Журнал «Если» - «Если», 2004 № 9
- Название:«Если», 2004 № 9
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательский дом «Любимая книга»
- Год:2004
- Город:Москва
- ISBN:ISSN 1680-645X
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Журнал «Если» - «Если», 2004 № 9 краткое содержание
Далия ТРУСКИНОВСКАЯ
ВИХРИ ВРАЖДЕБНЫЕ
… грозят человечеству, и если бы не домовые, трудно сказать, что с нами было бы.
А. ВАЛЕНТИНОВ, М. и С. ДЯЧЕНКО, Г. Л. ОЛДИ
ПЕНТАКЛЬ
О сути нового совместного проекта расскажут читателям сами авторы.
Наталия ИПАТОВА
НЕСКОЛЬКО ШАГОВ, ЧТОБЫ ИСЧЕЗНУТЬ
Дело тов. Дзержинского, лучшего друга детей, живет теперь уже в среде малолетних орков, эльфов и гномов.
Евгений БЕНИЛОВ
ЛГУНЬЯ
Никогда не разговаривайте с незнакомцами, а с незнакомками — тем паче.
Чарлз ДЕ ЛИНТ
«МОЛ ЖИЗНЬ, КАК ПТИЦА»
Честно говоря, омерзительный тип! И чего он привязался к бедняжке…
Грегор ХАРТМАНН
ГЕНРИ В ДЕРЕВАХ
Молодой колдун «завязал» с магией. Однако жизнь заставляет его взяться за старое.
Иэн УОТСОН
ПОСЛЕДНЯЯ ИГРУШКА АМАНДЫ
Не так страшен черт… А вот от намалеванных зверюшек можно ждать любых сюрпризов.
Джек ХОЛДЕМАН
ФЛОРИДСКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ
Теперь понятно, почему общепит советского образца был столь отвратителен — им заправляли разжалованные феи.
ВИДЕОДРОМ
Снова о разумных домах — на этот раз мистических… Переводы Гоблина — кич, постмодернизм или просто коммерция?… Фантасты о «Ночном Дозоре».
Владислав ГОНЧАРОВ, Наталия МАЗОВА
МИФОЛОГИЯ МЕГАПОЛИСОВ
Читатели уже поняли, о каком жанре пойдет речь.
ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ
Писатели пробуют себя в роли литературоведов.
РЕЦЕНЗИИ
Рецензенты сделали свой выбор, Дело — за вами.
КУРСОР
НФ-кинематограф в отпуск не уходит.
Андрей СИНИЦЫН
ОТКЛОНЕНИЕ ОТ СОВЕРШЕНСТВА
Вся правда о городских вампирах в новой книге популярного фантаста.
Дмитрий БАЙКАЛОВ
ТРУДНО ПОСТУПАЕТ АНТАРКТИДА
Два известных прозаика, объединив усилия, сдвинули с места материк, попутно создав новый жанр — «альтернативная география».
Евгений ЛУКИН
МАТЕРИЯ ЗА ЭТО ЕЩЕ ОТВЕТИТ!
С ней, вооружившись логикой, решил разобраться лидер партии национал-лингвистов. Есть, правда, опастность, что материя, презрев логику, действительно ответит…
АЛЬТЕРНАТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
Молодые начинают — и выигрывают.
ПЕРСОНАЛИИ
Адепты и неофиты городской фэнтези.
«Если», 2004 № 9 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— А иного чего растить? — спросил Лукьян Пафнутьевич.
— Да разучились. Все ведь в лавке брали: и мясо, и картошку, и макароны…
Домовые загалдели — всяк старался показать себя доподлинным знатоком деревенской жизни. Шибко грамотный Лукулл Аристархович Америку приплел с кукурузой. Пришлось Тимофею Игнатьевичу основательно повысить голос. А когда домовой во всю глотку заорет, бывает, и стекла из окон вылетают…
Прекратив завиральные сельскохозяйственные речи, Тимофей Игнатьевич попросил домовиху продолжать.
— Ну так опустела деревенька. Окна заколочены. Наши хозяева в одночасье собрались и съехали. А мы остались… — домовиха тихонько заплакала. — А как дальше жить? Думали, с огорода прокормимся, по соседству еще домовые остались, Афанасий Савватеевич с семейством да бобыль Никишка. А тут оно и завелось.
— Что — оно? — спросил из-за скомканной газеты Лукьян Пафнутьевич.
— Да вихорь же, будь он неладен!
Сперва по пустым дорогам побежали маленькие смерчики, цепляли всякую ерунду — где палый листок, где соломину, где уцелевший от прежней жизни автобусный билет.
— Вот так бежит, стелется, посолонь заворачивается и шелуху тащит, — Таисья Федотовна показала, как именно заворачивается и стелется смерчик.
— Ну тащит, а потом?
— Потом это опять рассыпается и лежит.
— А он? Вихорь?
— Кто его знает… Куда-то девается.
Домовые сперва с любопытством наблюдали за причудой ветра.
Однако вихорьки малые становились все шире и даже принялись расти ввысь. Теперь они захватывали уже более тяжелое добро, могли протащить тряпочку, сбитую в ком сигаретную пачку, потом наловчились поднимать добычу на высоту и ронять ее оттуда.
Однажды домовые наблюдали, как был подхвачен и вознесен чуть ли не до крыши детский башмачок. Вот именно башмачок и навел их на мысль, что вихри становятся опасными.
