Мэри Стюарт - Сага о короле Артуре
- Название:Сага о короле Артуре
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2009
- ISBN:978-5-699-37753-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мэри Стюарт - Сага о короле Артуре краткое содержание
У трона каждого легендарного властителя всегда найдется место для чародея. Это повествование о деяниях благородного короля Артура, о великих битвах, великой любви и великом предательстве. О том, что видел своими глазами величайший из магов Британии Мерлин, стоявший у колыбели Артура и приведший его к власти.
Книги Мэри Стюарт о волшебнике Мерлине и короле Артуре по праву считаются шедеврами фантастической литературы. Впервые все пять романов знаменитого цикла - в одном томе!
Содержание:
1. Хрустальный грот (перевод А. Хромовой) c. 5-288
2. Полые холмы (перевод И. Бернштейн) c.289-564
3. Последнее волшебство (перевод И. Бернштейн) c.565-866
4. Недобрый день (перевод С. Лихачёвой) c.867-1122
5. Принц и паломница (перевод С. Лихачёвой, С. Таскаевой, А. Хромовой) c.1123-1276
Сага о короле Артуре - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Я с трудом поднялся с пола и огляделся, ища Моравик, но ее даже не было видно. Она бросилась прямо к матери. Я стал проталкиваться к ним через толпу в зале, но прежде, чем я добрался до матери, женщины сомкнулись вокруг нее маленькой молчаливой группкой и ушли из зала через другую дверь. Никто из них не оглянулся.
Кто-то заговорил со мной, но я не ответил и выбежал из зала через колоннаду и главный двор в тихий, солнечный сад.
Дядя нашел меня на терраске Моравик.
Я лежал, растянувшись на горячих плитах, и рассматривал ящерицу. Из всех воспоминаний того дня это — самое живое: ящерка распласталась на горячем камне в футе от моего лица и застыла, как статуэтка из зеленоватой бронзы, только горлышко пульсирует. У нее маленькие черные глазки, тусклые, как булыжник, а глотка розовая, как арбуз. Она то и дело стреляет длинным, остреньким язычком, и ее лапки тихонько шелестят — она перебежала мой палец и исчезла в трещине. Я повернул голову. Через сад шел дядя Камлах. Он взошел на террасу по трем невысоким ступеням, мягко ступая в своих изящных плетеных сандалиях, и остановился, глядя на меня. Я отвернулся. Во мху меж камней росли беленькие цветочки, крохотные, как глазки ящерицы, но точь-в-точь точеные чаши. До сих пор помню их форму так отчетливо, словно сам их выточил.
— Покажись, — сказал он.
Я не шевельнулся. Он подошел к каменной скамье и сел на нее, лицом ко мне, раздвинув колени и положив на них сцепленные руки.
— Мерлин, подними голову.
Я послушался. Некоторое время он молча рассматривал меня.
— Мне всегда говорили, что ты избегаешь шумных игр, что ты прячешься от Диниаса, что из тебя не выйдет ни солдата, ни даже просто мужчины. Но когда король сбил тебя с ног такой оплеухой, от которой любая из его гончих с визгом удрала бы в конуру, ты не издал ни звука, не пролил ни слезинки.
Я промолчал.
— Знаешь, Мерлин, по-моему, ты не совсем тот, за кого тебя принимают.
Молчание.
— Ты знаешь, зачем приехал Горлан?
Я решил, что лучше соврать.
— Нет.
— Он приехал просить руки твоей матери. Если бы она согласилась, ты уехал бы с ним в Бретань.
Я дотронулся пальцем до одной из чашечек во мху. Она лопнула, как дождевик, и исчезла. Я попробовал другую. Камлах сказал резче, чем обычно говорил со мной:
— Ты слушаешь?
— Да. Но теперь все равно, раз она ему отказала, — Я поднял глаза, — Правда ведь?
— Ты имеешь в виду, тебе не хочется уезжать? А я думал… — Он нахмурил красивый лоб, совсем как дед. — Ты был бы принцем, жил бы в почете…
— А я и сейчас принц. Большим принцем, чем теперь, я никогда не стану.
— Что ты имеешь в виду?
— Раз она ему отказала, — объяснил я, — значит, он мне не отец. А я думал, он мой отец и потому приехал.
— Почему же ты так думал?
— Не знаю. Мне показалось… — Я остановился. Я не смог бы рассказать Камлаху о том озарении, в котором мне открылось имя Горлана. — Я просто подумал, может быть…
— Только потому, что ты ждал его все это время, — Его голос был очень спокойным, — Это глупо, Мерлин. Пора посмотреть правде в глаза. Твой отец умер.
Я положил ладонь на кустик мха, надавил. Я увидел, как пальцы побелели от усилия.
— Это она тебе сказала?
Он пожал плечами:
— Да нет. Но будь он жив, он давно бы приехал. Ты должен понять это.
Я молчал.
— Даже если он и жив, — продолжал дядя, внимательно глядя на меня, — и все-таки не едет, печалиться особенно не о чем, верно?
— Да. Только какого бы низкого происхождения он ни был, это избавило бы мою мать от многих неприятностей. И меня.
Я отвел руку — мох медленно расправился, словно вырос. Но цветочки исчезли.
Дядя кивнул.
— Быть может, с ее стороны было бы умнее принять предложение Горлана или какого-нибудь другого князя.
— Что с нами будет? — спросил я.
— Твоя мать хочет уйти в обитель Святого Петра. А ты шустрый, умный, и мне говорили, что ты немного умеешь читать. Из тебя выйдет неплохой священник.
— Нет!
Он снова вскинул брови.
— Да что ты? Это совсем неплохая жизнь. В воины ты ведь не годишься, это точно. Почему бы не избрать такую жизнь, какая тебе подходит? Будешь жить в безопасности…
— Не обязательно быть воином, чтобы любить свободу! Чтобы меня заперли в таком месте, как монастырь Святого Петра… — Я остановился. Я говорил с жаром, но не хватало слов; хотел объяснить что-то, чего сам не понимал. Я поднял на него горящие глаза: — Я останусь при тебе. Если не нужен — убегу к другому князю. Но я хотел бы остаться с тобой.
— Ну, об этом говорить пока рано. Ты ведь еще маленький. — Он встал, — Лоб болит?
— Нет.
— Надо бы, чтобы тебя осмотрели.
Он подал мне руку, и мы пошли через сад, потом через арку — она вела в собственный сад деда. Я уперся, потянул его за Руку.
— Мне сюда нельзя.
— Со мной-то можно. Дед с гостями, он тебя не увидит. Пошли. У меня тут найдется кое-что повкуснее твоих битых яблок.
Сегодня собирали абрикосы, и я зашел и отложил из корзин те, что получше.
Он прошел своим легким, кошачьим шагом через заросли бергамота и лаванды, туда, где у высокой стены на солнце стояли абрикосовые и персиковые деревья. Сад был напоен сонным ароматом трав и плодов, а из голубятни доносилось воркование. У моей ноги лежал спелый абрикос с бархатистой кожицей. Я перевернул его носком и увидел, что снизу он прогнил и по нему ползают осы. Вдруг на него упала тень. Дядя стоял надо мной, в каждой руке — по абрикосу.
— Я же говорил, у меня есть кое-что получше падалицы. Держи. — Он протянул мне абрикос, — А если они вздумают отлупить тебя за воровство, придется им заодно и меня вздуть.
Он ухмыльнулся и откусил тот абрикос, что остался у него.
Я стоял, держа на ладони большой красивый абрикос. В саду было очень жарко и очень тихо — только пчелы гудели. Абрикос горел, как золото, от него пахло солнцем и сладким соком. На ощупь он был слегка пушистый, как золотая пчелка. У меня потекли слюнки.
— В чем дело? — спросил дядя. Его голос прозвучал раздраженно и нетерпеливо. У него по подбородку тек сок, — Чего ты смотришь, парень? Ешь, ешь! Что тебе не так?
Я поднял глаза и встретил взгляд голубых глаз, жестоких, как у лиса. Я протянул ему абрикос.
— Не хочу. Он весь черный внутри. Посмотри, насквозь видно.
Он резко втянул воздух, словно хотел что-то сказать. За стеной послышались голоса — наверно, садовники принесли пустые корзины. Дядя наклонился, вырвал у меня абрикос и с размаху швырнул его об стену. Абрикос разбился в лепешку и прилип к кирпичам, по стене побежал золотистый сок. Мимо нас прожужжала вспугнутая оса. Камлах отмахнулся — как-то странно, вбок, — и прошипел голосом, внезапно сделавшимся ядовитым:
— Ну, теперь держись от меня подальше, чертово отродье. Понял? Чтоб я тебя не видел!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: