Юрий Никитин - Трое из Леса
- Название:Трое из Леса
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Никитин - Трое из Леса краткое содержание
Трое из Леса - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Прости, замечтался…
— Дурень, — бросил Мрак досадливо. — У тебя не мечты, а грезы. Понял? Мечты — это когда сможешь, если сильно напряжешь пуп, а грезы… Иди с волхвом. Правда, трус редкостный. Такого куры лапами загребут, бурундуки забьют до смерти. Зато хитрый! Иной раз в ступе не влупишь, в ложке не поймаешь. Из-под стоячего подошвы выпорет… Гм, хотя в другой раз хоть кол ему на башке теши, хоть орехи коли…
— Не люблю Олега, — сказал Таргитай тоскливо.
— Почему?
— Трясется от всего. Противно.
— А ты прячешься от работы, как пес от мух. Тоже не яблочко! Два сапога пара.
Таргитай уныло промолчал. Старый Тарас проследил за невесткой, та с поклоном подала гостю расписной ковш, спросив с надеждой:
— Думаешь, могут добраться до… других?
Мрак запрокинул ковш, мощно, жадно пил, разливая квас по подбородку и волосатой груди. Росланиха перехватила ковш, опасаясь, что Мрак небрежно швырнет в угол, неслышно отбежала к очагу.
— Доберутся или нет, а идти надо. Живем как медведи, дальше Болота не ходим. Ты же знаешь, где-то есть Люди еще. Я знаю, Боромир знает… только не говорим про них.
— А где они?
Мрак пожал плечами. Помолчали, потом Мрак бросил:
— Откуда-то зайды берутся?
Тарас вздохнул, покосился на внука. Таргитай крутил в пальцах глиняную свистульку.
— Убьют, как смекаешь? Или в Болоте утонут?
Мрак шевельнулся, скамья под ним взвизгнула.
— Здесь убьют точно. Кто не работает… Собери им еду на два-три дня. Больше не надо.
Он бросил косой взгляд на Таргитая. Вряд ли проживут больше дня что Тарх, что Олег. Неча зря еду переводить.
— Дай пару кресал, огниво. Я кое-что подкину от себя.
Не поднимаясь, он вытащил из петли на поясе небольшую секиру. Зайчик заплясал на блестящем каменном лезвии. Таргитай мигнул, глядя с тоской. Острое лезвие блестело недобро, зло. Мрак отсекал с тридцати шагов крыло у присевшей на дерево бабочки. Но секира слушалась только Мрака. Однажды Таргитай попробовал метнуть, до сих пор вспоминать стыдно.
— Дал бы свой лук, — проговорил Мрак в раздумье, — но ни ты, ни трусливый волхв не знаете, с какого конца браться. А жаль… Ладно, увидимся.
Коротким взмахом он послал секиру через всю землянку. Крутнувшись в воздухе, секира с хрустом врезалась в дверной косяк, задрав ручку вверх. Росланиха вылезла из подпола, держа запотевший ковшик. В огромной ладони Мрака ковш выглядел детской чашкой. Кадык заходил вверх-вниз, две струйки потекли по краям подбородка. Мрак крякнул, не глядя, отбросил ковшик. Росланиха тихонько ахнула, отвернулась, но не услышала треска.
Ковшик висел на ручке секиры, а Мрак уже поднимался по земляным ступеням к дверям. Он повернулся боком, ибо его плечи оказались шире дверного проема.
— Я не научусь по дороге? — спросил Таргитай вдогонку.
Мрак хмыкнул, молча вылез наверх. Тарас запер дверь на засов, удивленно покрутил головой:
— Лучший охотник!.. Стрелок, каких не помню. За что жалует, не пойму!
Таргитай ответил жалобно:
— Потому, что я не соперник. Никому не заступаю дорогу! Все знают, что я не заступлю. Так за что меня так?
