Константин Арий - Олимпиада-80
- Название:Олимпиада-80
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Константин Арий - Олимпиада-80 краткое содержание
С возрастом человек все охотнее верит в сказку. Современный мир окружает его большим выбором мифов, но по-настоящему человек предан только своему прошлому. Человек склонен мечтать о своем прошлом и видеть в нем самое лучшее. Слой блестящего лака покрывает темные пятна, и со временем они становятся все незаметнее. Человек бережет светлые впечатления, и все чаще и чаще возвращается к ним. Это помогает жить, и так появляется сказка…
Эта повесть — об удивительном прошлом, таком же противоречивом и сложном, как и любое другое время. Каждый бывший в нем вынес свои впечатления, разнообразные и целиком зависящие от моральной трезвости.
Воссоздать реальную картину прошлого, пусть даже и недавнего, в условиях противоречия мнений представляется задачей довольно сложной. Для этой цели использовались всевозможные средства, но документальная точность нередко уступала художественному звучанию текста.
Права на заимствованные материалы полностью принадлежат их владельцам.
Автор показал все события так, как если бы сам был их прямым очевидцем, пронеся воспоминания о них сквозь долгую череду лет. Все это — не более чем сказка…
Олимпийская сказка…
Олимпиада-80 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Макс стоял на Комсомольской площади, откуда со всех концов страны, приезжали и уезжали люди. Отсюда Москва была связана с районами Крайнего Севера, Урала и Сибири, здесь начинал свой путь Великий Сибирский Путь — легендарный Транссиб, — самая длинная железная дорога в мире, соединившая Европу и Азию. На другой стороне площади, прямо напротив Казанского вокзала, расположился, сверкая рубиновой звездой на шпиле башни Ленинградский — старейший вокзал Москвы. Справа от него, за наземным павильоном станции метро «Комсомольская», находился еще один вокзал — Ярославский, построенный в русском хоромном стиле. Из-за сходившихся здесь путей трех крупнейший вокзалов, эта площадь и получила в народе название Площади трех вокзалов.
Макс перешел проезжую часть и подошел к фонтану, расположенному неподалеку. Усевшись на гранитную лавочку, он решил подождать своего друга здесь.
С противоположной стороны на такой же лавочке расположились веселой компанией трое музыкантов.
— Поезд будет через час, — к ним, широко улыбаясь белоснежной улыбкой, подошел высокий русоволосый парень. Остальные радостно приветствовали эту новость.
Русоволосый сел на свободное место, взял в руки гитару, большим пальцем провел по струнам и, откинув резким движением головы спадавшие на глаза волосы, мягким мелодичным голосом запел:
Комсомольская площадь — вокзалов созвездье.
Сколько раз я прощался с тобой при отъезде.
Сколько раз выходил на асфальт раскалённый,
Как на место свиданья впервые влюблённый.
Хорошо машинистам, их дело простое:
В Ленинграде — сегодня, а завтра — в Ростове.
Я же с дальней дорогой знаком по-другому:
Как уеду, так тянет к далёкому дому.
А едва подойду к дорогому порогу —
Ничего не поделаешь — тянет в дорогу.
Счастья я не искал: всё мне некогда было,
И оно меня, кажется, не находило.
Но была мне тревожной и радостной вестью
Комсомольская площадь — вокзалов созвездье.
Расставанья и встречи — две главные части,
Из которых когда-нибудь сложится счастье.
Телефон Макса завибрировал, оповещая о пришедшем сообщении. Алексей, дико извиняясь, писал что не сможет приехать к оговоренному часу, предлагая Максу встретиться ближе к вечеру, когда он сможет решить так не вовремя свалившиеся на его голову проблемы.
Макс спрятал телефон и обратился к русоволосому, только что закончившему петь, с вопросом, что это была за песня. Русоволосый громко искренне рассмеялся и, глядя улыбающимися глазами на Макса, ответил:
— Ну ты даешь! Это стихи Евгения Долматовского, про эту самую площадь. Аккорды могу дать. Надо?
— Нет, спасибо. Хорошие стихи, мне понравились. Спасибо, — еще раз поблагодарил Макс, и направился ко входу в станцию метро.
