Ара Йенна - Укрощение нестроптивых [СИ]

— Олег, какие порядки будут в вашем доме?

— Да никаких из вышеперечисленного. Я всегда буду рад поговорить с вами, не стану наказывать за взгляды, да и с оружием ходите — мне за вас спокойнее. Сам без пистолета я пока мало что стою.

— Как скажете, Олег.

Ответом Асо был явно недоволен, хотя пытался это скрыть. Без точно обозначенных правил дроу были под постоянным прицелом. Наказать можно и за недосказанное. Кто знает, что для их старшего мужа очевидно? Он же из другого мира. И человек. Асо непроизвольно презрительно скривился.

Дроу жили в центре города, около королевского сада. Само здание размерами не впечатляло, но было довольно практично устроено и имело тридцать гостевых комнат. На первом этаже находились хозяйственные помещения вместе со столовой. Второй этаж был отдан для хозяев и включал в себя пять спален, находившихся в правом крыле, и два кабинета с библиотекой — в левом крыле. На остальных трёх этажах размещали гостей. Кто знатнее и побогаче — на третьем, кто победнее и не имел длинной родословной — повыше. Лифта здесь ещё не придумали, так что причина такого разброса была очевидна. Также, чтобы гости не мешали хозяевам, была построена отдельная для них лестница, а хозяйский этаж перекрыт.

Олегу выделили лучшие апартаменты на втором этаже, находившиеся почти напротив лестницы. Дроу их не занимали, так как изначально они были предназначены именно для старшего мужа.

Однако для слуг появление хозяина в доме стало неожиданностью, поэтому в спальню Олег зашёл лишь через час после прибытия в сопровождении того же Асо.

Бейи старался на глаза лишний раз не попадаться, да и человек видеть его не желал. Всё же дроу его оскорбил, но бить в морду, как привык, Олег не мог. Это хорошо, если тебе ответить могут, а здесь... Он же и сопротивляться не будет, ещё за урок смирения поблагодарит. А внутри или мужа ненавидеть станет, что маловероятно, они с рождения привыкли к мысли о повиновении, или себя загрызёт за беспомощность и безответность. Поэтому Олег решил просто остыть, время пройдёт, притрутся друг к другу.

И с Ваном сладят. Он хоть и младшим был, но являлся таким же воином, как братья. Может, и сложнее ему было за плечами старших, но Ван робостью не страдал. Вперёд не лез только.

Хотя всё, что Олег увидел в своих мужьях, он не мог классифицировать. Не знал, можно ли считать поведение дроу полностью аналогичным поведению мужчин в его мире. Или тут есть свои заморочки? Ну, на первый взгляд, кисейными барышнями дроу уж точно не выглядели. Спокойные, настороженные и одновременно неуверенные в своем будущем. Но не более того.

И могут ли дроу дать любящую семью, о которой зачастую подумывал Олег, вновь и вновь ночевавший на работе с телохранителем за дверью? Мужчина не знал. Но хотел бы. Он не успел это сделать в своём мире, так надо успеть в этом. Мужчина усвоил урок, поняв, как резко может таймер жизни оказаться на нуле.

И несмотря на все свои желания первую ночь в новом мире, которая стала и первой брачной, он провёл в одном из кабинетов. В библиотеке при помощи Асо он выбрал несколько сборников законов и традиций. Олег никогда не был любителем подобного чтива. Но вначале приходилось учить конституцию, потом уголовный кодекс по молодости, затем уже все нормативные акты, связанные с бизнесом. Было и ещё немало подобной литературы, которую Олег изучал тщательно и внимательно. Наверное, только этим и можно объяснить, что на втором томе человек не заснул, а продолжал скрупулёзно выписывать на бумагу в три столбика: непонятные законы, требующие пояснения; законы, отличные от законов его мира; полезные законы, связанные с его новым положением. Последний столбик, что понятно, радовал поболее остальных. И не меньше остальных он тоже был.

Олег бы мог ещё долго работать. Усталости он не ощущал, как и желания лечь спать. Глаза тоже были готовы к активной работе, хотя обычно после двух часов разглядывания закорючек человек брал перерыв. В этом же мире зрение восстановилось, став вновь чётким, как до работы с компьютером и учёбой по ночам под светом мигающей лампы в общежитии. Можно сказать, что всё тело вновь стало невероятно выносливым и сильным, будто после службы в армии. Так что провести ночь над книгами Олег был готов и физически, и морально. Но под утро, часам к четырём, в дверь тихо постучали. Олег сначала бросил взгляд в окно, где начинало светать, и только потом — на дверь.

— Входите.

Припозднившимся или наоборот ранним посетителем оказался Асо. Он зашёл внутрь и прикрыл за собой дверь. Дроу был напряжён, хотя старался этого не показывать. Так перед сорванной с цепи собакой человек старается уничтожить свой страх, чтобы та не почувствовала и не напала:

— Господин, простите за то, что отвлекаю, но могу ли я с вами поговорить?

Олег молча кивнул на кресло, стоящее по другую сторону стола. Дроу, поблагодарив, сел, впрочем не облокачиваясь на спинку.

— Мы понимаем, что для вас, впрочем как и для нас, брак стал больше необходимостью, чем желанием. Вы хотели получить жизнь, нам хотелось сохранить достоинство. Брак выполнил наши желания. — Асо говорил хоть и спокойно, но внимательно следил за реакцией человека на его слова. — Но фиктивным он быть не может, если его не подтвердить и в спальне, то он будет считаться недействительным. Для вас это превратится в угрозу жизни. Человек, ничем не связанный с нашим народом, станет мишенью для охотников. Мы же лишимся своих статусов.

Олег почесал затылок, удивляясь тому, сколько несловоохотливый дроу сказал лишних слов. Но смысл впрочем в словесном кружеве не потерялся, и ладно.

— Как я понимаю, добровольцем вызвался ты? — уточнил человек.

Асо кивнул, опуская взгляд. После продолжавшегося в полминуты молчания, он сказал:

— Если господину будет угоден любой из моих братьев, то он будет в вашей спальне уже через полчаса.

— А ты?

— Я подготовился заранее, — тихо ответил Асо.

Дроу не боялся предстоящей ночи, но её всё же не желал. Не с человеком он представлял свою первую брачную ночь.

Людей он презирал, как и все остальные члены его народа. Неумелые воины, короткоживущие к тому же. За что их было уважать?

Он не раз ездил с посольством в соседние государства и там ловил на себе заинтересованные взгляды людей. Но лечь с человеком для него было равнозначно делению кровати с животным. И взгляды эти дроу приводили в ярость. Но отныне его старшим супругом является человек, именно он будет господином и хозяином. И Асо ничего не остаётся, как послушно выполнять все прихоти и раздвигать ноги там и так, как укажет супруг. Лечь под человека и попытаться доставить удовольствие. Иначе будет только хуже. А Асо хотел нормальной жизни и себе, и своим братьям. Их нельзя полностью уберечь от внимания человека, завтра, послезавтра и они потеряют невинность. Но если Асо устроит супруга, то всё внимание достанется ему.