Владимир Васильев - Рубины хозяина Ко
- Название:Рубины хозяина Ко
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Васильев - Рубины хозяина Ко краткое содержание
Путь к заветному ларцу, наполненному знаниями, с самого начала не обещал быть легким. Но никто не мог предвидеть, что завладеть Книгой Семидесяти Ремесел попытаются сразу три народа — славянские ратники, воины, пришедшие на кораблях с севера, и степняки-кочевники, а потом к ним добавится четвертый — раса собакоголовых. И теперь каждому из народов предстоит понять, кто на этом пути враг, а кто союзник. В этом помогут им волшебные мечи, три из которых украшены изумрудами и один — рубинами.
Рубины хозяина Ко - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Вишена только вздохнул. Обошлось… Хорошо, если в самом деле обошлось. Знай, как оно в конце-то концов все обернется?
Десятый день, как вторично простился отряд с дружиной, и день этот подходил к концу. Скоро нашли удобное место для ночлега — большую поляну да четыре раскидистых сосны посредине. Развели костер, пожевали кто чего и попадали спать — устали все изрядно.
Проснулся Вишена среди ночи словно от толчка. У костра сидели двое — неугомонный Тарус и с ним Яр, выглядевший последние дни так, будто его поминутно макали в прорубь и выставляли на лютый мороз.
— …сразу понял, что пуста будет та пещера. Глянули: точно, ни синь пороха. Вот только, решил я сперва, что песиголовцы Книги утянули. Ан, нет, северяне…
Негромкий говорок Таруса словно бы согревал; в сочетании с теплом костра это действовало благоприятно. Огонь согревал тело, слова чародея — душу.
— Полуношничаете? — спросил Вишена, подсаживаясь к костру.
Встретился глазами с Яром, вздрогнул — хлопец глядел с надломом, с неверием и отчаянием в зрачках. Знать, не слишком утешил его чародей…
— Садись, Вишена, помыслим-покумекаем, одна голова хорошо, две, как ни крути, лучше.
Яр кутался в аспидно-черный плащ, тот самый. Застежка с рубинами мирно поблескивала, отражая рыжие языки пламени.
И вдруг, как когда-то в лесу за Рыдогами, изнутри рубинов кто-то поднялся, глянул на людей пристально, тяжко, длинно, пригвоздил намертво у месту, парализовал, оглушил…
А после сгинул вглубь, затаился до поры, до времени.
Вишена ловил ртом воздух, жадно, с надрывом и сипением. Он был мокрый насквозь. Тарус дико сверкал глазами и судорожно хрустел костяшками пальцев. Яр, казалось, ничегошеньки не заметил.
Сейчас ЭТО подействовало в сотню раз сильнее, чем тогда, когда сидели Пожарский с Тарусом вот так же у огня среди леса, на кинжал-четвертинку глядючи. Точнее, на один рубин-камень, вполовину меньший, чем любой из сегодняшних двух.
— Вы чего? — удивился Яр. Он и вправду ничего не заметил.
— Пустое, хлопче. Все хорошо.
Тарус обратился к Вишене:
— Плащ и рубины ты сам видал, друже. Так что Яра поймешь, — при этом чародей выразительно поднял брови и прикрыл глаза, мол, ни слова об ЭТОМ. Вишена понял. К чему пугать парня? И без того ему несладко. Который день в походе, намается, к вечеру будто на иголках. Другой дрых бы без задних ног, а этот, вона, горюет, глаза красные, невыспавшиеся. Чародей тем часом продолжал:
— Не успел от рубинового меча избавиться, вздохнуть спокойно — на тебе, новые напасти. Покажи, — велел он Яру.
Отрок резким движением откинул плащ с левого бока. Черное ничто заискрилось, поплыло. Диво, да и только: есть вроде плащ, и в то же время вроде бы его и нету, пустота, дыра на месте ткани. Однако Яр показывал Пожарскому вовсе не свой новый плащ.
Ножны. Те самые, что из пещеры рубинового клада вынесены, сняты с мертвого песиголовца, те самые, в которых Яр хранил рубиновый меч. Серебряная ажурная отделка восхищала любой, самый притязательный взор. Скалились вставшие на дыбы гривастые львы; серебрился в полете змей-дракон; распростерли крылья двуглавые орлы, сжимая добычу в когтистых лапах… Знатные ножны, мастер, видать, сработал. Вишена раньше и не замечал всего этого серебряного волшебства-великолепия.
В ножнах покоился клинок — темнела витая ухватистая рукоятка, переплетались железные змейки, образуя причудливой формы гарду. Вместо привычного шарика или ромба рукоять венчала ощерившаяся собачья голова.
— Ну? — спросил Вишена, оглядев все это повнимательнее.
Яр поднял на него неуверенный взор — так смотрят затравленные, выбившиеся из сил олени.
— Я не знаю откуда взялся сей клинок. Как рубинового меча лишился, ножны пустыми носил. Плащ этот меня занимал… Словом, когда я за ножны ненароком взялся он уже был там. Но откуда? Кто его подсунул? Когда? Уж и не ведаю…
Коротким ладным движением Яр извлек меч из ножен и Вишена едва не вскочил: он-то привык к сверкающим полированным клинкам; сей же клинок был черен, как плащ у лежича на плечах. Вороненый булат едва заметно поблескивал, а на гарде, там где Вишена привык видеть драгоценные камни, рубины иль изумруды, все едино, виднелись непонятные символы, разные с обеих сторон гарды.
— Это варяжские руны, — пояснил Тарус. — Мало кто в мире их помнит и понимает. Древние они, не теперешние.
— Что же значат они, чародей?
Тарус указал на гарду длинным коричневым пальцем:
— Это руна судьбы, Гэнмар. Но она перевернута. Вторая — Морк, означает постоянство и верность.
Вишена долго глядел, не мигая, на чародея.
— Что же? Отголоски рубинового колдовства?
Тарус пожал плечами:
— Похоже. А ты, Яр, не горюй. Где бы мы были без рубинового меча? А сначала-то и его убоялись не на шутку. Авось и этот, черный на что сгодится. Ступай, поспи. Набирайся сил.
Хлопец отошел в сторону и прилег рядом с Омутом, закутавшись в плащ. Плащ здорово согревал, несмотря на то, что казался тонким и невесомым. И от дождя он защищал, третьего дня застал путников ливень-озорник, кругом струи поливали, на сажень не проглядишь, а на Яра хоть бы капля упала. Даже на голову — ни-ни! Вот только снять его нельзя. Точнее, снять-то можно, да едва отойдешь в сторону от него шага на три — коршуном взмоет в воздух, и на плечи. Застежка с рубинами сама-собой: «Клац!» Попался, мол, голубчик… Эхма, что творится-то?»
Одолеваемый тревожными думами Яр забылся тяжким глубоким сном. Вишена с Тарусом остались сидеть у костра.
— Бедняга хлопец… изведется ведь… — пробормотал Пожарский со вздохом.
— Ничего. Коли сейчас не сломается, после его уж ничем не согнешь, — ответствовал Тарус, подбрасывая хворосту в пламя, жадно набрасывающееся на пищу. — Молодчага он, Яр. Иному и перстня с рубином, вросшего в палец, хватило бы с лихвой. А наш-то? С нечистью дрался, не робел, головы не опускал. Орел, да и только. Неужто мечом черным его доймут? Не, Вишена, не та кость. Кремень, не хлопец!
— Перехвалишь, — поморщился Вишена, — будет.
Тарус умолк, снова подкармливая костер. Ветер вкрадчиво шуршал в кронах четверки сосен: «Шу-шу-шу…» Где-то вдали орали лягушки, выл, протяжно и тоскливо, не то волк-одиночка, не то престарелый вовкулак. Над поляной мелькали черными молниями летучие мыши, чертя меж звезд замысловатую сеть; изредка бесшумно проносилась крупная неясыть.
— Как думаешь, далеко ли те, с книгами? — спросил Вишена, задумчиво уставившись в огонь.
Чародей почти и не думал:
— Дня на два отстаем. Быстроногие они, черти, на север спешат, к морю. Поди их догони…
— Вдруг не догоним? А?
— Догоним, мыслю. Впереди болота сплошные, там они как пить дать задержатся. Ну, а я тропку одну знаю счастливую, полешуки мне о ней поведали. Главное, к морю поспеть вместе с утеклецами. Там, думаю, их ладьи ждут-не дождутся.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: