Кларк Дарлтон - Перри Родан

Барри медлил с ответом. Его пальцы сжимали край стола.

— Вы хорошо знаете, Адамс, что двадцать четыре тысячи — это огромные деньги. Особенно для меня. Я никогда не мыслил Вашими масштабами.

Адамс улыбнулся. — Каждому дано самому выбирать, каковы масштабы его действий. Вы мелкий мошенник, и никто не запрещает Вам стать крупным мошенником. Кроме того, Вы, кажется, путаете два понятия. Если я обманул кого-то на двенадцать миллионов, то это были чужие деньги. Мотивом моих миллиардных сделок никогда не была личная жадность. Я делал это… ну, скажем, ради спортивного интереса. Я придаю большое значение тому, Барри, чтобы слыть любителем и идеалистом. Для меня важно, чтобы мир признавал меня как бескорыстного служителя в больших делах.

— Еще и сегодня? — спросил Барри.

Хоумер Дж. Адамс задумчиво кивнул. — Еще и сегодня! Не думайте, что я в мои лучшие годы уйду с большой сцены. Я вернусь. У меня было много времени на раздумья, Барри. И я кое-что слышал. Но это вряд ли Вам интересно. Дайте мне костюм и деньги! Тогда я больше не буду Вам мешать.

Хайрем Барри, видимо, принял какое-то решение.

— Пойдемте со мной в мою спальню, Адамс! У Вас есть полчаса, чтобы проинспектировать мой гардероб.

Адамсу не потребовалось полчаса. Он бросил на кровать несколько костюмов и выбрал один из них.

— Я возьму этот, — сказал он. — Пиджак должен быть как раз. Брюки придется на несколько сантиметров подвернуть. В темноте это будет незаметно, а завтра я найду портного. Где я могу переодеться?

— Там ванна. Прошу Вас!

— Большое спасибо, Барри. Я вижу, мы отлично понимаем друг друга. Если бы Вы еще тем временем выписали мне чек.

Через десять минут Адамс снова вошел в библиотеку. Барри нерешительно протянул ему чек на сумму двадцать четыре тысячи фунтов стерлингов с вычурной подписью Барри.

— Может быть, Вам нужно еще немного наличных? — спросил Барри, явно желая поскорее избавиться от гостя. — Вы наверняка захотите пойти в гостиницу.

— Большое спасибо! Вы так любезны, мой друг. Но у каждого выпущенного на свободу заключенного есть при себе определенная сумма наличных денег. В этом отношении государство не мелочится. Так что нет необходимости, чтобы Вы мне что-то давали, когда у меня есть положенное. У Хоумера Дж. Адамса еще есть своя гордость. Разрешите откланяться, Барри! Мне доставило большое удовольствие вновь увидеть Вас после стольких лет здоровым и иметь возможность так мило поболтать с Вами.

После того, как Адамс ушел, Хайрем Барри набрал телефон Мидленд-Банка и дал ночному портье поручение, чтобы тот утром следующего дня, как только начнется рабочий день, немедленно передал директору некое сообщение. Потом набрал другой номер и представился женским именем.

— Почему ты беспокоишь меня так поздно ночью, Лэд? — послышался в трубке раздраженный голос. — Я целый день был занят. Позвони завтра, но, пожалуйста, не перед обедом.

— Момент, ты сразу же проснешься, если минуту послушаешь меня.

— Оставь эти фразы! На меня это не действует. Так что…

— Черт возьми, если ты сейчас положишь трубку, я через полчаса выбью твою входную дверь и вытащу тебя из постели.

— Что случилось?

— Мне пришлось только что выписать чек на двадцать четыре тысячи фунтов. А именно на мой счет в Мидленд-Банке. — Барри вздохнул, вспомнив об этом.

— Ты сошел с ума или к тебе проникла пара мошенников? Но все равно, мой мальчик, ты сейчас же позвонишь в банк и отзовешь чек. А потом поговоришь с полицией.

— Банк уже извещен, но в другом смысле. Я пополню счет, потому что в настоящий момент на нем лежит только 14 000.

Мужчина на другом конце провода сначала замолк. Потом взорвался:

— Только дьявол мог заставить тебя это сделать, Барри.

— Это был Хоумер Дж. Адамс, которого они сегодня выпустили из тюрьмы.

Второй собеседник ответил только после долгого стенания. — Адамс на свободе? Тогда не веди никаких разговоров с полицией.

— Я так и собирался сделать. Только ты понимаешь ситуацию. А если ты не помнишь часов работы, то банк открывается в девять часов утра.

Первым клиентом Мидленд-Банка на следующее утро был Хоумер Дж. Адамс.

Он посмотрел на нервно подергивающееся лицо служащего, сидевшего за окошком, и со скучающим видом уставился на потолок зала, под которым висел целый ряд люстр. Никто не замечал, что при этом глаза Адамса зорко следили за окружающей обстановкой. Небольшого человека с крупной головой взволновал вопрос о покрытии счета. Барри мог бы закрыть его.

После длительного ожидания служащий возвратил чек.

— Мне очень жаль, сэр! На счете не хватает денег. Мы не можем выплатить Вам всю необходимую сумму.

— Сколько недостает? — кратко спросил Адамс.

— Сто фунтов.

— И только-то? И из-за этого Вы поднимаете шум?

— Речь идет о точности, сэр! — объяснил служащий.

— Ради точности Вы могли бы дать владельцу счета кредит в сто фунтов, — с насмешкой сказал Адамс.

— В принципе Вы правы. Но в данном случае есть пометка, что счет после снятия всей суммы следует считать закрытым.

— Хорошо, пусть будет так! Я довольствуюсь остатком при условии, что Вы заставите меня ждать выплаты не более пяти минут.

Адамс просунул чек в окошко и взял деньги. Он покинул квартал, где находился банк, самым коротким путем, на метро. На площади Пикадилли он вышел и между Квадрант-Стрит и Реджент-Стрит сделал необходимые покупки. Обедал он уже в ракетном аэропорту Кройдона.

Он спросил обслуживающего его официанта о времени вылета ракетоплана.

— Вылет в тринадцать сорок пять. У Вас еще более полутора часов времени. При нашем быстром обслуживании у Вас не будет никаких осложнений.

Хоумера Дж. Адамса это, кажется, не убедило, и он громко обратился к соседу по столу. — Простите, сэр! Вы тоже летите в Токио? Я имею виду, рейсом в тринадцать сорок пять

Тот посмотрел на него, внимательно изучая. — Мне очень жаль, но я улетаю уже в тринадцать двадцать. Но не в Восточную Азию.

— Прошу прощения, — сказал Адамс.

Ел он в невероятной спешке и при каждым глотке бросал взгляд на большие электрические часы на фасаде ресторана. Он уже расплатился, когда принесли последнее блюдо, и жуя, вышел из-за стола, чтобы направиться к камере хранения.

— Хэлло, не можете ли Вы проверить, находятся ли чемоданы, указанные в этой квитанции, уже на борту?

— Ракетоплан в Токио, — коротко сказал мужчина, бросив взгляд на листок. — Багаж будет загружен через минуту.

— А мои чемоданы там?

Мужчина глубоко вздохнул и сделал явное усилие, чтобы не выйти из себя. — Конечно, Ваш багаж там, сэр! У Вас же на руках квитанция. Мы работаем надежно, и совсем необязательно осуществлять дополнительный контроль.