Он опасливо покосился на дверной косяк. Каменное лезвие секиры погрузилось в твердое дерево почти до половины. Мрак ушел, черная тень его секиры перечеркивала землянку пополам. Мать подняла крышку скрыни, а дед повесил на ручку секиры кожаный мешок, бросил в него трут и огниво. Мать вытащила из скрыни хорошо выделанную шкуру, сшитую в плотный спальный мешок.
— Ни к чему не приучен, — проговорил Тарас печально. Он грустно посмотрел на краснощекого внука. — Одно слово — никчема…
Мать до полуночи собирала мешок, Тарас покрикивал, что-то выбрасывал. Раза три ссорились, Росланиха всплакнула, наконец лучина догорела, и они легли спать. Таргитай перебрался на лавку, где мать уже заботливо постелила для него самые мягкие шкуры.
Долго ворочался в темноте, заснуть не мог. В тишине что-то шуршало, скреблось. Таргитай поднялся, на ощупь подлил в мисочку молока. Таргитай помнил только деда Иваша по матери, но тот был силач, богатырь, лютый в драке. Такой не останется домовым — с боевой секирой дерется в вирые, а если попал в подземный мир, то рубится со Змеем! С Таргитаем домовой не ладил. Дед Тарас загадочно поговаривал, что домовик чего-то требует, добивается, но Таргитай не догадывался… и не хотел догадываться.
В ставни поскреблось. Таргитай замер, руки похолодели. Донесся сдавленный шепот:
— Тарх… Тарх, ты спишь?
Таргитай подбежал к двери, с трудом отодвинул тяжелый засов.
— Тарх, это я…
В лунном свете появилась долговязая фигура. Олег был в своем белом балахоне, в слабом свете луны было видно, что шел сюда по лужам, собрал все репяхи и колючки.
— К тебе можно?
— Если только тихо.
— Я как мышь!
Олег на цыпочках проскользнул через сени. Таргитай неумело высек огонь, раздул трут. При свете лучины Олег осторожно пробрался к лавке, где лежали согретые Таргитаем шкуры, присел. Его трясло, он часто и сильно чесался. Застонал во сне дед, а мать забормотала несвязное, прикрыла ладонью глаза. Таргитай подтащил вторую лавку, лег рядом с Олегом и поспешно задул лучину.
В тишине пробежали маленькие ножки. Заскреблось, из Леса донесся протяжный волчий вой. Лежали долго, прислушиваясь, наконец Олег проговорил дрожащим голосом:
— Боязно, Тарх… Ох, как боязно!
— А мне нет? — ответил Таргитай сердитым шепотом. Он нырнул было в сладкие грезы, вообразил себя маленьким, когда все ласкают, дают ломтики истекающих сладким медом сот, когда любим всеми, даже грозным Громобоем, а тут этот трус…
— Ты — боишься? А говорят, ты по-дурости даже страха не ведаешь.
— Ну… просто уходить не жаждется.
— Уйти — это умереть, понимаешь?
— Изгонят? Упросить не удастся? Вдруг только пугают?
— Изгонят, слабых и больных вон, таков искон.
— Горюта родился с больными ногами! Всей деревней кормят.
— То послано богами. Если бы тебя, скажем, деревом пришибло, миром бы выхаживали. Твоя лень и моя… нерешительность сидят в нас самих. В деревне боятся, что зараза перекинется на них. Если не уйдем завтра, забьют кольями.
Олег тихо всхлипнул, Таргитай застыл. Даже не стрелой или секирой, как лесного зверя, а кольями, словно осатаневшего пса, у которого глаза остекленели, а изо рта падает желтая пена!
— Я упрашивал Боромира, — прошептал в темноте Олег. — Клялся, что буду послушным… что выполню все-все… Уперся, старый пень!
— При чем тут Боромир? — возразил Таргитай. — Это закон.
— Законы составляют люди.
— Не богохульствуй! Законы дают боги.
Олег ответил погасшим голосом:
— Да-да, боги… Но боги не считают беличьи хвосты. Детям говорим, что без воли богов даже муравей не чихнет, но мы не дети. Боги намечают, кому сколько жить, когда умереть, но в наши дела не мешаются… Тарх, возьми оружие, ладно? Хотя бы секиру.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: