Ольга Егер - Амазонка [СИ]

Шелест и Тай увлеклись созерцанием оголённых тел, не обращая внимания на окружающих. Даже девица на коленях советника зачарованно следила за танцем, раскрыв рот. Я же не упустила из виду подозрительного лощёного парнишку, пристроившегося за спиной Тая. Стоило сделать вынужденный поворот в такт музыке, и взгляду открылась иная картина: парень тонкими палочками аккуратно извлёк из-под рубахи Тая ниточку с перстнем, бережно срезал кольцо и отодвинулся, протискиваясь под стенкой к выходу. Мы с Войкой как раз в этот момент кружились с саблями. Один поворот — вор у двери. Второй поворот — он переступает порог. Третий, приседание на одно колено — и сабля метко пущенная в сторону выхода, минует застывшего вышибалу. Музыка стихла, а с улицы громко прозвучал мат означающий, что я попала!

Шелест вскочил первым.

— Я, конечно, понимаю, что танец предполагает жертву, но можно же было и без этого обойтись! — прокомментировал вампир, бросаясь на улицу.

— Нельзя было! — огрызнулась я, опережая его.

За нами во двор высыпались и остальные посетители харчевни. Вор сидел на земле у забора и вопил, рыдая в три ручья, при виде опухшей окровавленной культяпки, которая когда-то была ладонью. Его рука, пригвождённая к забору саблей, истекала кровью. Увидев меня мужчина завопил ещё громче.

— Метко! — оценила за моим плечом Фая.

— Странный выбор жертвы! И чем он тебе не угодил? — раздался голос вампира, не торопившегося на помощь моей жертве. За ним толпились все, кто сидел в харчевне. Интересно же, посмотреть, кого пришибла кровожадная амазонка.

— Или он ей, наоборот, очень понравился! — хихикнула одна из сестёр, кажется Марта.

— Верни! — прошипела я вору, хватаясь за рукоять сабли, и выставила перед его лицом раскрытую ладонь.

— Средь бела дня! — запричитал вор.

— Ночи! — поправил его вампир, но с места не сдвинулся.

— Средь ночи, на глазах у всех убивают! Это нападение! Это заговор! — не унимался горлопан.

Я расшатала в его руке лезвие. Кровь полилась ручьями и вор снова заныл.

— Если не заткнёшь пасть и не вернёшь то, что украл, я тебе и вторую руку продырявлю! — пообещала я. Дикарка, пробуждённая танцем, всё ещё верховодила моим телом.

— Сдурела ты девка! Обозналась! Ничего у меня… Ай!

Я провернула лезвие в несчастной, и без того повреждённой, конечности. От воя жертвы даже Шелест дрогнул, и попытался меня остановить.

— Где? — потребовала я. — Если не отдашь, я обыщу твой хладный труп и сама всё найду.

Мой грозный вид впечатлил вора, но он до последнего отказывался сдаваться, предпочитая позицию нападающего.

— С тебя шкуру снять за такое надо! Мужика на тебя нет, чтоб как взял… — и описал всё, что со мной должен сделать не один, а как минимум пятеро мужиков, причём одновременно. Я от злости дёрнула саблю, перед этим расшатав её, чем причинила двойную порцию боли воришке.

— А ты знаешь, что во многих странах ворам отрубают руку?! — тихо прошептала я ему прямо в ухо. — Так какой мне тебя лишить? Целой или уже раненой?

Шелест внимательно слушал, понимая, в чём причина переполоха. Вор испуганно уставился на меня, сознавая, что бешеная амазонка может ещё кое-что отрубить, — ей только топор в руки дай. Но сабля его тоже впечатляла.

— Нет у меня ничего! — отказывался он признаваться.

— Да? Тогда кое-чего ещё не будет! — пообещала я, эффектно взмахнув саблей, и была остановлена Шелестом.

Вор нервно сглотнул, и вытащил из-за пазухи перстень, передав его мне. Однако, никто кроме меня и Шелеста так и не увидел причину кровопролития. Больше мне было не интересно беседовать с негодяем. Дикарка успокаивалась. Развернувшись, я прошла сквозь толпу, остановилась около советника.

— Держи, — сунув перстень Таю, я отправилась переодеваться. А он не сразу понял, что именно я ему вернула.

— Почему ты на испытаниях такого не показывала? — заговорила Войка, увязавшаяся за мной следом.

— Зачем? Чтобы стать шпионкой? — хмыкнула я, проходя в комнату.

— Почему бы и нет?

— Не хочу. Не хочу стать однажды вещью в руках какого-нибудь правителя, власть, законы, которого мне будут чужды. — Я умылась, освежив не только лицо, но и чувства в целом. — Войка! Тебя никогда не смущало то, что мы называем себя племенем вольных женщин, но скованы тысячами правил и законов? Поверь, моя мать была гораздо свободнее нас с тобой, когда её выгнали.

Войка задумалась. Она присела на кровать, поглощённая мыслями, и некоторое время молчала, пока я переодевалась в привычную одежду и заплетала косу.

— Знаешь, ты не такая плохая! Странная, но не худшая из нас! — встала, наконец, сестра, направилась к двери. — Возможно, ты сумеешь заслужить моё уважение!

Она вышла, а я осталась стоять посреди комнаты. За окном, со стороны леса раздался пронзительный волчий вой. Он был полон боли и муки. Я сорвалась с места, но тут же вернулась, чтобы взять походную сумку с лекарствами.

Он звал меня. Ему было плохо. Где-то там, в лесу выл мой волк. Предчувствия оправдались. Теперь меня никто не мог остановить, и я бежала через весь город, сломя голову, за ворота, через луг, прямо во тьму леса. У кромки пришлось остановиться, достать из сумки огниво и смастерить что-то вроде факела. Волк продолжал выть. Я шла на его голос, надеясь не потеряться и найти. Ветер поддувал в спину, словно направлял. Борясь с торопливостью, я шагала осторожно между веток.

Забравшись достаточно далеко вглубь, я испугалась, что заблудилась. Но тут из тьмы, на свет факела вышел огромный волк. Он надвигался грозовой тучей, пригибаясь к земле, будто хотел напасть.

— Тень? — трусливо сорвалось с губ. Но это был не он. Похожий, здоровый зверь и он собирался вцепиться мне в горло. Я застыла, понимая, что желание увидеть Тень только что привело меня в западню, из которой не выбраться живой.

Эхом злобное рычание отдавалось позади. Мне потребовалось несколько минут, чтобы понять — ещё один волк пришёл полакомиться. Меня окружили. Дыхание второго зверя я чувствовала спиной, поэтому не осмеливалась шелохнуться.

Первый, чёрный волк, бросился вперёд, и я дёрнулась в сторону. До меня ему дела, как выяснилось, не было. Ему в горло, с полной готовностью, впился клыками, выскочивший из ниоткуда, другой зверь с отметиной на башке. В нём я признала своего друга. Но второй противник вмешался в поединок. Нападая на Тень он саданул его зубами в бок. Скулёж прервался жутким рычанием. Трое волков закружились передо мной, скалясь и, не осмеливаясь напасть. Я зажимала рот рукой, чтобы не кричать. А потом очень испугалась за Тень и, не помня себя, шагнула вперёд, размахивая перед зверюгами факелом. Они с ненавистью глядели на меня жёлтыми глазами. Я зарычала так же, как это делал мой волк. Он выскочил из-под моей руки и набросился на чёрного зверя, повалив его. Трепал за загривок и пускал кровь. Второй попытался вмешаться, но был остановлен грозными рыком. Волки поняли, кто здесь вожак. Они отступали, оставляя территорию за Тенью.