Питер Джеймс - В плену снов

Она задрожала, сама не зная отчего. Заперла автомобиль и тут услышала визг колес и рев двигателя. А подняв взгляд, увидела мчащийся прямо на нее автомобиль с включенными на полную мощь огнями.

«Как во сне», – ужаснулась она и, обогнув багажник «ягуара», ринулась на тротуар. Автомобиль с грохотом пронесся мимо.

Как в том проклятом сне. Ее вновь охватила дрожь.

МЫ НЕ ВИДИМ СНОВ О БУДУЩЕМ… НО МЫ УСТАНАВЛИВАЕМ СВЯЗИ. МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ СО СВОИМИ МОНСТРАМИ. ЗАБУДЬТЕ ОБ ОЧЕВИДНОМ, СЭМ. ВЫ ДОЛЖНЫ УСТАНОВИТЬ СВЯЗЬ с ГЛУБИНАМИ СВОЕЙ ДУШИ.

Сэм шла по улице, пугаясь тени деревьев: они казались ей похожими на темные лужи крови, а когда она попадала на открытые участки, освещенные резким светом луны, то чувствовала себя перепуганным кроликом, попавшим под свет фар автомобиля.

Тот сон. Все происходило, как в том сне.

Когда она пересекла очередной незатененный отрезок дороги, луна внезапно поблекла, словно ее погасили. Послышался легкий шум, словно топот крошечных ножек, и холодная капля воды ударила ее по лбу.

Дождь. Она испытала чувство облегчения. В этом месте ее сна дождя не было.

В считаные секунды обрушился ливень, она колебалась, не вернуться ли к автомобилю, или надо хоть достать зонтик. Но ведь она была совсем рядом с Хай-стрит, и тут она увидела прямо перед собой проезжающее такси.

– Такси! – закричала она и кинулась к нему, но, пока она бежала, такси уже уехало.

Она стояла под дождем, а тот все усиливался. Она смотрела на расплывающийся свет фар, на хвостовые огни в надежде увидеть желтый огонек свободной машины. Еще одно такси промчалось мимо, из-под колес летела вода, на заднем сиденье маячили тени съежившихся людей, следом проехало еще одно такси, и тоже занятое. Она промокла насквозь. Волосы прилипали ко лбу, а пальто отяжелело от воды. Она беспомощно озиралась по сторонам и вдруг заметила на некотором расстоянии от себя, вверх по холму, знак подземки. Какое-то мгновение она колебалась, вглядываясь в улицу, в проносящиеся мимо огни машин. Ни одного такси.

В том сне ведь не было дождя. С тобой все будет в порядке. Нет, Сэм. Нет! Ах, черт подери!

ВЫ ДОЛЖНЫ ВСТРЕТИТЬСЯ СО СВОИМ МОНСТРОМ.

Сон. Это был просто сон.

КУДА ПРОЩЕ ОТНОСИТЬ СНЫ В РАЗРЯД ПРЕДВИДЕНИЙ, ЧЕМ ПОСМОТРЕТЬ ПРАВДЕ В ГЛАЗА И ОСОЗНАТЬ ИХ СУТЬ.

ВЛАГАЛИЩЕ. Я ПОЛУЧИЛ ОБРАЗ ВЛАГАЛИЩА.

ВЫ ИМЕЕТЕ В ВИДУ, ЧТО ОНА НАПРАВЛЯЕТСЯ ОБРАТНО, В ЛОНО СВОЕЙ МАТЕРИ?

Ну, разумеется. А разве не у всех так? Может, и так.

Она побежала к станции подземки, а потом остановилась. Да не будь ты такой уж чертовски глупой!

Трусиха! Трусиха! Трусиха!

Это я-то?

Трусиха! Трусиха! Трусиха!

Вообще-то я больше не пользуюсь подземкой… ну… видите ли, грабители и все такое. И Ричарду это не нравится.

Трусиха!

Она помчалась дальше к подземке.

Но ведь ты не собираешься спускаться туда, Сэм?

О да, собираюсь.

О нет, не собираешься!

О да, собираюсь.

О нет, не собираешься!

Да идите вы в задницу!

Сэм влетела внутрь, там было прохладно, пахло сухой пылью и затхлостью, она промчалась мимо нескольких человек, съежившихся у входа, и ринулась к билетным автоматам.

НЕ РАБОТАЕТ. НЕ РАБОТАЕТ. Третий автомат вроде работает, она открыла сумочку, вытащила кошелек, попыталась отыскать «Уоппинг» в перечне станций, но не смогла.

Она прошла к билетной конторке, замирая от страха, а вдруг там сидит та самая женщина из ее сна. С облегчением увидела за конторкой молодого мужчину с густой бородой.

– В один конец до Уоппинга, пожалуйста.

– Лифты не работают, – сказал он, приподнимая брови.

– Простите?

– Лифты. У нас тут проблема с электроэнергией.

– Я могу спуститься по лестнице.

Он нахмурился:

– А вы бывали здесь раньше?

– Нет.

– Спускаться довольно далеко.

Она почувствовала легкое беспокойство.

– Я… – Она помолчала. – Я не возражаю.

Он пожал плечами:

– Девяносто пенсов. Повернете там направо. – И он показал ей рукой.

Сэм взяла билет и прошла через барьерчик, контролер отсутствовал. В начале лестницы висел какой-то знак.

ШАХТА ЛИФТА НА ЭТОЙ СТАНЦИИ САМАЯ ГЛУБОКАЯ В ЛОНДОНЕ. ТРИСТА СТУПЕНЕК. ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ТОЛЬКО В ЭКСТРЕННОЙ СИТУАЦИИ.

Грязные кафельные плитки стен казались знакомыми, как в общественном сортире… как стены в том сне. Она уставилась на стальную коробку шахты в середине лестницы, все в точности, как она видела в своем сне.

«Господи, как же, черт подери, могла я увидеть это во сне так точно? Может быть, я была здесь раньше? Когда-то давным-давно?»

Должно быть, так оно и есть.

Она дрожала.

«Успокойся! Это всего лишь обыкновенная станция подземки. Все пользуются подземкой».

Она прислушалась, в надежде, что подойдут еще люди и они могли бы пройти вниз вместе. Послышались быстрые шаги – двое мужчин, углубившись в разговор, спускались по лестнице. Она услышала позади себя еще чьи-то шаги и болтовню студентов-иностранцев. Огромная толпа итальянцев беззаботно, оживленно щебетала и смеялась. Энергия и энтузиазм. Жизнь. Она начала спускаться вместе с ними, стараясь держаться поближе, чтобы не оказаться в одиночестве.

Уже было пройдено полпути, когда она услышала, как что-то щелкнуло, и ее сумочка упала на землю, подпрыгнула и скатилась вниз через несколько ступенек, из нее выпала записная книжка, раскрылась, повсюду рассыпались бумажки.

Черт подери!

Она опустилась на колени, а студенты, осторожно переступив через листки, не переставая весело щебетать, проследовали дальше. Она лихорадочно запихивала бумажки обратно, чувствуя себя при этом очень глупо, а потом посмотрела на оборванный ремешок сумочки. Заклепка сломалась. И вдруг поняла, что кругом стоит тишина. Ей стало совсем страшно, она дрожала на сквозняке в промокшей насквозь одежде, и от страха тоже, – сообразила она, заталкивая записную книжку в сумочку. Болтовня студентов уже стихла, и она осталась одна. «Повернись, – подумала она, – повернись и беги обратно наверх».

Она посмотрела вверх, а потом вниз. И там и там темно, тихо и страшно.

ВЫ ДОЛЖНЫ ВСТРЕТИТЬСЯ СО СВОИМ МОНСТРОМ.

Уж не это ли имела в виду Таня Якобсон?

Прямо здесь?!

Она стояла и вслушивалась, щебет итальянцев умолк окончательно.

Успокойся, Сэм. Успокойся. Просто иди дальше вниз. С тобой все будет отлично.

Она сунула сумочку себе под мышку, сделала вниз один шаг, за ним другой и услышала резкое эхо своих шагов.

В том сне дождя не было.

И билеты в том сне продавала женщина.

Сон. Просто сон. Только и всего.

Она медленно спускалась все дальше, прошла один виток, за ним другой. Глубоко внизу, под собой, она услышала слабое громыхание поезда метро.

В том сне не было никаких других людей. А сегодня вечером кругом уйма народу, ведь конечно же они были, да? Она прошла вниз еще дальше, ступая на цыпочках, стараясь идти бесшумно, чтобы не было никакого эха и никто не смог бы услышать, чтобы, если уж он дожидается там, тогда… Бог мой, подумала она, ведь ее пальто шуршало, и сумочка терлась о него. Она снова остановилась и прислушалась. Снова слабое громыхание – нового поезда, а потом – тишина. Сколько же осталось ступенек? Как далеко она прошла? Сэм ощутила покалывание сзади в шее. Кто-то крался вниз следом за ней. Кто-то стоял позади нее.