Нил Эшер - Двигатель бесконечности

Она опустилась в свое кресло. Выглядела Сепия отлично, и хотя наши недавние олимпийские подвиги основательно опустошили меня, я уже подумывал о том, чтобы стащить с нее этот кошачий костюмчик. Но нет, эмоции не должны туманить суждения. Если бы речь шла о простом контакте форсов, всё устроилось бы замечательно, но в цепи имелся еще один объект, который нельзя было не учитывать.

Я показал на шип, вернувшийся в свои тиски у стены:

– Я мог бы открыться, но есть ведь еще и это.

Она кивнула, соглашаясь, и застыла в ожидании. Ладно.

Я открыл для нее форс, а Сепия одновременно открыла свой, и связь установилась. Это было не совсем чтение мыслей, но очень похоже. Во время секса, к примеру, не требовалось спрашивать: «Так хорошо?» или говорить: «Да, вот здесь». У нас обоих стало как бы по два форса, основной и вспомогательный. Она не контролировала мой, я – ее, или, точнее, в обычных обстоятельствах я ее не контролировал, но знал, что при помощи шипа мог бы овладеть чужим форсом и через него захватить контроль над телом или даже над мыслями женщины. Теперь мы оба были в курсе, что делал другой, прибегая к помощи форса. Если я запущу какой-нибудь поиск, Сепия это увидит. Если свяжусь с кем-нибудь – услышит разговор и сможет присоединиться. На иных уровнях, по биооткликам, мы поймем чувства друг друга. Это была близость, очень тесная близость, своего рода обязательство .

– Не знаю, как повлияет на тебя шип, – предупредил я. – Я не изолировал канал, так что, если тебе покажется слишком, можешь отступить в любой момент.

Шип, этот постоянный шепот в сознании, его расширение и усиление, по моему приказу «придвинулся» ближе. Тысячи жизней и смертей сомкнулись, подобно шумной толпе, раздвигая ментальные горизонты. Я почувствовал, что расширяюсь, в голове снова мелькнула давняя мысль: «Имя мне Легион». Глаза Сепии распахнулись, она окаменела, как завороженная, и, когда гомон усилился, я заметил, что лицо ее исказил ужас.

– Довольно?

Она тряхнула головой, и я почувствовал, как крепло во мне ощущение ее форса. Она, как и я, начала фильтровать и сортировать. Пока Сепия справлялась, но я понимал, что и она, и ее форс были не слишком новы и скоро достигнут своих пределов.

– Хватит, – решил я, ослабляя связь.

Она могла принять, наверное, процентов десять. Разум мой бурлил от синергии недавнего соединения, и, если бы я полностью открылся шипу, как делал в критические моменты, отклик лишил бы Сепию сознания, а ее форс впоследствии наверняка нуждался бы в переформатировании.

Вид у нее сейчас сделался немного больной.

– Как ты это всё терпишь?

– Наверное, у меня было время привыкнуть. Или, может, мой разум уже не тот, что прежде, – я не удивился бы, обнаружив, что Пенни Роял поработал не только с моими воспоминаниями.

Я конспективно обрисовал ситуацию с моей ложной и измененной памятью и переслал файл Сепии.

– Кстати о птичках, – закончил я и погрузился в сеть ИИ в поисках информации о Черном ИИ.

Данных, конечно же, набралась целая гора – как в случае с любой пользовавшейся дурной славой особой. Однако, когда я применил специальный фильтр, чтобы отсечь слухи, сплетни и прочий бред, гора осыпалась, превратившись в неуклонно усыхавший холмик. Вскоре я начал понимать, что тут не было ничего, касавшегося визита Черного ИИ в Цех 101. Тогда я запустил новый поиск, по Свёрлу, включив те же фильтры, и результат оказался таким же: ничего о Цехе 101. ИИ всё еще держали информацию о заводе-станции под спудом.

Вернувшись к Пенни Роялу, я обнаружил некоторые подробности о Цехе 101, но ничего, что указывало бы на нынешнее местоположение ИИ. Я наткнулся на доклад, в котором упоминалось о том, что «Черная роза» была замечена в Королевстве, то есть вне зоны моей досягаемости, и тут форс сообщил: кто-то хочет со мной поговорить. Изучив запрос на открытие канала, я проверил маршрутизацию, выяснил, что сигнал исходил откуда-то из Государства, и наконец отследил его до Масады.

– Ну и кто же желает пообщаться с тобой? – спросила Сепия, не произнеся ни слова.

– Есть только один способ узнать, – ответил я.

И дал разрешение, но ограничил полосу лишь голосовыми частотами.

– Привет, Торвальд, – раздался знакомый голос.

– Привет, Амистад, – поздоровался я.

– Вижу-вижу, маленькая паранойя, – хмыкнул боевой дрон. – Прогуляемся в виртуальность.

Я замешкался на секунду, но, не видя причины, по которой Амистад мог бы решиться на ментальную атаку, полностью открыл канал. В тот же миг я оказался в белой пустоте, но она немедленно начала обрастать деталями. И вот я уже был на смотровой площадке башни Амистада, нависающей над просторами Масады. Амистад, боевой дрон, созданный по образу и подобию гигантского стального скорпиона, стоял у ограждения, глядя куда-то поверх перил. Я подошел к нему. Всё это время я ощущал за плечом чужое присутствие, но здесь Сепия оставалась невидимой.

– Что еще тут произошло? – осведомился я.

Дрон махнул клешней:

– Ткач хлопочет о том, чтобы его планета стала ассоциированным членом Государства – прежде такого никогда не случалось. Сплошная политика с намеком на бряцанье оружием.

Справа, среди расположенных в шахматном порядке прудов, я заметил плот космопорта Масады. Башню Амистада перенесли подальше от плетеного жилища Ткача.

– Скучновато тебе небось, – сказал я.

– Да уж, – согласился Амистад, – хотя некоторые странноватые веяния делают жизнь немного интереснее.

– Например?

– Этот новый статус «ассоциированного члена» подразумевает право Ткача пользоваться государственной сетью телепортов. И многих ИИ это отнюдь не радует.

– Возможно, он хочет попутешествовать?

– Возможно.

– Но ты связался со мной не из-за этого…

– Нет. – Скрежетнув по железу ногами, Амистад оторвался от перил и повернулся ко мне. – Ты опять ищешь Пенни Рояла.

– Можно сказать, я никогда и не переставал.

– Вся информация, касающаяся Цеха Сто один, строго засекречена. ИИ не хотят ничего обнародовать без жесткой необходимости.

– Похоже на то.

– Я слежу за обновлениями.

– Добрался до сути, да?

– Суть в том, что Изабель Сатоми и Свёрл – не единственные, кого радикально изменил Пенни Роял. Продолжая свой поиск, помни об этом.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Потому что я начинаю понимать, что затеял Пенни Роял, и, кажется, остановить его можешь только ты… если предположить, что его вообще нужно останавливать.

– Но ты же не…

И всё: конец разговора. И башня, и Масада поблекли, опять оставив меня в белой пустоте. Отключив виртуальность, я вернулся в реальность рубки.

– Интересные у тебя друзья, – заметила Сепия.

Я оглянулся на нее.