Спустившись под землю, он пошел по переходу к станции кольцевой линии.
На мраморных плитах длинного перехода, возле самой стены, на низкой деревянной тележке одиноко сидел безногий паренек. Взъерошенные черные волосы, какие-то старые лохмотья и засаленные старые брюки, подоткнутые под едва выступающие с тележки обрубки, бывшие когда-то ногами; руки, — сжатые кулаки, лежащие на этих обрубках, поникшая на грудь голова; но — струной напряженная спина, сжатые добела губы и выступающие сквозь худые щеки скулы бросали яростный вызов проходившим мимо людям, не замечавшим своего соплеменника, изувеченного природой. «Я борюсь!!» вопила его сущность. Сейчас его глубоко посаженные глаза внимательно следили за парой цыганят, кричащих друг другу что-то на непонятном языке, со злобными насмешками пинающими друг другу старую ободранную шапку-ушанку. «Дари'к! Дари'к!» — громко кричал чумазый цыганенок, размахивая руками и второй, размахнувшись со всей силы, отфутболил ему шапку. Она пронеслась перед самой тележкой безногого паренька. Молниеносное движение — и он уже крепко сжимает ее в руке. Провожающий угрюмый взгляд, направленный в спины убегающих цыганят, и паренек снова ложит ушанку на ее привычное место перед собой.
Макс сунул руку в карман и выгреб оттуда мелочь, всю которая у него была. Монетки с глухим звоном упали на мех шапки. Паренек поднял голову. Его спина уже не была напряжена, под тяжелым гнетом несчастья плечи были опущены, губы едва заметно дрожали, а во влажных глубоких глазах застыла немая человеческая благодарность.
Макс пошел дальше по переходу.
Посадочный зал станции — «Зал побед», так назвал проектирующий его зодчий, оглушил Макса поразительной роскошью. Это была одна из самых красивых станций московского метро. Она представляла собой шедевр совместного созидания художников и архитекторов. Эта станция впитала в себя все новаторские идеи метростроения того времени, преобразовав и воплотив в жизнь в едином порыве вдохновения. Выполненная во всем величии сталинского ампира, она должна была показывать всю мощь огромной супердержавы со столицей в Москве. Плотно подогнанные тяжелые плиты темно-красного гранита на полу; три десятка аркад, опиравшиеся на восьмигранные колонны, облицованные розово-желтым мрамором; массивные позолоченные в форме огромного колеса люстры, ярко освещающие все вокруг, — казалось, будто станция представляет собой сверкающий подземный дворец. Оформление станции призвано воспевать Великие русские победы, неизгладимая память которых отображена в восьми красочных мозаичных панно, сложенных из золотистой смальты и ценных камней. На них изображены русские герои, принесшие доблестные победы в тяжелых битвах: Александр Невский со своей дружиной, гордо гарцующий на белом коне, со стягом Спаса Нередицкого во главе, отправляющийся в освободительный поход против иноземных агрессоров; Михаил Кутузов с золотыми эполетами и острой саблей на боку, сидящий на гнедом коне, жестом опытного полководца указывающий своим гусарам направление атаки; Дмитрий Донской, грозно осматривающий Куликово поле перед тяжелой битвой, с доблестными богатырями Пересветом и Ослябей в авангарде, храброй дружиной за спиной, на верном коне, с мечом в руках и верой в сердце, готовый до последнего защищать родную землю от посягнувших на нее захватчиков; Александр Суворов, высоко поднятой рукой салютующий победе над неприступными Альпами, оставшимися далеко позади, и вдохновляющий солдат, ровным строем проходящих перед ним, на новые ратные подвиги; Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский, созывающие народное ополчение против польско-литовских интервентов, жаждущих разорять и жечь дотла города и села в порыве желчной ненависти к богатству русских земель; советские солдаты в потертых и пропахших запахом победы гимнастерках, взвеявшие ярко-красное пламя советского флага у стен поверженного Рейхстага, боевым маршем прошедшие по Европе, пропитав эти земли своей кровью, истребив смертоносные путы фашистской чумы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: