Такаббир Кебади - Трон знания. Книга 3
- Название:Трон знания. Книга 3
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Такаббир Кебади - Трон знания. Книга 3 краткое содержание
Трон знания. Книга 3 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Да-а-а… Мы их разозлили…
— Ты хотел, чтобы Грасс-Дэмор не сходил с первых полос газет. Так вот, в газетах нет других новостей. Там один Грасс-Дэмор. Такой шум подняли вокруг конфискованных предприятий!.. Я ехал сюда мимо завода Троя Дадье. Ораторы прыгают, кричат. Толпа стоит четвёртый день, а снести ворота духу не хватает. Второй раз людей не соберёшь.
— Отправляйся в Ларжетай. Скажешь Лаелу, чтобы до моего приезда ничего не предпринимал.
Закрылась дверь. В приёмной затихли шаги. В окно стучал дождь, над пустошью выл ветер. Прищурив глаза, Адэр рассматривал хрустальные подвески на люстре. Мысли разлетались подобно свету, и собрать их воедино не представлялось возможным.
— Эш вам солгал.
Адэр опустил голову. Малика сидела на корточках перед камином. На бледном лице плясали блики огня. Протянутые к огню тонкие пальцы подрагивали. Шарф свисал с плеча и стелился по полу.
— Знаю, — кивнул Адэр. — Он бессменный идол, символ непобедимой Лайдары. Ему стоит только сказать, и народ подчинится.
— Поговорите с ним.
— Достаточно того, что я опустился до расспросов о причине отказа.
— Эш не понимает, как это — думать обо всей стране. Он любит свой народ и думает о нём. Простите его за это. — Малика встала, поправила на плечах шарф. — Меня не будет несколько дней.
— Когда уезжаешь?
— Утром.
Адэр думал, о чём бы ещё спросить, но в голову ничего дельного не приходило. Малика взяла пальто и пошла к двери.
— Эйра… Что означает твоё имя?
Она обернулась:
— На полуострове морун есть подземное озеро. Называется Эйра.
— Когда мы туда поедем?
— Зачем?
— Мы забыли о морунах.
— О них не стоит волноваться. С ними мужчины.
— И что с того? Мужчины везде, но потепления не предвидится.
Малика улыбнулась:
— Таких мужчин, как у морун, нигде больше нет.
— Когда мы к ним поедем? — повторил Адэр.
— В любое время, но без меня.
— Почему?
— Потому что мне там понравится, и я останусь. — Открыв двери, Малика оглянулась. — К вам пришли. Будьте снисходительны к человеческим слабостям. — И покинула кабинет.
На пороге возник Эш:
— Мой правитель, выслушайте меня, пожалуйста.
Адэр кивнул.
Бывший командир защитников приблизился к столу:
— Я боюсь, что в Лайдару хлынут люди, и всё, что мы сохраняли столько лет, исчезнет. Сейчас я даже хочу, чтобы законный король правил княжеством Лайдара. От Грасс-Дэмора ничего не осталось. Теперь я понимаю, почему страну назвали Порубежьем. Она всегда будет на рубеже между прошлым и будущим. Она всегда будет на пределе жизни, на грани смерти. Её уже не сдвинуть с места.
— Я догадывался, что пророчество Странника — сказка.
— Это не сказка.
— Древние народы придумали её, чтобы оправдать свою лень. После исчезновения Зервана прошло почти сто лет. Что вы делали всё это время?
— Мы пытались выжить.
Адэр облокотился на стол, подпёр кулаком щёку. Предрассудки древних народов настолько сильны, что их не истребили годы и несчастья. Обладая удивительными способностями, люди могли изменить ход истории, но вместо этого спрятались в норах. Кто вбил им в головы, что ожидание законного короля и безразличие к судьбе страны — это одно и то же?
Адэр вздохнул. Он один против закостенелой дикости и тупости. Один против Странника, сумевшего насадить свои бредовые идеи миллионам людей. В таком случае он, временный правитель, объявляет Страннику войну!
— Я не вижу разницы между народами. Мне не важно, какого цвета их глаза и волосы, каким богам они поклоняются и какие песни поют. Для меня глаза любого ребёнка остаются глазами ребёнка. А для тебя это важно, Эш. Ты стоишь на защите черноволосых отцов и сероглазых детей. На всех остальных отцов и детей тебе плевать. И если рядом с тобой будет страдать человек, ты не обратишь на него внимания.
— Вы говорите так, словно ветоны нелюди.
— Ты — идол и символ непобедимой Лайдары — ведёшь себя как нелюдь. Что я должен думать о других?
Пряча чувства за холодной сталью глаз, Эш принял величавую позу:
— В Лайдаре свои законы, я не могу их нарушить.
Адэр вытащил из ящика фолиант, положил его на край стола:
— Если твоё сердце не позволяет тебе принять гуманное решение, пусть его примет Странник.
Эш уставился на старую кожаную обложку.
— Открой её. Ну же! — потребовал Адэр. — Сейчас проверим, насколько человечен ваш пророк. Если он скажет послать ориентов к чёрту, так и поступишь. Твоя совесть будет чиста.
Эш прижал ладонь к груди, опустил руку на фолиант… и отступил от стола на шаг:
— Я сам приму решение. Съезжу к ориентам и переговорю с Йола. Может, не всё так плохо, как рассказала Малика.
Когда Эш удалился, Адэр прикрепил карту на центральной стене и обвёл красным карандашом границы Грасс-Дэмора.
В холле сидели Вилар и Малика. Настольная лампа под лиловым абажуром освещала их задумчивые лица. В каминах плясал огонь, в его свете блестели лакированные ножки кресел и стульев, на занавесях искрились серебряные нити. Раскидистые деревца в керамических вазонах отбрасывали на мраморный пол кружевную тень.
Придерживая Парня за шкуру на загривке, Адэр поднялся на верхний этаж. Вилар и Малика его не заметили. Или сделали вид, что не заметили. Адэр постоял на балконе, сжимая холодные перила. В голове звучали слова старухи-пророчицы: «Одному отдам, возьму себе, а этому подарю…» Кому он её подарит?
***
Рано утром, когда рассвет ещё не успел стянуть с окон туманное покрывало, Адэр и Парень, как два заговорщика, бесшумно вошли в покои Малики. Из приоткрытой двери спальни просачивалась полоска света и тянулась по полу, как граница между «остаться» и «тихо уйти».
Адэр мягко толкнул створку. Стоя возле кровати, Малика возилась с дорожной сумкой.
— Тебя ждёт Вилар? — спросил Адэр.
Малика порывисто обернулась.
— Я не хотел тебя напугать.
— Что-то с замком. Поможете?
Адэр застегнул сумку, провёл ладонью по надутому боку:
— Ты не ответила. Тебя ждёт Вилар?
— Он уже уехал.
— Тогда поедешь со мной.
Малика накинула на голову шарф.
— Не торопись, я буду готов через час, — сказал Адэр.
Она села на край кровати:
— Я не хочу принимать участие в вашей войне.
— В нашей.
— В вашей. Вместо того чтобы вытаскивать страну из ямы, вы заливаете её грязью. Придумываете хитрые ходы, чтобы досадить своим противникам, а о людях забыли. Для вас власть и политика важнее народа. И здесь наши пути расходятся.
— Возле завода Троя Дадье рабочие стоят пятые сутки. Если ты посмотришь на них и скажешь, что им не нужна работа и они мёрзнут в угоду мне, — я отправлю людей по домам. Выезжаем через час.
Под нескончаемым дождём толпились тысячи рабочих — в дешёвых плащах и пальто, в насквозь промокших ватниках. От безжизненных цехов людей отделяли железные ворота и кирпичный забор. У самых ворот, на баррикаде из брёвен и камней, стоял человек в телогрейке и вязаной шапке. Его простуженный голос летел над площадью. Красивые слова о достойной зарплате, о хлебе и масле уже не заводили толпу — за пять дней люди их слышали сотни раз. Идти на штурм ворот у них не было желания, но и разойтись они тоже не могли. Не могли вернуться домой, где их с надеждой ждали семьи. Не могли оставить своих товарищей, с которыми проработали бок о бок столько лет.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: