Себастьян де Кастелл - Путь аргоси
- Название:Путь аргоси
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2022
- Город:М.
- ISBN:978-5-04-162071-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Себастьян де Кастелл - Путь аргоси краткое содержание
Приквел серии «История утраченной магии».
Путь аргоси - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Зал суда, видимо, не слишком хорошо освещался. Хотя мешковина была неплотной, я видела вокруг себя лишь нечёткие тени.
– Суд ожидает мольбы кающейся, – сказал магистрат, но в его голосе было больше азарта, чем нетерпения.
– Во-первых, снимите с меня этот проклятый мешок. Он…
На сей раз от удара я пошатнулась. Кто-то поймал меня, прежде чем я упала, а потом швырнул на колени.
Теперь перед глазами плыли только желтоватые пятна.
– Чрезмерная жестокость! – заявил магистрат.
– Она это заслужила, – возразил прокурор.
– Возражение поддержано.
Из зрительного зала раздался смех, и что-то мокрое забрызгало мне пальто со спины.
«Ну ясно, – подумала я. – В этом суде нет ничего милосердного. И ничего особенно судебного».
Когда я жила у двух рыцарей, они настояли, чтобы я изучила основы дароменской юридической системы.
– Каждый гражданин должен иметь понятие о законах страны, в которой он живёт, – проповедовал лорд Джервас.
Я как раз вернулась из школы, только что изучив, какие цвета приличная дама должна носить в различных официальных случаях.
– Даже если эти законы никчёмны и глупы? – поинтересовалась леди Розарита.
– Особенно тогда, – ответил Джервас.
Итак, пусть я и не была экспертом, но всё же кое-что знала о дароменском правосудии. И это, как я понимала, делало меня гением правоведения в зале, наполненном идиотами. Вытянув руки и подняв ладони кверху, я громко заявила:
– Я умоляю о tuta a lebat!
Последовала короткая пауза, а потом охи и ахи разнеслись по залу суда – вернее, по какому-то сырому подвалу, в котором мы находились.
– Кающаяся подала прошение об утке и лебеде! – провозгласил магистрат, издав звук, как будто бил жестяной чашкой по… ну, по другой жестяной чашке.
– Утка и лебедь! – воскликнула публика.
– Что такое «тута а лебат»? – спросил грубоватый прокурор, на удивление правильно произнеся слова. Затем он снова ударил меня по голове. – Ты это только что выдумала, верно?
Однако магистрат – возможно, его убедил нарастающий хор голосов: «Утка и лебедь! Дайте нам утку и лебедя!» – вынес решение в мою пользу.
– Кающаяся предложила свою линию защиты! Имейте в виду, – сказал он, снова лязгнув жестяными чашками, – что этот суд хорошо знаком… фактически мы все тут эксперты по любым уткам и лебедям. И мгновенно поймём, если кающаяся что-нибудь выдумает.
– В высшей степени разумно, ваша судейшество, – сказала я и неловко поднялась на ноги. – Я не сомневаюсь что суд хорошо осведомлён о защите тута… утки и лебедя. Она требует, чтобы подсудимый был избавлен от мешков на голове, повязок на глазах и разнообразных телесных повреждений.
Шум нарастал, превратившись в своего рода какофонию. Тем временем магистрат пытался выяснить, лгу я или нет. Дело в том, что действительно существует судебный принцип под названием tuta a lebat. Просто его нет в дароменских законах. Он возник в стране, откуда были родом два рыцаря. Когда лорд Джервас впервые разъяснил мне его, я сказала, что это звучит как довольно упрощённый – если не сказать тупой – способ урегулирования юридических споров. Джервас настаивал, что на самом деле всё гораздо сложнее, чем кажется. И что маленьким девочкам, которые даже не могут как следует заправить постель, не следует презирать тысячелетние правовые традиции великой страны.
– Поторопитесь! – крикнул кто-то в галерее. К оратору тут же присоединились другие голоса.
Наконец магистрат вынес решение относительно моей просьбы – без сомнения понимая, что толпа жаждет продолжения веселья.
– Возражение поддержано, – объявил он. – Прокурор, снимите с кающейся мешок.
– Ладно, – проворчал прокурор.
Чтобы снять мешковину с чьей-либо головы, как правило, не требуется удушения, а также ударов локтем и кулаком. Однако прокурор сделал и то, и другое, и третье.
– Ты пожалеешь об этом, – предупредил он, наконец-то стянув с меня мешок.
Откинув волосы с лица, я в полной мире оценила величие зала суда. Как я и предполагала, это был какой-то подвал. На грязном каменном полу кое-где валялись обломки серых плиток. Стены были сложены из таких же блоков, скреплённых крошащимся раствором. Потолок вздымался футах в сорока над головой и оказался неровным и шершавым, как свод пещеры.
– Где мы? – спросила я.
– В том месте, откуда крысы вроде тебя никогда не выходят, – сообщил мне прокурор.
– Итак?.. – спросил магистрат, снова издав лязг. Он и в самом деле держал в руках две помятые жестяные чашки.
Он был, вероятно, моего возраста, но тонкие руки и гладкие мальчишеские щёки заставляли его казаться ещё младше. Магистрат восседал на каменной полке, высеченной в скале. С края полки торчали обрубки его ампутированных ног. Десятка три зрителей сидели на разномастных деревянных стульях или разломанных каменных плитах. Я видела вокруг худые лица с дикими ухмылками на губах. В основном тут были подростки на пару лет старше меня. Я заметила несколько человек чуть за двадцать, но вместе с тем – двух или трёх детей не старше семи. Разный рост и телосложение, разный цвет кожи и волос… но всех в этом подвале объединяло одно: они, несомненно, были ворами. Как я и подозревала, меня схватили вовсе не констебли, а банда, на чьей территории я украла пальто.
– Кающаяся, озвучь свою линию защиты, – приказал мальчик-магистрат, – или суд вынесет приговор!
Я перевела взгляд с него на крепко сбитого прокурора с квадратной челюстью. Ему было лет шестнадцать. Потом я оглядела остальные лица. В считаные секунды у меня созрел план.
Формально моё обучение закончилось в ту ночь, когда Мет-астис убил сэра Джерваса и сэра Розариту, но за год, проведённый на улице, я наловчилась читать по лицам, позам и одежде так же, как читала книги.
Одна ухмылка может означать радость, другая – опьянение, третья – безумие. Прекрасную новую шляпу иногда носит не преуспевающий человек, а тот торговец, чей бизнес терпит неудачу и кому нельзя отставать от конкурентов. Богатая женщина может одеться в простое платье, чтобы не приставали нищие вроде меня, когда она прохаживается по рынку. Я выучила целый язык улыбок и хмурых взглядов; некоторые из них были настоящими, а некоторые – масками, надетыми, чтобы скрыть под ними извращённые желания.
Бедность – настоящая бедность – подразумевает, что помимо всех страданий и печалей вы чаще всего живёте скучно. Именно это я видела сейчас за всеми усмешками и ухмылками, угрозами и мрачными взглядами, адресованными мне.
Даже страдание становится утомительным, если вы живёте с ним день за днём. Сейчас задача состояла в том, чтобы развлечь эту стаю диких собак, не дав им разорвать меня на части.
– Понадобятся две палки, – сказала я «магистрату». – Примерно по два с половиной фута в длину.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: