Джеймс Кори - Пространство

— Фелисия улетает с челноком на «Барбапикколу». Сейчас. Сегодня ночью. Я ей разрешила.

Бася отстранился, отодвинул Люсию на вытянутую руку.

— Что-что?

Люсия хмуро взглянула на него и крепко взяла за локти.

— Не удерживай ее, — предупредила она.

Бася вырвался и вскочил на ноги. Люсия кричала ему вслед, но он уже со всех ног бежал по дороге к посадочной площадке.

Увидев, что челнок пока не взлетел, он пошатнулся от облегчения. Мимо прожужжал электрокарт колонистов. Водитель чуть не сбил его в темноте. Карт был наполнен рудой. Погрузка еще не закончилась, время оставалось.

Фелисия стояла в нескольких шагах от люка с чемоданами в руках и болтала с пилотом. От рабочих фонарей, окруживших корабль, на них падало яркое пятно света, и ее оливковые глаза словно мерцали в нем. Черные волосы спадали по сторонам лица и по спине свободными волнами. Глаза и рот круглились — девочка говорила о чем-то волнующем.

Дочь была сейчас так красива, что у Баси заныло в груди. Она увидела отца, и лицо ее осветилось улыбкой. Не дав ей заговорить, Бася крепко обнял девочку.

— Папа, — с тревогой в голосе начала она.

— Нет, малышка, все в порядке. — Он прижался лбом к ее щеке. — Я не стану тебя удерживать. Просто не мог отпустить, не попрощавшись.

Его щека стала влажной — Фелисия плакала. Он придержал ее за плечо и отодвинулся, чтобы заглянуть в лицо. Его малышка, совсем взрослая, плакала у него на груди. Он невольно увидел в ней четырехлетку, больно разбившую коленку.

— Папа, — хрипло сказала она. — Я боялась, что ты меня возненавидишь. Но мама сказала…

— Нет, малышка, нет. — Бася снова обнял ее. — Улетай, а когда отпустят корабль, доберись на Цереру и стань врачом, пусть у тебя будет чудесная жизнь.

— Почему?

«Потому что здесь в тебе видят орудие в войне за общественное мнение. Потому что я не собираюсь больше терять детей. Потому что не хочу, чтобы ты смотрела, как меня арестуют».

— Потому что я люблю тебя, малышка, — сказал он, — и хочу, чтобы все у тебя было замечательно.

Она обняла его, и на минуту мир снова стал хорош. Бася посмотрел, как она поднимается на борт, останавливается у люка и посылает отцу воздушный поцелуй. Посмотрел, как загружают последнюю порцию руды в грузовой отсек. Посмотрел, как с ревом, в волне жара поднимается челнок.

Потом он развернулся и пошел искать Холдена.

Холден с Амосом сидели в крошечном баре. Амос пил и рассматривал входящих. Стакан он держал в левой руке, а правая все время оставалась у кобуры на поясе. Холден быстро печатал на ручном терминале, лежавшем перед ним на столике. Оба выглядели напряженными.

Бася, улыбаясь и кивая, подошел к ним. Руки он держал на виду. Амос улыбнулся в ответ. Бледная макушка здоровяка блестела под белой светодиодкой. Он подался навстречу гостю естественным движением без малейшей угрозы, но Бася заметил, что оружие невзначай оказалось у него под рукой.

Раньше он не замечал таких мелочей. Куп, Кейт, насилие последних нескольких месяцев подвели его к краю, на котором везде чудится угроза. Взглянув на Амоса, Бася заподозрил, что чутье его не обманывает.

Он поднял руки.

— Капитан Холден, можно минутку посидеть с вами?

Холден испуганно вскинул голову. Бася сильно сомневался, что этот человек испугался его, и потому задумался, чего же он боится. Мартри с его убийцами? Или Холден уже слышал от кого-то о готовящемся нападении?

— Прошу, — сказал Холден. Испуг пропал с его лица так же быстро, как проявился. Он кивнул на свободный стул. — Чем могу помочь?

Амос молчал и неопределенно улыбался. Садясь, Бася не забыл положить ладони на стол, так, чтобы они были на виду.

— Капитан, я пришел вас предупредить.

— О чем? — тут же откликнулся Амос. Холден промолчал.

— Есть одна группа. Та же самая, что до вашего прилета убила людей РЧЭ. Они собираются перебить остальных в ближайшие дни. Может быть, уже завтра ночью.

Холден с Амосом коротко переглянулись.

— Мы ждали чего-то подобного, — сказал Холден. — Но это не важно…

Бася не дал ему договорить.

— Еще они собираются убить вас.

— Меня? Зачем им убивать меня ?

— Они думают, это станет внятным намеком, — виновато объяснил Бася. — И еще злятся, что вы приставили инспекторов к взрывчатке.

— Я же говорил, — обратился капитан к Амосу, — хороший компромисс бесит всех.

Бася, не сознавая, что делает, сгреб со стола бутылку и сделал большой глоток. Должно быть, они привезли спиртное с собой — в колонии такого хорошего виски не водилось. Оно приятно согрело горло и живот, но не успокоило. Бася толкнул бутылку обратно к Амосу, но тот остановил его жестом.

— Оставь себе, братец, похоже, тебе нужнее.

— Что вы будете делать? — спросил Бася у Холдена.

— С убийцами? Ничего. Это не имеет значения, потому что планету покидают все.

— Все?..

— Мы эвакуируем планету. Всех до единого.

— Нет, — проговорил Бася, — никто не улетит. Мы не можем…

«Я же помогал убивать людей ради того, чтобы здесь остаться!»

— Да, улетаем, — повторил Холден. — Здесь творится что-то недоброе, и это не имеет отношения к упрямцам-астерам и социопатам из службы безопасности.

Бася сделал еще один длинный глоток из горлышка. Спиртное кружило голову, но не успокаивало.

— Не понимаю.

— Здесь жили и раньше, — сказал Холден, широко взмахнув рукой. Голова туманилась, и Бася не сразу понял, что капитан подразумевает не столовую, а планету. — Может, они ушли, а может, и нет, но они кое-что после себя оставили, и теперь оно просыпается. Так что, пока мы не превратились в Эрос под открытым небом, все быстренько сматываются из Додж-сити.

Бася кивнул, не понимая. Амос усмехнулся, глядя на него.

— Башни и роботы, дружок. Он о том дерьме, которое чужаки оставили после себя. Похоже, оно зашевелилось.

— Я сейчас посылаю сообщение, которое «Роси» перекинет в советы ООН и АВП, — продолжал Холден. — С рекомендацией поднять всех на орбиту в кратчайшие сроки. И прошу дать мне чрезвычайные полномочия на командование «Израэл ем» и «Барбапикколой».

— Не выйдет, — глухо выговорил Бася.

— Так просто не выйдет, — согласился Холден, — но я умею проявить настойчивость. А когда я здесь буду командовать…

— Они не уйдут, — сказал Бася. — Люди уже пролили кровь за эту землю. Умирали за нее. Мы готовы убивать, чтобы остаться здесь, и мы, черт возьми, останемся и будем драться со всяким, кто попробует нас выгнать.

— Если кто-нибудь останется, — заметил Амос.

— Да, конечно, — согласился Бася. — Если.

Мартри и его люди превратили свой сборный домик в крепость. Стены изнутри покрыли энергопоглощающей пеной, похожей на взбитые сливки, но способной остановить пули и легкие гранаты. Большой орудийный ящик с биометрическим замком стоял у стены. В нем помещалось не так уж много оружия. Холден, не зная, сколько всего прихватила с собой команда безопасников, не мог решить, хорошо это или плохо.