Тэд Уильямс - Скала прощания
- Название:Скала прощания
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Азбука
- Год:2000
- Город:СПб.
- ISBN:5-267-00428-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Тэд Уильямс - Скала прощания краткое содержание
Обуреваемый жаждой власти и страхом ее потерять, принц Элиас решается призвать в союзники Древнее Зло. Став королем, он впускает смерть и ужас в Светлый Ард — на его зов приходят легионы норнов, неумолимых воинов с ледяными сердцами, подданных Короля Бурь. Элиас посеял зубы дракона, и теперь истребление грозит всему человечеству. Брат безумного короля принц Джошуа встает во главе сопротивления, но его шансы на победу ничтожны. Королевство погружается во мрак, холод и кровь. Чтобы спасти его, нужно разыскать и принести к Скале прощания волшебный меч Торн, способный преградить путь безжалостному врагу. Волею судьбы эта миссия ложится на плечи юного Саймона и его друзей. «Скала прощания» — второй том знаменитой эпопеи Тэда Уильямса «Орден манускрипта». Завидный дар повествователя, отменный литературный вкус и тонкий психологизм в соединении с изощренной фантазией — все это позволило Тэду Уильямсу не просто написать бестселлер, но и создать эталон жанра для фэнтези конца второго тысячелетия.
Скала прощания - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Пирруин представлял собой группу гор, окружающих Ста Мироре, главную гору. Их горбатые вершины поднимались почти от самых скалистых берегов острова над заливом Эметтин. Очертания острова напоминали свинью, окруженную поросятами. Ровной поверхности почти не было, разве лишь седловины в местах соединения высоких холмов, так что селения и города Пирруина лепились к горам, как ласточкины гнезда. Даже Анзис Пелиппе, великий порт и резиденция графа Страве, был построен на крутом склоне, на мысе под названием Гаванский камень. В городе было множество мест, из которых можно было помахать соседу на нижней улице.
— Я должна что-нибудь съесть, — сказала наконец Мириамель, тяжело дыша. Они стоял между зданиями на повороте одной из петляющих улиц, откуда можно было видеть огни туманной гавани внизу. Тусклая луна, как обломок кости, висела в облачном небе.
— Я бы тоже передохнул, Малахиас, — выдохнул Кадрах.
— Далеко до аббатства?
— Нет никакого аббатства, во всяком случае, мы идем не туда.
— Но ты же сказал капитану… ой, — Мириамель Тряхнула головой и ощутила тяжесть намокшего плаща и капюшона. — Да, конечно. Так куда же мы идем?
Кадрах посмотрел на луну и тихо засмеялся:
— Куда хотим, друг мой. Мне кажется, в конце этой улицы есть приличная таверна. Должен признаться, именно в этом направлении мы и шли. Конечно, не потому, что мне нравится лазать по этим треклятым горам.
— Таверна? А почему не гостиница, чтобы была постель после ужина?
— Потому что я, с вашего позволения, думаю не о еде. Я слишком долго проболтался на этом мерзком суденышке и могу подумать об отдыхе, лишь утолив жажду. — Кадрах утер рот тыльной стороной ладони и усмехнулся.
Мириамели не очень понравился его взгляд.
— Но там внизу на каждом шагу было по таверне… — начала она.
— Вот именно. Таверны, полные болтунов и любопытных любителей совать нос в чужие дела. Разве там получишь заслуженный отдых? — Он повернулся спиной к луне и стал взбираться выше. — Пойдем, Малахиас. Осталось совсем немного, я уверен.
Казалось, в эту праздничную ночь не найти такого места, где не было бы толкучки, но по крайней мере в «Красном дельфине» посетители сидели не щека к щеке, как в прибрежных тавернах, а только локоть к локтю. Мириамель благодарно опустилась на скамью, прислоненную к дальней стене, и окунулась в тихий гул голосов, смеха и песен. Кадрах, поставив палку и положив мешок, ушел в поисках награды путника, но тут же вернулся.
— Мой добрый Малахиас, я совершенно забыл, что почти разорен оплатой нашего путешествия. Не найдется ли у тебя пары монет, которые помогли бы мне утолить жажду?
Мириамель порылась в кошельке и достала пригоршню золотых.
— Принеси мне хлеба и сыру, — сказала она, высыпав деньги на его раскрытую ладонь.
Она сидела и думала о том, как бы ей снять свой мокрый плащ и насладиться тем, что она попала, наконец, под крышу, когда еще одна группа ряженых ворвалась в дверь, стряхивая дождь со своих нарядов и требуя пива. На одном из самых горластых была маска охотничьей собаки с высунутым языком. Пока он стучал по стойке, его правый глаз на мгновение задержался на Мириамели. Она почувствовала приступ страха, вдруг вспомнив другую собачью маску и горящие стрелы, пронзающие ночные тени. Но пес быстро повернулся к своим приятелям, обронив какую-то шутку и, смеясь, запрокинул голову с забавными тряпочными ушами.
Мириамель прижала руку к груди, пытаясь унять бешеный стук сердца.
Нельзя снимать капюшон, сказала она себе. В эту карнавальную ночь никто не обратит на это внимания. Лучше уж сидеть так, чем быть узнанной кем-нибудь, хоть это и маловероятно.
Кадраха не было удивительно долго. Мириамель уже начала беспокоиться и хотела пойти его искать, когда он вернулся с двумя жбанами эля, полбуханкой хлеба и горбушкой сыра, зажатыми между жбанами.
— Тут сегодня можно помереть от жажды, пока дождешься пива, — сказал монах.
Мириамель начала с жадностью есть, потом отхлебнула пива, горького и непривычного на вкус. Остальное она оставила Кадраху, который не возражал.
Когда она слизала последние крошки с пальцев и раздумывала, не съесть ли еще пирожок с голубиным мясом, на скамью, где сидели они с Кадрахом, упала тень.
Из-под черного монашеского капюшона на них смотрело лицо Смерти — голый череп.
Мириамель слабо вскрикнула, а Кадрах пролил эль на серую сутану, но незнакомец с маской в виде черепа не шевельнулся.
— Очень забавная шутка, приятель, — сказал Кадрах сердито. — С летним праздничком тебя. — Он вытер свое одеянии.
Рот не двигался. Ровный невыразительный голос прозвучал из-за обнаженных зубов.
— Идите со мной.
Мириамель почувствовала мурашки на коже и противную тяжесть в желудке.
Кадрах прищурился. Его шея и пальцы, она заметила, напряглись.
— Да кто ты такой, жалкий актеришка? Будь ты и вправду смертью, я полагаю, ты был бы одет пошикарнее, — монах ткнул пальцем в потрепанную рясу.
— Вставайте и следуйте за мной, — сказала фигура. — У меня нож: закричите — будет хуже.
Брат Кадрах взглянул на Мириамель и сделал гримасу. Они встали. У принцессы дрожали колени. Смерть жестом велела им следовать перед собой через толпу посетителей.
В голове Мириамели роились бессвязные мысли о рывке на свободу, когда еще две фигуры осторожно отделились от толпы у дверей: одна в синей маске и костюме моряка, вторая в костюме крестьянина и необычайно широкополой шляпе. Серьезные глаза не вязались с их яркими нарядами.
Сопровождаемые Моряком и Крестьянином, Мириамель и Кадрах шли по улице за черным плащом Смерти. Не сделав и тридцати шагов, маленькая процессия повернула в проулок и спустилась по лестнице на нижний уровень. Мириамель поскользнулась на мокрой ступеньке, и, когда рука человека в страшной маске-черепе подхватила ее, она содрогнулась от ужаса. Прикосновение было мгновенным, и она не смогла отдернуть руку, иначе упала бы, поэтому пришлось промолчать. Они спустились, попали в новый проулок, прошли вверх и завернули за угол.
Несмотря на слабый лунный свет, на крики гуляк, доносившиеся из таверны наверху и с пристани, Мириамель быстро потеряла ориентацию. Они пробирались по узеньким задним улочкам, как крадущиеся кошки, ныряя в какие-то серые дворы, укрытые виноградными лозами проходы. Время от времени до них доносились неясные голоса, а однажды женский плач.
Наконец они подошли к арке в высокой каменной стене. Смерть вынула из кармана ключ и отперла ворота. Они прошли в заросший двор, над которым склонились ивы, с ветвей на растрескавшиеся камни падали капли дождя. Предводитель повернулся к остальным, махнул ключом, потом жестом направил Мириамель и Кадраха перед собой к темному дверному проему.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: