Орсон Кард - Эндер Виггин [компиляция]

— Вы должны понять, — вдалбливал Эндер, — людям потребуется много открытой земли. Но это только часть проблемы. Вы хотите, чтобы Королева Улья научила вас, помогла вам добывать руду, выплавлять металл, изготовлять орудия. Но ей тоже потребуется земля. И она очень быстро станет сильнее, чем люди и малыши, вместе взятые.

Каждый из жукеров, объяснял он, абсолютно послушен и удивительно трудолюбив. Они очень быстро обгонят людей и по производительности, да и по всему остальному. Если Королева вернется к жизни на Лузитании, с ней все время придется считаться.

— Корнерой говорит, что ей можно доверять, — сказал Человек. И, выслушав Крикунью, добавил: — И материнское дерево тоже с этим согласно.

— Отдадите ли вы ей свою землю? — настаивал Эндер.

— Мир велик, — перевел Человек. — Она может взять леса других племен. Да и вы тоже. Мы с радостью отдадим их вам.

Эндер оглянулся на Элу и Кванду.

— Все это очень хорошо, — сказала Эла. — Но имеют ли они право делать такой подарок?

— Определенно нет, — ответила Кванда. — Они даже воюют с другими племенами.

— Мы убьем их всех, если это вас беспокоит, — предложил Человек. — Мы стали очень сильны. Три сотни и еще двадцать детей. Через десять лет ни одно племя не устоит перед нами.

— Человек, — вмешался Эндер, — скажи Крикунье, что сейчас мы договариваемся с вами. С остальными племенами мы поговорим позже.

Человек очень быстро, кажется путаясь в словах, перевел и мгновенно получил ответ.

— Нет. Нет. Нет.

— Что ей не нравится? — поинтересовался Эндер.

— Вы не должны договариваться с нашими врагами. Вы пришли к нам. Если вы пойдете к ним, значит вы тоже враги.

В эту минуту на краю поляны появились огоньки. Стрелок и Листоед вывели из леса Новинью, Квима и Ольяду.

— Нас послал Миро, — объяснил Ольяду.

— Как он? — спросила Кванда.

— Парализован, — брякнул Квим, чем спас Новинью от необходимости сообщать это мягко.

— Nossa Senhora! — прошептала Кванда. — Святая Дева!

— Но судя по всему, это временно, — вступила Новинья. — Прежде чем пойти сюда, я взяла его за руку. Он почувствовал это и пожал мою. Еле-еле, но это значит, что нервные цепи целы, хотя бы некоторые.

— Простите, — прервал их Эндер, — но об этом вы сможете побеседовать дома, в Милагре. У меня здесь несколько другие проблемы.

— Ах да, извините, — вздохнула Новинья. — Сообщение Миро. Он не может говорить, но передавал нам по буквам, а промежутки мы заполняли сами. Свинксы собираются начать войну, используя преимущества, полученные от нас. Стрелы, численное превосходство — они будут просто непобедимы. Однако, если я правильно его поняла, Миро утверждает, что для них война — это вопрос не только захвата территории. Это возможность смешения генов. Мужская экзогамия. Победившее племя получает в свое распоряжение деревья, выросшие из тел убитых на войне.

Эндер посмотрел на Человека, Листоеда, Стрелка.

— Это правда, — сказал Стрелок. — Конечно, это правда. Мы стали самым мудрым племенем. Любой из нас будет лучшим отцом, чем все остальные свинксы, вместе взятые.

— Понимаю, — кивнул Эндер.

— Вот почему Миро хотел, чтобы мы пошли к вам прямо сейчас, ночью, — объяснила Новинья. — Пока переговоры не завершены. Этому следует положить конец.

Человек встал, покачиваясь и размахивая руками, как будто он сейчас оттолкнется и взлетит.

— Этого я не переведу.

— Переведу я, — вмешался Листоед.

— Прекратить! — рявкнул Эндер. Раньше он не позволял себе такого сильного крика. Все немедленно замолчали, только эхо еще минуту звенело между деревьями. — Листоед, — спокойно продолжил Эндер, — моим переводчиком будет только Человек.

— Кто ты такой, чтобы запрещать мне разговаривать с женами? Я свинкс, а ты никто.

