Анатолий Дроздов - Зауряд-врач [СИ]
- Название:Зауряд-врач [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Анатолий Дроздов - Зауряд-врач [СИ] краткое содержание
Зауряд-врач [СИ] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Гашу свет и забираюсь под одеяло. Спать… Не удается. Легко скрипит дверь, в комнату впархивает тень. У койки она сбрасывает халат и лезет мне под одеяло. Леокадия?
— Молчи! — шепчет она. — Ничего не говори!
Горячие губы затыкают мне рот. Обнимаю ее. Через ткань рубашки чувствую горячее тело. От ее волос пахнет духами.
— Люби меня! — шепчет она.
А куда деваться зауряд-врачу? Люблю…
Глава 3
Бум! Бум! Бум!..
Неподалеку будто сваи заколачивают. Открываю глаза. Я один – Леокадия ушла ночью. Что это было? Не хочу думать, разберемся позже. Прислушиваюсь. Сваи продолжают забивать. «Канонада! — приходит догадка. — Немцы начали наступление. Или это наши?» Подумав, отвергаю второе. Стреляют из тяжелых орудий, а их в русской армии мало. К тому же подготовку к наступлению не скрыть. Для этого перебрасывают войска, подтягивают артиллерию… Дорога к фронту идет мимо лазарета, мы бы увидели. Карлович ездил в штаб, но новостей о наступлении не привез. Медиков о нем предупреждают…
Вскакиваю и торопливо одеваюсь. В ведре еще осталась вода. Споласкиваю лицо и бегу в лазарет. В кабинет Карловича набивается персонал: врачи, фельдшеры, сестры милосердия. Громадой высится унтер Кутейников – старший над санитарами. Леокадия тоже здесь, но на меня не смотрит. Ну, и ладно, не больно хотелось. На диване у Карловича неприбранная постель, сам выглядит встрепанно.
— Телефонировали из штаба дивизии, — говорит он. — Германец начал наступление. Ожидается много раненых. Прошу всех приготовиться. Сортируем, моем, меняем повязки. В операционной понадобится второй стол – будем работать с Валерианом Витольдовичем. Леокадия Григорьевна, вы ассистируете ему, мне будут помогать Кузьма Акимович.
Фельдшер кивает, ему не привыкать.
— Вы все знаете, что делать. За работу, господа!
Разбегаемся. Помогаю санитарам установить в операционной второй стол. Размещаем его у окна. Электрическая лампа в комнате одна, на двоих не хватит. А сейчас лето, дни стоят длинные. Если что, керосиновой лампой подсветим, есть у нас такие – с отражателями. Леокадия помогает. Улучив момент, она говорит тихо:
— Валеариан Витольдович, хочу вам сказать…
— Понял! — прерываю ее. — Ничего не было. Вы ко мне не приходили, я вас не видел.
Поджимает губы. Кажется, не угадал. Ну, и бог с этим! Сестры милосердия начинают мыть операционную, Леокадия остается присмотреть. Иду в столовую. Есть хочется! Надо набить желудок. По опыту знаю: пойдут раненые, будет не до еды.
Первых привозят скоро. Многие без сознания – растрясло на телегах. О медицинских повозках с мягкими рессорами начальство не позаботилось. Это я не о Карловиче. Он бы сделал, да кто ж ему даст? И почему в России перманентный бардак – даже здесь, в другом мире?
Сортируем раненых. Легкими займутся дантист и венеролог, опыт у них есть. Мы с Карловичем будем оперировать тяжелых. Он – конечности, я – раненых в грудь и живот. Так договорились. Не надо думать, что ему легче. Осколочные ранения конечностей приводят к летальному исходу ничуть не реже, если не чаще. Потом скажут: отчего раненый умер? Всего лишь ранение в ногу? Ага. На ногах вены и артерии, раненый может истечь кровью. Ее здесь не переливают – не научились. Группы крови известны, но это научные открытия, до практики не дошло. О резус-факторе не знают. Повреждения костей заживают плохо, могут привести к сепсису. Здесь это смертельный приговор. Про гангрену молчу – и так понятно.
Первыми пойдут раненые в живот. Здесь их не оперируют – не выживают, да и времени прошло много. Операции на кишечнике эффективны не позднее шести часов после ранения. Позже развивается перитонит – смертельный приговор в этом мире. Но я буду попробовать спасти этих людей. Это русские солдаты, и они воюют за Родину. Пусть я из другого мира, но Россия у нас общая.
Повреждения тяжелые, осколочные. В ранах много грязи. Чищу, удаляю поврежденные кишки. Хорошо, что они большей частью пустые – солдаты не успели позавтракать. Перед тем, как зашить рану, делаю легкий импульс свечением. Оно тянет силы, поэтому экономно. Главное, чтоб не умер сразу, добавлю потом.
Замечаю изумленный взгляд Леокадии – заметила. Трудно не усмотреть. Не важно, объясню потом.
Абдоминальные [18] Абдоминальный – относящийся к животу. От латинского abdomen – живот.
кончились. Выхожу в предоперационную, ополаскиваю руки в тазу, вытираю полотенцем и сажусь на стул. Стягиваю маску на шею. Следом появляется Леокадия. Моет руки и смотрит на меня.
— Валериан Витольдович, хочу спросить. Я видела… У вас руки светились.
— Это у меня такой дар. Помогает заживлять раны.
— То-то смотрю, прооперированные вами поправляется на глазах, — оживляется она. — Слух ходил, что вы лечите руками, но я не верила. Теперь понятно. А как…
— Закурить есть? — перебиваю ее. Хватит объяснений. Сам толком не понимаю.
— Вы ж не курите? — удивляется она.
— После операции тянет.
— Сейчас!
Она лезет в шкаф и достает картонную коробку. На крышке надпись: «Дюшес». Леокадия извлекает папиросу и протягивает мне. Вторую берет себе. Не знал, что она курит, в этом времени среди женщин не принято. Хотя, что взять от эмансипированной? Леокадия кладет папиросы на стол и достает спички. Подносит огонек мне, затем закуривает сама. Некоторое время глотаем дым. Он ароматный и слегка сладкий.
— И мне тоже! — заявляет, входя в комнату, Карлович. Леокадия дает ему папиросу. Карлович берет ее окровавленными пальцами и сует мундштук в рот. Леокадия чикает спичкой. Карлович делает глубокую затяжку и выпускает клуб дыма.
— Почему вы оперируете абдоминальных? — укоризненно смотрит на меня. — Зря время тратите. Все равно умрут.
— Мои выживут! — говорю, упирая на «мои». — Увидите.
— Хм! — хмыкает он. — Если так уверены…
Заканчиваем перекур, моем руки и идем продолжать. Пошли торакальные. [19] Торакальный – относящий к грудной клетке.
С ними легче. Ранения в грудь выглядят страшно, но заживают лучше. Главное усечь поврежденные ткани. Здоровые не пустят к себе микробы и, следовательно, затянутся. Режу, стягиваю, зашиваю. Замечаю, как на столе появляются зажженные лампы – их кто-то принес. Уже вечер?
— Валериан Витольдович, нужно сделать перерыв, — говорит Леокадия. — Мы все устали и не ели с утра. Раненые подождут, с тяжелыми мы закончили.
— Хорошо! — киваю. Она права.
Снимаем халаты, моем руки и идем в столовую. Санитар в белой куртке ставит на стол тарелки. Приносит графин с водкой и чарки. Наливаю себе и Леокадии. Она кивает в ответ на вопросительный взгляд. Эмансипе…
— И нам!
К нам подсаживаются Карлович с Акимовичем. Не заметил, как они появились. Санитар приносит тарелки и чарки. Наливаю в них водку. Выпиваем и набрасываемся на еду. Вкуса не чувствую, ем механически. Тарелки пустеют. Карлович лезет в карман мундира и достает серебряный портсигар. Угощает всех папиросами. Курим.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: