Александра Плотникова - Бешеный волк [СИ]
- Название:Бешеный волк [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александра Плотникова - Бешеный волк [СИ] краткое содержание
Обложка на этот раз представлена автором
Бешеный волк [СИ] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Посмотри-ка во-он туда.
Ваэрден оглянулся, куда указывал зверь — и затаил дыхание.
Из туманной дымки проступили вековые сосны, послышался шум бегущей неподалеку реки. Пахнуло влажной землей, грибами, старой хвоей, мокрыми камнями. Птичий трезвон оглушил привыкшие к тишине уши. Дохнуло умиротворением и покоем. В этом месте так явственно витали отголоски чьего-то счастья, что казалось, будто можно протянуть руку и взять его, овеществленное, в ладонь.
За деревьями виднелся добротный дом из серого камня, обсаженный роскошными розовыми кустами. Розы… Ваэрден невольно шагнул туда, захваченный любимым сладким запахом. И тотчас видение подхватило его, приняло в себя, окружило со всех сторон. Зазвенел детский смех. Стайка ребятишек, мал-мала-меньше, высыпалась из кустов чумазыми горошинами.
— Папа, папа, мы огнянку поймали!
Всей стаей рванули к нему, вцепились лапками в одежду. Самая младшая девочка, еще не сбросившая младенческий котеночий пушок, протягивала на ладошке застывшую пламенным цветком здоровенную бабочку…
На мать похожа. Такая же рыжая кхаэлька.
— Припозднился ты, — вынырнул из кустов его тарнэтри, распуская полотнища черных кожистых крыл. Могучее кхаэльское тело, кое-где отблескивая антрацитовой с прожилками золота чешуей, так и играет мускулами, лоснится потом после тренировки. — Возле Колонн неладно?
— Нет… — выдохнул Волк. — Рейэ, я…
— Что-то не так? — забеспокоился крылатый. — Пойдем, девочки заждались и Майрен скоро вернется.
У него есть тарнэтри. Двое… И четыре их супруги. Он порвал бы глотку любому, кто осмелится назвать их пошлым человечьим словом «гарем». Четыре прекрасных охотницы, матери, хозяйки, четыре волшебницы, вознесенные любовью своих мужчин. Умереть, защищая их — честь, выше которой нет и не может быть для вожаков стаи.
Душа плакала навзрыд. Разве возможно, чтобы столько всего досталось одной подзаборной шавке вроде него? Разве так бывает? Ведь это сон, всего только сон, бред больного разума. Стоит проснуться — и ничего не останется.
Кроме некроманта.
— Если все оставишь, как есть, то ты прав. А если позволишь себе встать… Сам видел.
Кот сидел на ветке над головой и басовито урчал. Свет переливчато искрился в его шерсти и глазах, хитрая усмешка не сходила с морды. Все звуки стихли, туман опять задернул шторы. Только необхватные стволы синих сосен проглядывали в сумерках. Лица тех, кого он пока не знает, но непременно сподобится полюбить, стирались и таяли, оставляя в памяти лишь смутный отголосок.
— А так разве бывает? Чтобы все — мне? Все сразу?
— А что — все? То, что ты видишь — это результат твоего же труда. Хочешь получить — работай.
— Но я же умер, разве нет? — растерянно огляделся Волк.
— Скорее уснул. После того, как тебя хорошенько накормили.
— Меня — что? — недоумение колыхнулось так сильно, что окружающее подернулось рябью мелких волн и стерлось почти совсем.
— Накормили. Ты вообще хоть раз в жизни есть пробовал? Попробуй. Знаешь, тебе понравится, — эта мохнатая скотина еще и издевается над ним?! — Давай-давай, брысь отсюда, — оскалился алденов комок шерсти. — Дел невпроворот, а он тут прохлаждается, понимаешь!
Кот не шелохнулся, но незримый толчок в грудь вышиб из легких воздух. Все завертелось, смешалось, и Ваэрден почувствовал, что проваливается, падает и никак не может вдохнуть. Даже крик не может вырваться из онемевшего горла. Падение длилось вечность, а потом…
…Потом он очнулся и несколько мгновений ошалело хлопал глазами, узрев над собой закопченный потолок ведьминой избы и встревоженные физиономии Разэнтьера и Рейн. От женщины пахло морозом, на белой коже пунцово горел румянец, из толстой косы выбилось несколько прядок, и они теперь щекотали ему лицо.
