Владимир Малыгин - На боевом курсе [СИ]
- Название:На боевом курсе [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:СИ
- Год:2020
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Малыгин - На боевом курсе [СИ] краткое содержание
Начало Первой мировой… Повоюем и полетаем на Илье Муромце. И будем стараться как-то избежать грядущей катастрофы. Получится это или нет, посмотрим…
На боевом курсе [СИ] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Далеко ведущий уходить не стал, прикрывать-то нас перекрёстным огнём всё равно нужно, но интервал ещё на полсотни метров увеличил. Все шишки на нас, как на замыкающих валятся.
И немцы сразу со всех сторон накинулись, понадеялись добить. Мечтатели. Они в этот момент больше друг другу мешали, чем нам. Но всё равно пришлось трудновато. Стрелки перезаряжаться не успевали. Даже в один момент курсовой «Максим» пришлось перетаскивать на правый борт. Иначе не справились бы.
И, вообще, пора на «Муромцах» отказываться от «Мадсенов». Машинка хоть и лёгкая по сравнению со станкачом, на руках её ворочать запросто можно, но ёмкость магазинов маловата. Зато в полёте у «Максима» никаких проблем с перегревом нет. Набегающим потоком воздуха хорошо охлаждается. В тот раз даже вода в кожухе ни разу не закипела. Да что там не закипела, она даже до предкипения ни разу не дошла. А если ещё подсказать Марии Фёдоровне или Александру Михайловичу закупить в Англии «Виккерсы» или добыть через нейтралов у противника их «МГ-08», то вообще бы отлично было. Немецкая машинка конечно лучше английской, у неё и прицельная дальность больше, и вообще она качеством лучше, но вряд ли что-то из этого получится. Лучше всё-таки закупить английские. Пусть родственные связи напрягают…
Отвлёкся, закрутился. Из перебитой топливной магистрали бензин вытекает, распыляется. Бак расходный, топлива в нём немного, но и просто тупо сидеть и ждать, пока всё через тоненькую трубку вытечет желания никакого нет. А вдруг полыхнёт? Вот то-то и оно, это самое пресловутое вдруг. А у нас крыло перкалевое, набор деревянный, фюзеляж фанерный. Вида не показываю, но страшно…
Инженер ко мне наклонился, на ухо кричит, идею высказывает. Выслушал, согласился. Связался с ведущим, согласовал снижение полётной скорости. Олег Григорьевич инструменты прихватил, через верхний люк на плоскость выбрался. Я особо и возражать-то не возражал, потому как помнил подобный реальный случай в нашей истории, в моей то есть, в давно прошедшей.
Инженер наш по лонжеронам и стрингерам добрался до мотора, за расчалки цепляется, напору набегающего потока сопротивляется. Да ещё парашют ниже спины болтается, в сторону его сдувает, тянет. Жестами нам показывает, что одному никак не справиться.
Стрелки в короткой паузе между очередями переглянулись друг с другом, да на меня глянули. И вновь к своим машинкам припали. Понятно всё с ними. Нельзя нам сейчас без стрелков. Кто отстреливаться-то будет? То-то же. И Семён вторым номером за пулемётом, ему никак. Как и Игнату, тем более. «Максим» ведь почти без перерыва стреляет. Хоть самому идти.
Немцы-то, словно шавки на охоте в медведя вцепились – и близко не подходят, боятся, но и не отстают. Тем более, человека у нас на плоскости заметили, всё-таки начали ближе подбираться. Тут-то Игнат и не сплоховал. Ещё один «Альбатрос» задымил, в крутое пике сорвался, вспыхнул. Но и нам досталось. В кабине словно полковой барабан загрохотал. Даже через пулемётную трескотню отлично слышно, как пули сухим частым горохом по броневой обшивке просыпались.
– Командир, разрешите? – Владимир Владимирович Дитерихс решился. Даже в кресле приподнялся. Но штурвал пока не оставил, держится двумя руками, умница.
– Разрешаю.
А куда деваться? Да и кроме него больше некому инженеру нашему помочь. Только теперь мне по сторонам придётся за двоих смотреть. Ну и пилотировать, само собой.
Время на всякий случай засёк.
Ровно через четырнадцать минут и второй пилот, и инженер в кабину вернулись. Оба замёрзшие, как черти. Да ещё и помороженные. Лица белые-белые. И руки. Пальцы, то есть. Даже перчатки их не спасли. А как они могут спасти, если в бензине намокли…
Доложились кое-как о проделанной работе. Губы у обоих в цвет лица, не шевелятся, слова доклада из себя еле-еле наружу выдавили. Зато перебитую магистраль срастили и мотор запустили. Можно с ведущим связываться и скорость увеличивать.
Инженер в своё кресло умостился, руки всё никак согреть не может, между ног зажимает, словно думает, что им там теплее будет. Кто морозился, знает, какая впоследствии боль наступает. И наш правый лётчик его жесты точь в точь копирует. Водочки бы в них сейчас влить грамм сто или спиртику столько же, да нет у нас на борту сего благословенного продукта, к сожалению. И в аптечке от обморожения ничего. Так что придётся офицерам потерпеть до посадки. А там доктора помогут, мазями помажут. Страшного ничего, но шкура с рук всё равно слезет, и лица поопухают. Потом на морозе всё время болеть и мёрзнуть будут. Это мелочь, а вот сам поступок… Даже не просто поступок, а ПОСТУПОК! Герои!
А я только и сказал на всё на это, что молодцы они. А что ещё говорить-то? И так всё ясно и понятно. На земле все силы приложу, чтобы подвиг сей запечатлели, да чтобы монаршей милостью этих героев отблагодарили…
А там и к линии разграничения войск, сиречь к фронту подлетели. Думал, ну вот теперь-то от нас немцы отстанут. Какое там, ещё сильнее накинулись. Мы все свои три боезапаса, которые всегда с собой возим, почти расстреляли, пулемёты у нас уже устали, а эти всё не отстают. И ведь то один, то другой самолёт противника дымить начинает, да вниз или в сторону с дымным следом сваливается, но остальные так вокруг и вьются. И попадают, попадают по нам. Правда, корпус у нас защищённый, с таких дистанций ему ничего не будет. Вот если бы ближе подобрались… Но нет, опасаются. Но и не отстают. Видать, крепко их там на земле настропалили. Обиделись за нашу бомбардировку. А нам ещё и солнце мешать начало. Стрелкам прямо в глаза светит. Утром-то наоборот всё было, а теперь ситуация изменилась. Поэтому и промахов у нас больше получается. А немецкие пилоты этим грамотно пользуются.
Ближе к линии фронта связались, наконец-то, с нашими, запросили помощь. И очень скоро смогли с облегчением вздохнуть. Показались наши. Немцы ещё какое-то время похорохорились, покрутились в каруселях, даже умудрились кого-то сбить из наших помощников. Но зато мы смогли уйти.
А чуть позже наши истребители нас и догнали. Прошли рядышком, покачали крыльями, уравняли скорости и сопроводили немного.
Инженер коленом в ногу толкнул. Я голову повернул:
– Что, Олег Григорьевич?
– Створки…
Ах ты! Забыл совсем. Створки-то бомболюка у нас так и открыты. И к шуму врывающегося в кабину воздуха уже привык, не замечаю его. Плохо, что нет никакой сигнализации, предупреждающей об их положении. Придумать что-то этакое необходимо. Вот и ещё одна зарубочка мне на будущее.
Кивнул головой, улыбнулся благодарно и команду на закрытие отдал. Бывает. Хлопнули за спиной замки створок, по ушам даже немного ударило. И легче стало. И за спиной потемнело.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: