Билл Болдуин - Галактический конвой

— Вилф! — Голос ее дрожал от натуги. — Благодарение Вселенной!.. Помогите нам передвинуть это… и побыстрее!

Не размышляя, Брим взялся за тяжелое бревно, и вчетвером им удалось сдвинуть его в сторону, уложив на кучу битого кирпича. Женщины сразу же вернулись в образовавшуюся яму и принялись лихорадочно откидывать в сторону обломки до тех пор, пока оттуда не послышался стон и не показалось чье-то окровавленное лицо, покрытое каменной крошкой. Мужчину явно придавило упавшей балкой, так что сам он не мог выбраться наверх, хотя и остался жив. Когда пострадавшего благополучно передали на руки изможденным санитарам, Брим, наконец разглядел Клавдию в совершенно новом для себя обличье. Она заметно изменилась со времени их вечера у Нестерио. В данный момент ее длинные каштановые волосы были сильно растрепаны. Лицо покрывал толстый слой пыли, прорезанной струйками пота, а одежда зияла горелыми прорехами в самых неподходящих местах. На ногах у нее красовалось нечто вроде галош чудовищного размера, и вдобавок ее покрывала запекшаяся кровь — слишком много крови для того, чтобы быть ее собственной, иначе она давно уже лежала бы в длинном ряду тел, выложенных для опознания.

Клавдия тоже смотрела на него.

— Что ж, — произнесла она устало. — Похоже, теперь вы имеете полное представление о том, каково приходится жителям Аталанты. — На мгновение она нахмурилась. — Мне показалось, я видела, как взлетал «Непокорный»…

— Вы не ошиблись, — кивнул Брим, едва отдышавшись. — Меня не было на борту. Это ее встревожило, — Почему? — спросила она. — Ведь вы старший рулевой…

Брим улыбнулся — тревога Клавдии тронула его.

— Насколько мне известно, я им пока остаюсь, — объяснил он. Спасатели вытащили из-под обломков еще одного пострадавшего и бегом отнесли его к машине «скорой помощи». — Но я с утра в увольнительной, ездил в монастырь, знакомился с вашим прекрасным городом…

Брим тут же пожалел, что сказал это: лицо Клавдии исказилось, а из глаз покатились слезы. Она быстро отвернулась.

— Он утратил значительную часть своей красоты, — произнесла она наконец, совладав с собой.

— Мне ужасно жаль, — пробормотал Брим, дотронувшись до ее руки. Ему хотелось обнять ее, но их окликнули.

— Давайте сюда! — кричал незнакомый Бриму мужчина. — Мы нашли еще!

— Это дети! — крикнул кто-то другой. — Быстрее!

— Вы можете нам помочь? — Клавдия в отчаянии заглядывала ему в лицо. — Вселенная знает, любая пара рук сейчас на вес золота.

Брим кивнул. «Непокорный» еще не возвращался — наверное, преследовал остатки эскадры Облачников. — Конечно, — произнес он, закатывая рукава своего безнадежно испорченного мундира. — Я останусь и постараюсь помочь.

На протяжении нескольких следующих метациклов — Брим не знал, скольких именно — они с Клавдией помогли вытащить из-под развалин пятерых детей, правда, двое умерли, прежде чем их донесли до машин «скорой помощи», и восьмерых отставных звездолетчиков. Дети попали в западню, ожидая школьного автобуса; звездолетчики жили в специально выстроенном доме для престарелых.

Ближе к утру, когда они с другими спасателями повторно прочесывали развалины в поисках пострадавших, которых могли не заметить в спешке, Брим услышал приближающийся гул мощных гравигенераторов. «Непокорный» прошел над ними со стороны материка, развернулся и, разрезая ночную мглу лучами прожекторов, пошел на посадку. Брим почувствовал на своем плече чью-то руку. Это была Клавдия.

— Это ведь «Непокорный», верно? — устало спросила она.

— Верно, — ответил Брим. — И это значит, что мне пора. Мне еще несколько кленетов идти пешком.

Клавдия улыбнулась, и улыбка ее, несмотря на грязь и запекшуюся кровь на лице, показалась ему прекрасной.

— По-моему, сегодня мы сделали все, что могли, — сказала она, указывая на большой трамвай, выезжающий из-за поворота. — Новая смена добровольцев. Они сменят нас, хотя не знаю, многих ли им удастся еще спасти.

Брим смотрел ей в лицо.

— Они должны попытаться, — мягко произнес он. — Даже если они спасут только одного человека, это все равно будет стоить затраченных усилий.

— А если не будет и одного?

— Все равно стоит, — упрямо повторил Брим. Клавдия заглянула ему в глаза.

— Неплохо сказано для такого кровожадного вояки, как Вилф Брим. — Она мягко прикоснулась к его щеке. — Как вы сюда попали?

— Пришел… нет, точнее, прибежал, — ответил Брим. — Трамвай ушел от монастыря немного раньше расписания.

— Облачники накрыли квартал перед конечной остановкой, да? — спросила она.

— Угу, — кивнул Брим. — Не слабее, чем здесь. Я был там.

— И вы проделали весь путь оттуда пешком?

— Нет, — улыбнулся Брим. — Меня подвезли до правительственного квартала.

— Что вы скажете, если вас подвезут сегодня еще раз?

Брим осторожно взял ее за руки и привлек к себе.

Она не противилась, только многозначительно посмотрела ему в глаза.

— Вы не против проехаться со мной до «Непокорного»? — спросила она. — Боюсь, ни на что другое меня сейчас просто не хватит — полагаю, вас тоже, мистер Брим. — Я буду счастлив доехать до «Непокорного», да и куда угодно — если ехать с вами, — ответил Брим, поразившись искренности этих слов, и снова ощутил угрызения совести, вспомнив о Марго.

Клавдия улыбнулась и поцеловала его в губы.

Брим расплылся в улыбке.

— Может быть, когда-нибудь потом мы…

— Когда-нибудь потом, — сказала она, открывая ему дверцу глайдера, — у нас будет время поговорить о том, что может быть когда-нибудь потом…

Меньше чем через пятнадцать циклов они снова стояли на причале у гравибассейна «Непокорного». Светало. Брим заглянул в усталые глаза Клавдии. Волосы ее растрепались и сбились окончательно, умыться она так и не успела, и все же оставалась такой же прекрасной.

— Еще один поцелуй, — попросил он. — «Непокорный» вылетает завтра, и я не знаю, когда вернусь сюда…

И вдруг Клавдия оказалась в его объятиях, жадно прижавшись к его рту. Долгое мгновение он удерживал ее так, пока она не отстранилась мягко.

— Я же сказала, лейтенант Брим, — прошептала она, — когда-нибудь потом у нас будет время поговорить о том, что может быть когда-нибудь потом.

Брим отступил на шаг и отсалютовал ей.

— Значит, договорились, — сказал он.

Клавдия развернула глайдер, послала ему еще один воздушный поцелуй и вырулила с причала.

И снова Брим стоял в смятении, глядя вслед удаляющимся красным огням ее глайдера. Он тряхнул головой. Может, ему и не стоит пытаться навести порядок в собственных чувствах — пусть судьба рассудит сама? Вполне возможно, Клавдия Вальмонт усложняет его жизнь, но он вдруг понял, что не имеет ни малейшего желания бороться с этим. Нет уж, пусть время рассудит…