— Человек, — улыбнулся Эндер, — скажи Крикунье, что, если она позволяет Листоеду переводить слова, которые мы говорим между собой, значит он шпион. А если она допускает, чтобы за нами шпионили, с ней не стоит разговаривать. Мы пойдем домой, и вы ничего от нас не получите. Я заберу Королеву Улья и найду ей другую планету. Ты понял?

Конечно, он понял. А еще — Эндер точно знал это — Человек был доволен. Листоед пытался перехватить роль переводчика, тем самым покушаясь на авторитет Человека, а вместе с ним и Эндера. Когда Человек закончил свою речь, Крикунья запела, обратившись к Листоеду. Оглушенный, он быстро отступил к лесу и остался там вместе с другими свинксами. Наблюдать.

Но Человека нельзя было назвать марионеткой. Он и виду не подал, что благодарен за вмешательство, и теперь глядел Эндеру в глаза:

— Ты говорил, что не будешь пытаться изменить нас.

— Я говорил: не буду пытаться изменить вас больше, чем необходимо.

— А почему это необходимо? Это наше дело — наше и других свинксов.

— Осторожно, — шепнула Кванда. — Он очень расстроен.

Прежде чем пытаться убедить Крикунью, он должен перетащить на свою сторону Человека.

— Вы — наши первые друзья среди свинксов. Вы завоевали нашу любовь и наше доверие. Мы никогда не причиним вам зла и никогда не предоставим другим свинксам преимущества перед вами. Но мы пришли не только к вам. Мы представляем человечество и хотим передать наши знания всем свинксам, все равно, к какому племени они принадлежат.

— Вы представляете далеко не все человечество. Вы собираетесь воевать с другими людьми. Так как же вы можете утверждать, что наши войны — зло?

Наверняка Писарро, несмотря на все погодные условия, легче было справиться с Атауальпой [139] Атауальпа — последний правитель инков. Был незаконнорожденным сыном императора Уайны Капака. После смерти отца начал войну за престол со своим сводным братом Уаскаром и в 1532 г. одержал в ней победу. В том же году в Перу высадился отряд конкистадоров Франсиско Писарро и после отказа Атауальпы принять христианство захватил его в плен. В качестве выкупа Атауальпа предложил испанцам наполнить золотом камеру, где его содержали. И хотя обещание было выполнено, испанцы обвинили Атауальпу в заговоре и 29 августа 1533 г. казнили. Империя инков распалась. .

— Мы пытаемся предотвратить войну с другими людьми, — объяснил Эндер. — А если мы все же в нее ввяжемся, это будет не наша война, мы от нее ничего не выигрываем. Потому что это будет война за вас, за ваше право выйти к звездам. — Эндер поднял свою открытую ладонь. — Мы отреклись от принадлежности к роду человеческому, чтобы стать для вас рамен. — Он сжал руку в кулак. — Человек, свинкс и жукер здесь, на Лузитании, станут единым народом. Все люди. Все жукеры. Все свинксы.

Человек сидел неподвижно. Переваривал. Наконец поднял голову:

— Голос, это очень тяжело. До того как сюда пришли вы, люди, все другие свинксы… Их следовало убивать, и всю третью жизнь они — рабы в наших лесах. Этот лес был когда-то полем боя, и самые древние деревья — воины, павшие в том бою. Старейшие из отцов — герои этого сражения, а наши дома сделаны из трусов. Всю свою жизнь мы готовимся побеждать врагов, чтобы жены могли посадить материнское дерево в новом лесу и сделать нас могучими и великими. За последние десять лет мы научились использовать стрелы, чтобы убивать издалека. Мы делаем бурдюки из шкур кабр и горшки из глины и теперь не будем страдать от жажды в сухих степях. Мы теперь умеем использовать амарант и корни мердоны, а значит, будем сильными, нас будет много, и вдали от масиос родного леса у нас останется еда. И мы радовались этому, потому что знали: мы победим. Мы принесем наших жен, маленьких матерей, героев в каждый уголок великого мира, а потом — к звездам. Это наша мечта, Голос, а теперь ты говоришь, что мы должны отказаться от нее.