— Ты меня… да я тебя… Изверг! — она зажмурилась так, будто вот-вот заплачет, и ушла в самый темный угол, хлестнув Волка неясной глухой обидой.
«Что я опять сделал не так?» — недоуменно подумал Ваэрден. И тут же отмел эту мысль, силясь разобраться в собственных видениях, уже почти истаявших, как клочки тумана под солнцем. Какие из них в действительности хранила его память, а какие — наслала ведьма? Даже забывшись, они будоражили замерзшую душу, звали куда-то…
Как же зябко, несмотря на горящий в очаге огонь. Как будто он снова очутился во флигеле садовника, едва живой от холода, с непроходящей болью в груди. Тогда он долго пролежал пластом, боясь вернуться в особняк, и боясь потерять дар и умереть — ведь Смерть была вотчиной его хозяина. Только решение бежать дало ему силы оправиться от болезни и встать.
Теперь боль была иного свойства, ее не избыть отварами и мазями — можно лишь успокоить мятущееся сердце, дав ему то, чего оно желает.
А чего оно желает?
— И в третий раз я спрошу, — проник в Волковы мысли низкий голос Тагиры. — Ради чего ты живешь?
— Не знаю, — опустил седую голову Бешеный Волк. За спиной его рваными черными полосами растеклось по шкурам марево крыльев, но так и не оформилось, дрожало переливчато.
Сверкнули из темноты красноватые огоньки глаз Лемпайрейн. Она примчалась, едва почуяв, что он опять теряется в сером сумраке.
Быть может, она и есть одна из тех четырех женщин, что разделят с ним будущее?
Что такое любовь, он не знал. Вернее, не хотел помнить. Запрещал себе вспоминать. О чем думает эта женщина? Что она чувствует? Ваэрден не смел заглядывать в ее потаенные мысли, скрытые под щитами.
— А коли не знаешь, так подумай на досуге, ради чего тебе жить стоит, — фыркнула знахарка. — И оглядись повнимательней — вдруг жизнь рядом ходит? Это раньше ты бездомным волчонком бегал, а сейчас — что ж ты стаю свою от себя гонишь, вожак? А теперь спрашивай, что хотел.
Ваэрден передернул плечами, зарылся поглубже в меха и привалился боком к своему риану, изредка поглядывая на ифенхи, так и сидевшую в полумраке возле двери. Она никак не могла решить, уйти ей, или все же остаться, и то порывалась встать, то замирала — словно слышала что-то недосказанное.
— О каком святилище вы все время твердите? Что за духи? Почему в моей голове все время кто-то посторонний языком треплет?
Некстати вспомнился темный водоворот, в который его внезапно окунула ярость, тело инстинктивно напряглось, рыкнуло… И отпустило так же внезапно как накатило.
— Тише, тише… Боевой нашелся — бабка явственно смеялась над ним, но как-то беззлобно, что ли. И необидно. — Здесь недалеко место есть — вестимо, от вемпари осталось. А может, и до них стояло, я не знаю… Но только там сила живет, которая наш мир держит. Ты можешь над старухиными сказками посмеяться — а можешь поверить. Не будь покровительства Великих Духов — давно иссякли бы реки, погибли леса, превратился в отраву воздух. Никто не помнит, почему так. Но тысячелетиями Духи призывают в место своего пребывания магов-Хранителей, их еще называют Опорами. Призванные должны своим служением поддерживать порядок и жизнь в мире. Они — голоса и руки Духов. Четверо — Огонь, Вода, Земля, Воздух — служат яви, плотскому бытию. Другие четверо — Жизнь, Смерть, Время и Дух — охраняют мир неявный, тот, что за Гранью существует. Стихии связывают реальность в единое целое, но есть среди магов девятый — тот, кто вбирает в себя Равновесие между ними. Его уделом становится сама Тьма, ему подвластны все восемь Колонн. Его дар и проклятие — способность видеть и изменять будущее, настоящее и прошлое. Небывшее делать бывшим, небудущее — возможным, приводить в настоящее то, чего нет. Опора Равновесия внимает голосу самого мира и исполняет его волю…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: