Ольга Калитина - Цветок у трона

Лично мне кажется, что како-то заезжий менестрель с чрезмерно возвышенными чувствами сочинил это байку для доверчивых крестьян. Видно денег у романтика не было, а местные жители были падки на сказки. Вот он и решил обменять «старинное предание» на кружку эля. По-моему, равноценный обмен.

Я уверенно шла по протоптанной тропинке. Деревья укрывали меня от навязчивого солнца, и стало чуть прохледнее. Но чем ближе я приближалась к источнику воды, тем кровожаднее становились эти маленькие монстры. Ненавижу комаров! Сначала их протяжный злорадный писк вводит меня в состояние истерики, а потом эти кровопийцы жадно вгрызаются в мою руку с упорством голодного волка. И кто сказал, что надо любить все живые создания? Оторвать им крылашки, потом их маленькие лапки, по одной, и медленно, с наслаждением… Какая я кровожадная.

Вскоре я услышала тихое журчание воды. Деревья расступились, и я вышла на небольшую полянку.

Вот и верь после этого людям… Больше смахивает на какое-то болото. Я бы тут даже руки побрезгала помыть. Берег зарос камышом и какой-то чахлой травкой. Где-то с упоением квакала лягушка. Я разочаровано вздохнула, но все-таки решила обойти заводь. Раздвигая руками камыш, я двинулась вперед. И удивленно замерла. Вода была кристально чистой. Я могла рассмотреть даже маленьких рыбок, шутро снующих на дне. У самой воды была россыпь больших камней, которые образовывали что-то вроде полумостика и шли почти к середине заводи. Я решила забраться на них. Прыгая с камня на камень и пытаясь удержать и без того довольно шаткое равновесие, я добралась почти до середины «болотца». Удобно усевшись, я опустила голову к воде. Первое, что я увидела было, конечно же, мое отражение. Я недовольно скривилась. Посмотреть там действительно было не на что. Мою внешность можно описать двумя словом. Серая мышь. Хотя наверно не стоит так оскорблять этого маленького и симпотичного зверька. Мышиного цвета волосы, короткие и прямые, как солома. Тонкие губы, слишком острые скулы. Даже глаза меня жестого предали. Блеклые и невыразительные, светло голубые, словно их заволокло мутной дымкой. Наверное, их я ненавидела больше всего. Вообщем, как я уже говорила, серая мышка. Мне надо было родиться с хвостиком для полного сходства.

От нечего делать, я начала гонять золотистых рыбок, пока они обиженно не спрятались между камнями. Солнце стало неприятно припекать мне затылок. Искушение окунуться в прохладную водичку было почти непреодалимо. Утопленницей мне стать не грозит, моя ванна и то глубже. Главное — не подцепить тут какую-нибудь заразу, а то не нравится мне эта лягушка ярко желтого цвета…

И тут мой взгляд на что-то натолкнулся. Под водой солнце высветило какой-то предмет. Внимательно приглядевшись, я поняла, что это книга! Книга на дне водоема? Может кто-то из крестьян уронил, а лезть за ней поленился? Хотя зачем крестьянину книга, разве что по нужде сходи…хм, впрочем не важно. Не знаю почему, но книжка безраздельно завладела моим вниманием. Руки так и тянулись к ней. А почему бы и нет? Глубина здесь не больше двух метров. Нырну, достану книгу и заодно освежусь.

Приняв решение, я быстро скинула с себя ненужную одежду. Оттолкнувшись ногами от камня и задержав дыхание, я нырнула.

Вода приятно охладила горящую кожу. Я открыла глаза и, увидев впереди мутное светлое пятно, поплыла к нему. Странно, я давно уже должна была коснуться дна, а я все плыла и плыла. Какая же здесь глубина? Все глубже и глубже, а дно было все так же далеко. Я испугалась и решила вернуться. Подняв голову вверх, я почувствовала, как мое сердце пропустило несколько ударов. Я не видела ничего. Наверху не было солнечного света, а вокруг было темно. Как будто я нырнула в бездонный колодец. Легкие начало жечь от недостатка кислорода. Я приказала своему телу плыть вверх, но оно меня не слушалось. Меня тянуло вниз. К мутному пятну на дне. Эта книга притягивала меня, тащила на дно. Боль в легких стала почти невыносимой — еще чуть-чуть и они разорвутся. Я поняла, что скоро умру. Как только вздохну, и мои легкие заполняться водой.

И я вздохнула.

Потом еще раз и еще. Я не задыхалась. Я дышала. Вода стала моим воздухом. Может, я уже захлебнулась и явно не в этом мире? Нет, если в голову пришла такая чушь, значит жива.

И тут моя рука коснулась чего-то твердого и холодного. Я испуганно дернулась, но вдруг поняла, что это дно! Я смогла нащупать эту чертову книгу и вцепилась в нее мертвой хваткой. Оттолкнувшись от дна ногами, я приготовилась к долгому заплыву на поверхность… и вынырнула.

Ничего не понимая и тяжело дыша, я посмотрела под ноги. Вода доходила мне до середины груди. Но как? У меня что, были галлюцинации на нервной почве? Я подняла взгляд и увидела желтую лягушку, нагло меня рассматривающую.

— Ква? — издевательски спросила меня желтая нахалка. Я ответила ей свирепым выражением лица и парочкой грязных ругательств, подслушанных как-то на кухне.

Лягушка обиженно квакнула и с видом оскорбленного достоинства нырнула под камень. Да, я явно не понравилась местной живности.

Еле перебирая ногами от усталости, я выползла на берег. Тело болело так, как будто я совершила заплыв на длинную дистанцию. Хотя, может, так оно и было? Упав на траву, я ждала, пока мое сердце перестанет так бешено биться. Надо мной медленно проплывали облака. Ветер вплетал шелест камыша в свою тихую песню. Все дышало спокойствием и какой-то природной гармонией. Я на миг почувствовала себя частью этого мира, как — будто в первый раз по-настоящему вздохнула, словно до этого не дышала вовсе, а жила за чертой мира, в его искаженном отражении.

Но так же быстро, как и появилось, это ощущение исчезло. И пришло чувство неполноценности, как — будто у меня забрали часть меня самой.

Раздраженно тряхнув головой, я села, облокотивший о ствол дерева, перед этим кое-как натянув на себя ранее снятую одежду.

Только сейчас я вспомнила про книгу, все еще зажатую в руке. Это была странная книга. В черном кожаном переплете, с дымчато-серебристым камнем по-середине. На черной коже были словно выжжены незнакомые мне буквы: «Shaar'in er hamsunna litar'eini». От книги веяло стариной и тайной. Сгорая от любопытства, я ее раскрыла.

И разочаровано вздохнула. Страницы были пусты. Пожелтевшая от времени бумага не была исписана ни одной строчкой. И из-за этого я чуть не утонула? От злости я резко перевернула страницу и вскрикнула, больно порезав палец об острый край листа. На страницу упала капля моей крови, и я чертыхнулась. Ну вот, испортила старинную вещь.

Но как только капля крови упала на бумагу, та вдруг впитала ее, как сухая земля воду. И тут же на странице начали проявляться изящные буквы, превращаясь в слова. Они были темно- красного цвета, цвета моей крови. Это был древний язык, которого я не могла знать, но который я понимала. Не знаю как, но мне было понятно каждое слово.