Домовые в решениях неторопливы. Могут чего-то натворить сгоряча, но вообще страх как рассудительны. Вот и в свекольной деревеньке они долго разговоры разговаривали, пока не увидели, как слоняется по пустынной улице высокий пылевой столб, а в нем, в самой середке, черное.
Это оказалась кошка, и кошке еще повезло — вываливаясь из опадающего вихря, она уцепилась всеми лапами за березу, тем и спаслась. Хуже пришлось бобылю Никишке — его так приподняло да шлепнуло, что еле отходили.
А потом… страшно молвить, что было потом. Вихри, словно живые разумные существа, перестали обращать внимание на кошек и крыс, зато устроили охоту на домовых. Чем-то их эти земные жители, видать, прогневали. Или же показались почему-то подходящей добычей. Домовой не очень-то тяжел, его удобно всосать, закрутить да оземь брякнуть.
Прежде всего домовые перестали выпускать на прогулки малышей. Поди знай, когда пыль посреди двора завьется да вверх стрункой вытянется, да начнет прихватывать все, что плохо лежит. А затем и взрослые домовые стали оглядываться и перебегать открытое место.
— В город уходить надо, — решил наконец Ермолай Гаврилович.
— Думаешь, в городе эта нечисть не водится? — спросила вконец расстроенная Таисья Федотовна.
— В городе люди, они уж что-нибудь придумают.
И то верно — домовым на роду написано прибиться к человеку и жить с ним в сотрудничестве. Человек о пропитании домовому позаботится, домовой — о порядке, так оно веками складывалось. Как ни крути, а без человека плохо.
Уходить решили ночью. Никто не знал, орудуют ли вихри по ночам, но в темноте как-то безопаснее.
Ермолай Гаврилович с Таисьей Федотовной увязали пожитки, взвалили на себя узлы, малыш ухватился за мамкину шерстку, и пошли себе ночной дорожкой. Где город, не знали, но полагали, что далеко. Утром спрятались в придорожном кусте и проспали до заката. А на следующую ночь вихрь их и нагнал.
— По следу, что ли, шел? — спросил Тимофей Игнатьевич.
— Да кто ж его, поганого, разберет! — и домовиха, сбиваясь, утирая слезы, рассказала, как, бросив узлы, семейство бежало от хищного вихря да как пропал Ермолай Гаврилович.
— Стало быть, вихорь теперь дорогу в город знает?! — воскликнул Лукьян Пафнутьевич. — Ну, баба, исполать тебе! Навела на нас нечисть!
— Цыц! — крикнул до того молчавший Евсей Карпович. — Баба не виновата.
— Так ведь теперь и у нас вихри появятся!
— Больно ты им нужен, — отрубил Евсей Карпович. — Это деревенский домовой на двор бегает, а ты дома сидишь, носу не кажешь.
— А коли он такой хитрый, что и в дом заберется? — загалдели прочие домовые. — В окно! Или в вентиляцию!
Матрена Даниловна, домовая с немалым опытом, знала, что может и до драки дойти. Не раз ей доводилось врачевать царапины своему Лукьяну Пафнутьевичу. Но сейчас она больше беспокоилась насчет упрямого Евсея Карповича. Хотя у домових и не принято налево бегать, но ведь сердцу не прикажешь. А оно, сердечко, как раз и настукивало шепотком, что гордый и своенравный домовой всех лучше и милее…
С одной стороны — чтобы не травить душу, а с другой — чтобы не засиживаться на сходке, она приобняла Таисью Федотовну и тихонько повела ее прочь с чердака.
— Идем, светик, посидишь с нами, с бабами, чего-нибудь надумаем, — говорила Матрена Даниловна. — Маленький твой у кумы Степаниды Прокопьевны, покормленный, спать уложенный. Пока они тут кулачишками машут, мы, бабы, сообразим, куда тебя поселить, к какому делу приставить.
Домовые если не спят, то делом занимаются, а в особенности — домовихи. Потому Таисья Федотовна посмотрела на Матрену Даниловну с признательностью. Жизнь, покатившаяся было под откос, могла заново наладиться, если вовремя заняться делом.
— К делу — это бы неплохо, — прошептала Таисья Федотовна. — Да только боязно. Ведь эта нечисть за нами и сюда притащится.
— А притащится — укорот дадим, — сказала Матрена Даниловна. — Эко дело — ветер гуляет! На что же у нас тогда наши мужики, коли не управятся с ветром? Грош цена таким мужикам…
И тут ее осенило.
— Да коли мой Лукьян Пафнутьевич против этой нечисти себя трусом окажет — брошу! Вот те правда святая — брошу! К другому жить пойду!
И, развивая эту тему, она повела Таисью Федотовну межэтажными перекрытиями к куме Степаниде Прокопьевне.
Кума с нетерпением ждала новостей. Жизнь у домовых простая, трудовая, и если что случится — они от новости все наслаждение, какое можно, получат. А тут тебе сразу куча всего: и похороны, и страшная нечисть, слоняющаяся по дорогам в виде пыльного столба, и деревенская домовиха, которой нужно место в жизни искать, и суровое намерение Матрены Даниловны уходить от трусливого мужа совсем и навеки!
Похороны у домовых хоть редко, да происходят, и нечисть время от времени объявляется, и вдовую домовиху всем миром случается пристраивать, но чтобы жена от мужа ушла — такого еще не бывало. Спокон веку. Потому Степанида Прокопьевна именно этим больше всего и заинтересовалась. Разумеется, первым делом попыталась узнать — к кому кума Матрена Даниловна собралась.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: