Дженнифер Фаллон - Медалон

Нет ничего явного — расстегнутый воротничок там, оторванная пуговица здесь. Защитники Гримфилда вели себя точно так же, как и солдаты во всем мире. Когда командир уезжает, дисциплина сразу же хоть немного, но слабеет. Главной мыслью оставшихся в городе солдат было то, что все возмутители спокойствия находятся на рудниках. Они не ждали возникновения проблем здесь, на месте. Тарджа был опытным воином и знал, что так и случится. Он надеялся и верил в это. А еще он знал, что это не надолго. Уилем скоро вернется, и дорога к свободе будет перекрыта.

Прослышав о бунте, Тарджа обдумал план. У него было два месяца, чтобы рассмотреть разнообразные варианты, так что он был уверен, что побег вполне реален. Его первым шагом было стать если не образцовым, то по крайней мере внушающим доверие заключенным. Он не дал Уилему ни единого повода заподозрить, что не принял своего наказания с молчаливой покорностью. Следующий шаг он предпринял, убирая мусор с заднего двора аптечной лавки. Из мусорного бака вывалилась заткнутая пробкой пробирка. Осторожно подняв ее и вытащив пробку, Тарджа почувствовал слабый приторно-сладкий запах джарабана. Этот яд часто использовался охотниками — он добавлялся в ловушки для животных. Пробирка была почти пуста. Тарджа положил ценную находку в карман, а затем спрятал под вынимающимся камнем у себя в камере. Если добавить туда немного воды, то с помощью полученного раствора можно вызвать у кого-нибудь сильное недомогание.

Сейчас пробирка была у него при себе. Он почувствовал, как она прижалась к бедру, когда усаживался с Заком на землю во дворике у кухни в ожидании ужина. Тучи сгущались, и Тарджа страстно надеялся, что польет дождь, и польет как из ведра. Его шансы на свободу резко возрастут, если защитникам придется укрыться от непогоды. Кроме того, побег в бурю дольше останется незамеченным. Да и если факт будет замечен — кому охота в ненастье пускаться на поиски какого-то жалкого беглеца?

— Отличная будет ночка, — заметил Фогли, когда над двориком прогромыхал гром.

— Точно, — согласился Тарджа. Он испытывал противоречивые чувства к сержанту Ликрену и капралу Фогли. Та часть его, которая гордилась защитниками, была в ужасе от этих людей: небритые, ленивые, разболтанные, — все то, что Тарджа терпеть не мог в солдатах. Послужи они под началом Тарджи — наверняка стали бы закаленными и подтянутыми офицерами. С другой стороны, если бы не их разболтанность, у Тарджи было бы мало надежд на спасение.

Было уже почти совсем темно, когда Тарджа и Зак получили свой ужин. Тарджа предложил Фогли забрать заодно и его ужин и принести под жалкий навес, служивший им укрытием. Добавить разведенное содержимое пробирки в миску капрала было делом секунды. Тарджа протянул ему ужин, и Фогли набросился на него как изголодавшийся волк. На землю упали первые крупные капли дождя. Фогли поторопил своих подопечных, и они, спешно проглотив остатки рагу, с мисками в руках направились к относительному теплу тюремных камер. Они уже вошли в корпус, когда капрал, схватившись за живот, вдруг сложился пополам от приступа невыносимой боли.

— Мать всех Основательниц! — задохнулся он и, чтобы не упасть, вцепился в спинку грубо сколоченного стула. Как образцовые заключенные, Тарджа и Зак терпеливо ждали, пока их начальник придет в себя. Однако Фогли не делал никаких попыток продолжать движение, и Тарджа подошел к нему поближе.

— Вы в порядке? — спросил он. — Капрал, что-то вы неважно выглядите.

Фогли вскрикнул от нового спазма. Его кожа посерела, и Тарджа на мгновение испугался, что в пробирке оказалось больше джарабана, чем он думал. Ему не хотелось убивать Фогли — он собирался лишь ненадолго вывести его из строя. Зак предусмотрительно зажег лампу на столике дежурного и подождал, пока Фогли соберется с силами и отдаст распоряжения.

— Это, наверное, рагу, — выдавил капрал, когда его скрутил очередной приступ боли.

— Привести кого-нибудь? — предложил Тарджа. Фогли покачал головой.

— Туда, — он слабо махнул рукой в направлении камер. — Сначала я должен вас запереть. Ох!

— Не сегодня, — почти не слышно произнес Тарджа. Фогли потерял сознание и упал на пол около поцарапанного деревянного стола. Зак со вздохом выступил вперед и, наклонившись, взял капрала на руки и окинул Тарджу взглядом темных печальных глаз.

— Теперь уходи. — Тарджа удивленно вскинул брови.

— Уходить?

— Беги. Быстрее. Я позабочусь о нем.

Тарджа был поражен, с какой легкостью Зак раскрыл его намерения.

— Пойдем со мной.

Зак покачал лохматой головой.

— Еда. Постель. Зак остается.

— Удачи тебе, Зак.

— Удача нужна тебе. Не Заку, — возразил великан.

Раскаты грома сотрясали городок, затопляя его грохотом, словно невидимая лавина. Тарджа быстро бежал по боковым улочкам Гримфилда. Месяцы выгребания мусора с задних дворов не прошли даром — он знал все закутки, аллеи и переулки как свои пять пальцев. Униформа, которую он собирался стащить, висела там же, где он и надеялся ее обнаружить. Ничего, что она была влажной и слегка маловата в плечах. Тарджа на бегу натянул мундир.

Буря разразилась во всю силу, когда он добрался до казарм семейных защитников. Через несколько секунд он промок насквозь — дождь стоял стеной. Тарджа не останавливался, используя непогоду как прикрытие. Оказавшись около дома Уилема, он перешел на шаг. Если не считать пары привязанных у дома жалкого вида лошадей, на улице никого не было. Мысленно выругавшись, Тарджа задумался, кому они могут принадлежать. Если у Мэгины гостят какие-то защитники, то вытащить Р'шейл будет почти невозможно. Он осторожно приблизился, перебрался через низенькую ограду и обошел дом сзади. Хозяевами лошадей оказались капрал и солдат — они о чем-то разговаривали с Мэгиной на веранде, в руках пожилой женщины горела лампа. За раскатами грома и шумом дождя Тардже не удавалось разобрать их разговор.

На заднем дворе никого не было, и Тарджа направился ко входу на кухню. Он постарался открыть дверь как можно тише и облегченно вздохнул, увидев, что и на кухне никого нет. Оставляя за собой неизбежные мокрые следы, он прошел мимо длинного стола и очутился у двери, ведущей в небольшой коридорчик. Стоило ему приоткрыть дверь, как до него отчетливо донеслись голоса. Тарджа остановился и прислушался, надеясь, что по какому бы поводу ни наведались защитники, это не займет у них много времени.

— Я не собираюсь заниматься подобным вещами! — заявила Мэгина до боли знакомым тоном, заставившим Тарджу улыбнуться воспоминаниям. — Убирайтесь отсюда и скажите Локлону, что если он еще хоть раз осмелится послать ко мне кого-нибудь с таким заявлением, то я лично прослежу, чтобы высекли его. А теперь убирайтесь! Отправляйтесь к Прозлан. Это ее работа!