Олег Петров - Один Из Шестнадцати
- Название:Один Из Шестнадцати
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Олег Петров - Один Из Шестнадцати краткое содержание
Один очень необычный человек наносит неожиданный визит старому другу, который более полувека считает его погибшим. Вместе они готовят эксперимент по влиянию на историю, причем с совершенно практическими целями. И главным объектом эксперимента становится великая космическая гонка, начатая в середине XX века. Что, если бы С.П.Королев еще до первых пусков знал про детские болезни «семерки» и не потерял два года и десятки погибших аппаратов? Что, если бы сохранил Глушко среди соратников? Что, если бы он смог поставить бортовую ЭВМ на «Союз», или даже на более ранние корабли? Что, если в Штатах не стали бы потакать могущественному флотскому лобби и дали Фон Брауну шанс запустить спутник имеющимися средствами сразу после советского? Что, если бы три четверти первых лунных аппаратов США не ушли «за бугор»? Что, если бы объединение и мобилизация сил для космического прорыва произошло бы года на три раньше? Непрекращающаяся космическая гонка равных соперников, которые заранее знают о своих и чужих ошибках! Куда бы привела она обе сверхдержавы спустя всего несколько лет, когда они вместе доберутся до Луны и пойдут дальше, намного дальше?
Один Из Шестнадцати - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Буркнув Никсону «через пятнадцать минут» и дождавшись, когда ушастая голова госсекретаря скроется за дверью, президент задумался, вернувшись мысленно в только что пережитый сон. Начало ему даже понравилось — тысячи его самолетов, среди них сотни Б-52 «Стратофортресс», тучами поднимались в небо с многочисленных баз в Европе и брали курс на восток. Путь им преграждали закаленные в небе Кореи советские истребители, но опытных пилотов было слишком мало, и техническое оснащение не всегда было на высоте, да и связь часто подводила… Армады Запада прорывались сквозь отчаянно сражавшийся заслон, и, один за другим, с запада на восток горели в ядерном огне советские города. На земле у Советов дела шли получше, но при господстве сил Запада в воздухе это не могло продолжаться долго, и коммунистов начали отжимать по всем фронтам. И тут случился поворот, превративший близкую победу в кошмар.
Где-то в бескрайних глубинах русских лесов, куда не каждый У-2 долетит, сработали гигантские механизмы, открывшие бетонные колодцы шахт, и над их жерлами взмыли в небо на столбах пламени ракеты, и были их сотни, и была у них межконтинентальная дальность, и несли они страшные мегатонные боеголовки. И через тридцать-сорок минут сначала перестали существовать все крупные европейские и азиатские базы Запада, вместе с техникой, персоналом, городами и странами, их приютившими. А потом настал черед американских городов, потому что точности у этих ракет было маловато, и били они, в сущности, по площадям, то есть по городам и людям.
И стало уже неважно, что нет больше Москвы и Ленинграда, Свердловска и Харькова, и что где-то на выжженной земле Европы, задыхаясь в радиоактивной пыли все еще бьются насмерть сотни тысяч обреченных солдат. Все это уже не имеет значения, потому что нет больше Вашингтона и Нью-Йорка, нет Лос-Анджелеса, нет Хьюстона и Сан-Диего. Ничего больше нет.
Президент тяжело поднялся с кресла, стряхивая остатки жуткого сна. При Трумэне, может быть, и стоило попытаться ударить первыми… У Советов не было Бомбы, половина страны лежала в руинах после войны, стратегическая авиация отсутствовала как класс… А ведь даже тогда мы не посмели ударить, хоть был «Дропшот» и другие, и с тех пор проработки планов первого удара никогда не прекращались. Но сейчас-то какой в этом смысл? У русских теперь тяжелая ракета и спутник на орбите — а стали бы они так снижать секретность, если бы ракета не была на вооружении в массовом порядке? Ведь до объявленного в июне испытательного пуска секретность была тотальная, а имена конструкторов до сих пор неизвестны, ну не академик же Седов в своем кабинете все придумал, в самом деле!
