфигурации люков смонтировал переходный шлюз. Вориан еще раз назвал себя, напрасно подождал ответа, а потом открыл замки, чтобы лично узнать, что за чума поразила Пармантье.

Когда он прошел первую камеру и вдохнул то, что должно было быть стерилизованным и отфильтрованным воздухом, то сразу понял, что дела на станции идут из рук вон плохо. Он отличался поистине экстрасенсорной способностью улавливать несчастья. Вориан активировал персональное защитное поле и убедился, что может легко выхватить в случае необходимости висевший на поясе кинжал. Он сразу учуял слишком хорошо знакомый запах смерти, который невозможно спутать ни с каким другим.