Resaluca - Архимагирус. Том первый (СИ)

Я осмотрелся, кого здесь только не было! И люди — звери, с частично изменёнными частями тела, среди них в глаза мне сразу бросилась девушка с хвостом, большими, сильно развитыми ногами и сумкой на животе. Находясь позади толпы, она подпрыгивала до потолка, старясь разглядеть предмет всеобщего внимания. Из сумки же выглядывала мужская голова с длинной ухоженной бородой. Взглянув на меня и улыбнувшись во все 32, голова юркнула в недра сумки, бесследно исчезнув.

Были и люди — предметы, одно существо выглядело как комод с тремя выдвигающимися ящиками, причём, само оно находилось внутри, как улитка в ракушке, и при совершении каких-либо действий, ящик выдвигался и в силу вступали находящиеся в каждой секции части тела. Голова из верхнего отделения, заливаясь смехом, каталась и билась о её стенки, приговаривая: «…вот умора, это ж надо! Дайте мне посмотреть на него поближе», затем она захлопнулась, и из нижней секции полезло множество рук, которые, уперевшись в пол, приподняли комод в воздух и устремились в моем направлении.

О людях- еде я ещё долго буду вспоминать в самых ужасных кошмарах, а о различных мифических существах, будь то кентавры, сатиры, суккубы-инкубы, дриады и даже самый натуральный китайский дракон, словно змея ползущий по потолку, упоминать даже не имеет смысла.

Я поднялся и приблизился к Рухме, который смеялся, держась за живот, выронив кейс из рук. Резко успокоившись, он обратился ко мне:

— Арт, ты бы себя видел! — он скорчил на лице гримасу неподдельного ужаса и упал на пол, озираясь по сторонам, отчего толпа взорвалась новой волной хохота, а он, катаясь по полу, продолжил причитать, — Серьёзно? Ты действительно думал, что во всем департаменте только мы с тобой и в этом мире никого больше нет?

Побагровев от злости и стыда, я материализовал в руках сковородку, которую совсем легонечко опустил на голову зарвавшегося смотрителя.

Звон эхом прокатился по всему коридору, от чего вся толпа резко смолкла и замерла, наблюдая за разворачивающимся событиями.

Смокинг Рухмы, засветившись, преобразовался в кимоно, его волосы отросли и сплелись в косу, на лице зафиксировалась небольшая козлиная бородка, и даже глаза перестали светиться, превратившись в обычные человеческие. Я засомневался: его образ больше напоминал мне борца или мечника? Как бы отвечая на мой вопрос, подхватив лежащий рядом кейс, он прыжком поднялся с пола, на ходу раскрыл его и, ухватившись за услужливо подавшуюся к его руке ману, словно из ножен вытянул полуторный меч. Откинув кейс в сторону, он перехватил меч поудобнее, двумя руками, и ринулся на меня с яростным воплем, задрав его над головой. Я, делая робкие шаги, отступал назад, пытаясь утихомирить надвигающегося на меня Рухму:

— Спокойствие! А как же Мир и Добро?! — но достучаться до него я не смог, передо мной был абсолютно другой человек. Понимая, что двигаться больше некуда, ведь позади меня находилась дверь в кабинет, который я только недавно покинул, успев заметить надвигающийся на меня клинок, и всплывшее оповещение перед глазами: «удар сверху», я отпрыгнул в сторону, а вот мой оппонент, не совладав с инерцией, со свистом рассек резные узоры на двери, словно масло, и вновь двинулся в мою сторону. Я же не стоял на месте и принялся отходить вдоль по стене, не давая ему места для манёвра с длинным мечом.

Оповещения всплывали перед глазами опережая движения моего соперника. «Рубящий удар справа» только успел прочесть я, как Рухма замахнулся, нанося удар по диагонали сверху вниз, ругаясь и непрестанно наступая:

— Я тебе твою сковородку в… — *Дзынь!*, я принял удар на дно сковороды, уводя его с плеча, отчего с неё градом посыпались искры. Не теряя ни секунды, я отскочил от стены, выходя на импровизированный ринг, образованный зрителями. — запихну, ручкой наружу!

«Удар слева!» — вновь оповестил меня интерфейс.

Отведя меч, он замахнулся вновь, но уже стараясь ударить наотмашь сбоку, продолжил сыпать обсценной лексикой:

— Взор ему дали, и взгляд четвёртого уровня, я уже полгода на этом ё… — *Дон!* я плашмя ударил по мечу сверху вниз, отчего тот ушёл в пол, но Рухма, быстро восстановив равновесие, подался вперёд, стремясь проткнуть меня остриём — …посту, и хоть бы одно умение повысили!

Понимая, что успокаиваться он не собирается, и движет им сейчас одна лишь ярость, я решил действовать. «Укол!», сообразил уже я сам, вливаясь в ритм сражения. Стараясь увернуться от колющего удара, словно матадор, пропустив «быка» мимо себя, я крутанулся, но меч вскользь прошёл по моему бедру, вызвав острую пронзительную боль. Я, вскрикнув от боли, проводил его хлёсткими ударом ребром сковороды по темечку, отчего он упал на пол лицом вниз и замер. Одежда его вновь преобразовалась в смокинг, а меч, вспыхнув ярким пламенем, обратился небольшим сферическим сгустком маны, самостоятельно подлетел к кейсу и запечатался в нем. Испарив сковороду и держась за кровоточащую рану, я подбежал к нему, перевернул, и стал проверять состояние, прильнув ухом к его груди. В коридоре воцарилось гробовое молчание, даже я сам затаил дыхание, поэтому легко разобрал стук сердца.

— Жить будет! — успокаиваясь выкрикнул я. Пропальпировав пульс на руке, я вовсе расслабился, отчего рана вновь отозвалась болью. — Когда в сознание придёт. Есть у кого-нибудь лёд, приложить к его пустой голове?

Из толпы вышла девушка, ну вылитая снежная Королева: белые, словно седые, волосы, ниспадали с её плеч, покрытых белым пушистым меховым воротником, белое пальто до колен плавно переходило в изящные не менее белые ботфорты. Над головой красовался её класс: «Маг воды, Ур. 15» Смерив меня холодным, как лёд, взглядом, она подошла к нему и коснулась его головы рукой, укутав её снежной шапкой.

Следом за ней ко мне подбежала миниатюрная девушка в зеленом платьице и с расправленным прозрачными, как у стрекозы, крылышками за спиной, которые трепыхались на каждом шагу. Как гласила информация о ней, она являлась друидом, Ур. 19. Решительно отдернув мою руку от раны и коснувшись её своими ручками, она стала зачитывать заклинание на незнакомом мне языке. Их окутало сияние, и рана прямо на глазах стала затягиваться, кровь втягиваться обратно, а боль постепенно затухать.

— Большое спасибо, так гораздо лучше! — поблагодарил я девушку и улыбнулся ей.

Покраснев, она отвернулась и направилась сквозь толпу к выходу, бурча себе под нос:

— Не за что, дурак! Нашёл с кем затеять драку! Хорошо хоть жив остался!

Я проводил её взглядом, пожалев, что даже не узнал имени. Милая девчушка. Мне же полагается напарница, так ведь?

Толпа разбрелась кто куда, и лишь снежная королева осталась сидеть рядом с Рухмой, наблюдая за его состоянием. Решив, что лучше сейчас будет не попадаться ему на глаза, я, достав из рюкзака куклу, положил её рядом с ним, после чего направился на выход из департамента.