Недавно президент говорил с этим бывшим наци, Фон Брауном, гением и злодеем в одном лице, и спрашивал его, что он думает о русской ракете. Тот ответил, не моргнув глазом: триста-четыреста тонн стартовой массы, забрасывает две — две с половиной тонны, или еще раза в полтора больше, если ракета трехступенчатая. Президент-генерал неплохо разбирался в технике и ухватил суть. Выслушав советников, утверждавших, что термоядерную боеголовку в две с половиной тонны глупые коммунисты никогда не сделают, он выгнал всех вон и пригласил в кабинет еще одного гения, Эдварда Теллера.
Неистовый венгр, яростно ненавидящий коммунистов вообще и русских в частности, с убийственной точностью буквально на пальцах разъяснил ему несколько теоретических возможностей сделать компактный термоядерный «пакет» даже легче двух тонн. Теллер страстно доказывал, что недооценивать русских категорически нельзя, особенно после спутника! Нужно удвоить, утроить усилия, чтобы сделать больше ракет, больше зарядов, чтобы уничтожить, уничтожить, уничтожить…
Даже нескольких десятков таких зарядов на русских ракетах хватило бы, чтобы нанести неприемлимый ущерб агрессору. Старый генерал вдруг понял, что агрессором он только что сам назвал собственную страну. Да, пора немного притормозить, а то можно и не удержаться над пропастью. Коммунизм — это, конечно, угроза всему миру, тут спору нет. И мы избавимся от него, но как-нибудь иначе, не развязывая войну на взаимное уничтожение.
Никсон появился снова и жестом показал, что время вышло. Ладно, будем разговаривать с этим хитрым колхозником. Президент вернулся в кресло, поднял массивную трубку и произнес первые слова:
— Слушаю вас, господин генеральный секретарь.
Москва, Август 2057 года
Отставной адмирал ВМС США Юджин Дорман едва успел проснуться и потуже затянуть ремни, как лайнер начал проваливаться вниз, к редким облакам. Заметив его шевеление, подошла вся в красном, невероятно красивая, словно с обложки, стюардесса, проверила застежки и поставила спинку его кресла вертикально, как положено. Новенький иркутский широкофюзеляжник, в облике которого ясно проступали черты породившего его «Эйрбаса», начал снижение по спирали с небольшим левым креном, и адмирал мог периодически любоваться в иллюминатор видами летней Москвы.
Город, а точнее, разросшийся вширь и ввысь гигантский мегаполис, выглядел ярко и агрессивно, и чем сильнее снижался лайнер, тем заметнее чувствовалась его мощь и энергичный, нетерпеливый напор. Наконец-то, почти до всех дошло, что сюда лучше приходить только гостем. Но теперь у остального мира были свои заботы. Но тогда зачем его, Дормана, сюда позвали? Даже билеты в бизнес-класс оплатили за счет казны, хотя с такими стюардессами и в экономе неплохо… Исторические консультации — это здорово, но неужели для этого недостаточно профессиональных болтунов-псевдоисториков? Для чего понадобился он, военный пенсионер и по совместительству один из последних специалистов такого уровня по истории середины прошлого века?
Впрочем, получив приглашение, он не стал набивать себе цену и спокойно сел в самолет, решив сам во всем разобраться и принять решение на месте. Обратный билет ему тоже купят, если что.
Лайнер накренился чуть сильнее, и Дорман увидел землю совсем близко. Метров шестьсот, прикинул он на глаз, жмурясь от ярких бликов. Удивительно, что они спустились с эшелона в тринадцать тысяч так быстро, и никаких тебе ям, отрицательных перегрузок и заложенных ушей. Ни один пилот вручную так летать не смог бы…
А теперь земля уже рядом, и можно было представить, как напряженно работают электронные «мозги» аэробуса, обмениваясь данными с землей. Сотни автономных метеостанций передавали самолету полную картину воздушных потоков на глиссаде, вплоть до малейших завихрений. Потому и летели они ровно, как по ниточке, все ниже и ниже. Яркое августовское солнце яростно отражалось от зеркальных стен высоток и многочисленных солнечных панелей на крышах домов поменьше, бликовало на глади петляющих повсюду речек и ярко-синих прудов. Но автоматике это совершенно не мешало, и выровнявшийся самолет вдруг мягко коснулся полосы строго в нужной точке, а пассажиры почти ничего не почувствовали, кроме легкой вибрации. Слегка взвыл реверс, а потом пассажиры по традиции устроили апплодисменты, только вот непонятно, кому. Наверное, программистам…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: