Андрей Лазарчук - Стеклянный меч
- Название:Стеклянный меч
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- Год:2017
- Город:Киев
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Лазарчук - Стеклянный меч краткое содержание
Стеклянный меч - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
5. Если эффект воздействия НАИ таков, каким нам его представили, то почему значительная часть ресурса надаффективного внушения расходовалась на астенизацию и шизофренизацию населения путём многолетней трансляции „Волшебного путешествия“ – ментограмм клинических шизофреников (в разные годы трансляции занимали от 3 до 14 часов в день)? Чем объяснить то, что сильнейший способ внушения не использовался для изменения потребительского поведения и как следствие – для форсированного экономического роста?
6. Какова была реальная цель ежедневных т. н. „лучевых ударов“ (заявленная не выдерживает никакой критики)?
7. Есть ли техническая возможность проверить, не возобновлено ли где-либо нелегальное использование НАИ (в фоновом режиме, без применения „лучевых ударов“)?
Резюме составлено ст. инспектором ДЗ Мито Верике, 02.02.27».
Я разгладила лист, зачем-то перевернула. На обратной стороне местами отпечаталась грязь от валика.
– Всё верно? – спросил инспектор.
– Учитывая степень сжатия – абсолютно.
– Итак? Или же исследования леволатерального синдрома вы полагаете более важными?
– Леволатеральный синдром можете внести восьмым пунктом, – сказала я. – Не сомневаюсь, что он имеет отношение ко всему перечисленному…
– То есть вы согласны?
– Ещё не знаю. Расскажите подробнее – какой коллектив, кто будет во главе коллектива, аппаратура, транспорт, полномочия…
– Идёт процесс формирования. Считайте, создаётся новый отдел. Полноценный. То есть только научных работников не менее двадцати пяти человек…
– Кто главный?
– Генерал Шпресс. Он же профессор Шпресс.
– Военный психиатр?
– Совершенно верно. Кстати, он вас помнит.
– Да? С чего бы?
Впрочем, я его – тоже помню…
– Имя полностью?
– Нолуана Мирош.
– Число исполнившихся лет?
– Тридцать один.
– Образование?
– Высшее медицинское.
– Семейное положение?
– Вдова.
– Сведения о ближайших родственниках?
– В живых не осталось никого.
– Поясните.
– Родители погибли, когда мне было десять лет. Бабушка, у которой я выросла, умерла в пятнадцатом… я только поступила в университет, как… вот. Родители мужа пропали на каторге ещё при Творцах, а мужа расстреляли уже вы. Всё.
– Эмм… А брат мужа?
– Не знаю. Насколько мне известно, он отказался от родства, так что я с ним никогда не встречалась и даже не знаю, как его зовут.
– Понятно… – следователь зачем-то заложил папку карандашом и захлопнул её. Видимо, чтобы показать – сейчас разговор пойдёт не под протокол. Откинулся, закурил. Мне предлагать не стал. Наверное, знал, что откажусь. – Кстати, чаю не хотите? С сахаром?
– Хочу, – сказала я.
Он нажал кнопку под столешницей – и, когда конвойный заглянул в дверь, велел принести две кружки, и покрепче.
– Вы в курсе, за что именно сидите? – он выпустил облачко дыма и посмотрел на меня сквозь него, как-то непонятно прищурившись. – Нет, статью не надо, своими словами.
– За то, что я была женой своего мужа. За то, что не донесла про его якобы преступления. За то, что не отказалась от него. Наверное, это всё.
Следователь покивал.
– Вы сказали «якобы». То есть в то, что он был провокатор и работал на контрразведку, вы не верите?
– Меня не убедили, – сказала я.
– А что вас могло бы убедить? – спросил он.
Принесли чай. Аромат был… безумный. Да, безумный.
– Я не знаю, – сказала я. – Мне показывали его досье из контрразведки… написано, что он буквально с пятнадцати лет работал на них, агент «Пальчик»… Но сделать такое досье – две недели. Так что…
Я отхлебнула чай. Он был сладкий, как горный мёд. И горячий. Я вдруг почувствовала, что вся промёрзла насквозь.
Следователь молчал, курил. Потом вспомнил про свою кружку.
– Но что вам мешало подписать отречение? – спросил он. – В конце концов, сколько вы прожили в браке? Полгода?
– Семь месяцев.
– И сколько дней из этих месяцев вы были вместе?
– Мало, – сказала я. – Могу сосчитать, если надо.
– Не надо. Мы сосчитали. Меньше двадцати. Так почему вы не подписали, Нолу?
Нолу… надо же…
– Не знаю, – сказала я. – Как-то это… не по-людски…
– Он на самом деле был провокатором, – сказал следователь. – Одним из успешнейших. На его совести сотни жизней подпольщиков. Не говоря о том, что он фактически начал гражданскую войну…
– Это только ваши слова, – сказала я. – И да, мне показывали электрокопии его сообщений. Но почерк можно подделать… и подпись…
– Вы сами себе не верите, правда?
– Я ничему не верю, – сказала я.
Он шумно отхлебнул из кружки и взял телефонную трубку.
– Капрал, попросите профессора заглянуть к нам…
Несколько минут прошло в молчании. Я допила чай, и мне захотелось попросить ещё. Но этого делать было нельзя.
Заглянул конвойный, увидел, что всё в порядке, приоткрыл дверь шире. Вошёл, опираясь на палку, лысый толстяк в мятом гражданском костюме. Следователь встал.
– Господин профессор…
– Сидите, Номан, сидите.
– Простите, но мне больше некуда вас посадить…
– Может, оно и к лучшему… – тем не менее толстяк, кряхтя, опустился на железный стул следователя. – Итак… итак. Коллега Мирош? Меня отчасти посвятили в суть ваших проблем, но я хотел бы главное услышать от вас.
Следователь Номан – имя? фамилия? – отошёл к приоткрытому зарешеченному окошку и снова закурил.
– Простите? – спросила я.
– Да, я не представился: доктор медицины Баух Шпресс, профессор Военно-медицинской академии. Вы – зауряд-врач Департамента здравоохранения, профиль широкий, я бы сказал – широчайший… Участница боевых действий, была в плену у мятежников… всё верно?
– Всё верно.
– Как выяснилось во время разбора архива контрразведки, ваш муж долгое время был агентом-провокатором, внедрённым в подполье, за что судим трибуналом Революционной комиссии и приговорён к смертной казни.
– Я знаю, что он до революции состоял в подполье и занимал там высокий пост. После революции его отправили в стратегически важный регион для восстановления хозяйства. Он очень многим не нравился, поскольку был принципиальным и упорным…
– Упёртым, я бы сказал.
– Упорным и честным. И очень требовательным. Требовали с него, требовал и он. И он умел добиваться своего. Поэтому так кстати появилась архивная папка. А вы уверены, что контрразведка не заводила подобных папок на всех руководителей подполья, чтобы в нужный момент убирать неудобных руками их же товарищей?…
– Коллега, верно ли, что вы долгое время работали в проекте «Волшебное путешествие» в качестве наблюдающего врача?
– Подрабатывала. Да.
– С ментоскопированием дело имели?
– Разумеется.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: