Дарья Бобылёва - Забытый человек
- Название:Забытый человек
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «АСТ»
- Год:2014
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-086941-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дарья Бобылёва - Забытый человек краткое содержание
Небо пылает невиданными, восхитительными оранжево-фиолетовыми сполохами.
Земля дарит дачникам небывалое цветение роз в садах.
Горожане наслаждаются тишиной и порядком во дворах, отличным ремонтом в подъездах.
Все бы хорошо, да только иногда пропадают дети. И в треснувшем зеркале отражается кто-то не имеющий к вам никакого отношения. И за стеной кто-то ходит, постукивает и иногда даже кричит, но ваша квартира – крайняя в доме.
Человек не одинок во Вселенной.
Хорошая новость?..
Серия «Книга Страха» выпускается с 2014 года
Забытый человек - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Владя уютно сидел среди подушек, в руках у него был дедушкин фотоальбом, сбоку лежала колода карт. В комнате еле ощутимо пахло чем-то цветочным.
– Дядя Саша на машине разбился, – выдохнула мама и заплакала. – Владя, Владенька…
– Совсем разбился? – спросил Владя, напряженный и прямой в ее объятиях.
– Владенька, сыночек… – затряслась мама и вдруг затихла, проглотила свое отчаяние и посмотрела на Владю. – А помнишь, ты тогда ночью испугался? И на зеркале кто-то написал, что придет… Это кто же был, Владенька?
– Никого не было, – спокойно ответил Владя и потянулся к картам. – Это я сам написал. Я игрался, маленький был…
И опять в зеркале пробежала рябь, а по полу что-то прокатилось и пискнуло-хихикнуло.
– Мам, ты не бойся. Ты же все-таки моя мамочка…
«А глаза у него совсем светлые, – машинально отметила про себя мама. – Были темно-серые, а теперь вон как посветлели, прозрачные почти, в отца, что ли».
– Давай лучше в «дурака» сыграем, – предложил Владя.
Мама молча пожала плечами, и Владя стал раздавать карты. Только почему-то – на троих.
– А что, кто-то придет? – слабым голосом спросила мама.
– Может, деда. А может – бабайка, – рассудительно пояснил Владя.
Фотоальбом у него на коленях был раскрыт на той самой странице: поэтическая мама, папа с мягкой бородкой и трое детей. Дедушка чуть смазанный, брат его – навытяжку, грудь геройски вперед, как будто он уже видел мировую войну, которая сметет его первой же волной, и белая девочка в кружевах, умершая восьмилетней сестренка Лика, гроза нянек и любительница отрывать бабочкам крылья, которая ни в какую не соглашалась мыться, если мыло не пахло ландышем. Теперь она улыбалась и, сверкая горячими чахоточными глазками, смотрела прямо в объектив.
Отдых
Начинающему писателю Сергею Викторову повезло: он прославился. Точнее, повезло ему несколько раньше: Сергей Викторов был сыном того самого Петра Евсеевича Викторова, который под псевдонимом Евсей Громов производил многотомные эпопеи из деревенской жизни и громил в печати кого надо. В конце жизни он прогремел еще раз, уже с мемуарами, в которых стер в порошок оставшихся коллег, а также знакомых партфункционеров.
Первая книга Сергея Викторова как раз и была посвящена тяжелым взаимоотношениям внутри необыкновенного громовского семейства. Он безжалостно и подробно описал все конфликты, причуды и стыдные тайны покойных родителей, лишь слегка изменив имена и фамилии. Удачной приправой к повествованию о жизни в сумрачной «сталинке» стали узнаваемые приметы интереснейшего времени – рубежа 80–90-х годов прошлого века. Литературные знакомства, доставшиеся в наследство от отца, стали третьей составляющей успеха, и Сергей Викторов продал семейную историю легко и прибыльно.
Он всласть полюбовался на ставшие вдруг незнакомыми буквы своей фамилии, зажившей новой респектабельной жизнью в книжных витринах. Был упомянут в осторожных рецензиях. В блог к нему набежало больше 500 новых никнеймов. Его стали приглашать на литературные вечера. Сергей жмурился от благодушного самодовольства и планировал новую книгу.
Планировал месяц, два, полгода. Работа все переносилась на завтра, потому что сегодня надо было собраться с мыслями, набросать план, встретиться с кем-то, отправить в блог очередную острую фразу, чтобы сорвать бурю восторженных комментариев. К тому же Сергей и не думал о том, что после такого удачного дебюта у него может что-то не получиться. Он заволновался, только когда планированию исполнился год, а о нем как о начинающем писателе все уже забыли.
Между тем все было закономерно: проблема заключалась в том, что родившийся в необыкновенной семье и выросший в не совсем обыкновенное время Сергей Викторов сам по себе был абсолютно обыкновенным. И все необыкновенное в своей жизни он истратил сразу, собрав в одну-единственную книгу.
Мириться с тем, что писать ему больше нечего и не о чем, Сергей не стал. Сначала он действовал хаотически – то впадал в депрессию, то пытался написать полностью выдуманный роман на криминальную тему, то мучительно вспоминал мельчайшие подробности своей скучноватой жизни, надеясь выжать из них хотя бы «повестушку». Потом все обдумал и решил подойти к проблеме прагматично и, как ему тогда казалось, здраво.
Сергей избавился от того, что его новые мыслящие друзья называли «пожирателями времени» – от телевизора, Интернета и сразу нескольких мобильных телефонов. Потом пропали куда-то и друзья. Дни стали длиннее. Но мозг Сергея, на который начинающий писатель возлагал столько надежд, молчал. Он перестал даже производить острые фразы, поскольку на бурю комментариев рассчитывать уже не приходилось. Сергей застыл в ожидании. Он стал охотиться за каждым потенциально творческим спазмом молчаливого мозга. Завел для записи своих мыслей сразу несколько блокнотов. Даже ночью вскакивал, если в сонную голову вдруг забредало случайное соображение, при свете дня неизменно становившееся жалким и нелепым.
Но стало только хуже. Видимо, мозг, заметив, с каким восторгом встречают каждое порождение его творческой активности, вконец обленился.
Сергей испугался. Он слишком долго убеждал себя и окружающих в собственной необыкновенности, чтобы зажить теперь обыкновенной серенькой жизнью. Начинающий (он все еще надеялся на это) писатель решил, что мозг надо заставить работать. Подхлестываемый многочисленными примерами из истории – ведь даже безобидный Шиллер нюхал, кажется, гнилые яблоки, – Сергей стал испытывать на содержимом своей черепной коробки различные стимуляторы.
Он начал с разрешенных и даже рекомендуемых теина, кофеина, специальных таблеток для убыстрения соображения, а вот закончилось все уже в нелегальном чаду. Стараясь не перечитывать в редкие моменты просветления пугающий бред, который ему удавалось натворить под воздействием разноплановых веществ, Сергей все с большим остервенением мучил своего подопытного. Он поливал безответное вместилище разума алкоголем, посыпал порошком и таблетками, возжигал ему дурманящие курения и не спал сутками в надежде, что этот несгибаемый партизан разговорится. Что хотя бы в последних конвульсиях серая студенистая тварь извергнет из себя творческое, гениальное, настоящее. Что белые кристаллики, вызывающие беспричинный животный восторг пилюли и сладкий дым заставят его взглянуть на скучноватую жизнь в заурядном мире именно под таким ракурсом, который ищут все художники.
Мозг молчал, лишь изредка, в забытьи, порождая нежизнеспособных чудовищ. Заканчивались деньги. Пришлось экономить на еде. Хорошо, что от таблеток есть уже почти не хотелось.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: