Уильям Кинг - Космический волк

И все же он не мог уйти. То же чувство, что влекло его к девушке раньше, теперь не давало юноше покинуть ее. Рагнар подошел к ней, положил топор, протянул руку и прикоснулся к ее лицу, проведя пальцем по его линиям, стараясь запомнить их, чтобы унести с собой в ад, если это понадобится. Из всего, что случилось с ним в этой жизни, она — самое лучшее. Его сердце разрывалось, он понимал, что впереди не будет ничего, что их жизни кончились, едва успев начаться.

Рагнар притянул ее к себе для последнего поцелуя. Их губы надолго встретились, а затем он оттолкнул Ану.

— Прощай, — тихо сказал он. — Это было бы здорово.

— Прощай, — ответила она, не пытаясь, как истинное дитя своего народа, удержать его.

Юноша вышел в полыхающую ночь, в стонущий хаос и безумие. На него тут же бросился огромный воин с высоко поднятым топором.

Стрибьорн шел сквозь ночь, непрестанно убивая. Он ликующе ревел, зная, что настал час мести его народа. Вкус крови был сладок. Ему нравилось убивать. Ему нравилось ощущение власти, которое давало убийство. Ему нравилось состязание силы против силы, человека против человека.

И все же эти Грохочущие Кулаки — слабые противники, едва ли достойные клинков Беспощадных Черепов. Они пьяны, плохо вооружены и, кажется, даже не понимают, что происходит. «Как же им удалось изгнать его воинственный народ с родной земли?» — недоумевал воин.

В краткой передышке между схватками ему пришло в голову: а может, это наказание за жизнь нa ЭТИХ островах? Неужели именно от хорошей жизни его предки в свое время размякли так же, как сейчас — Грохочущие Кулаки? Не утратил ли однажды его народ свой разум воинов так же, как эти бараны? Об этом стоит сказать отцу, понял Стрибьорн. Это никогда не должно повториться. Это кончится, когда он станет вождем.

Рагнар отчаянно парировал удар нападавшего. Его рука онемела, хотя и поглотила часть силы удара. Юноша сделал выпад, целясь в голову противника, но тот, в спою очередь, отбил его атаку.

Тогда молодой воин нанес удар кулаком левой рукой попав в голову противника. Тот пошатнулся, утратив равновесие, и Рагнар разнес его череп топором.

Он огляделся. Его дом полыхал. Большой дом тоже горел. Вокруг царило безумие. Призрачные фигуры рубились и падали в сумраке. Это был кромешный ад. Женщины бежали сквозь ночь, унося детей. Собаки хватали ноги захватчиков. Какой-то цыпленок пронзительно пищал и хлопал горящими крыльями.

«Где же отец? — подумал Рагнар. — Скорее всего, в большом доме, помогает сплотить воинов. Если он еще жив…»

Юноша отчаянно гнал от себя эту мысль, но она засела в нем, как нож: к исходу ночи не только отец, но и все воины, которых он знал, да и он сам, скорее всего, будут мертвы.

Им оставалось только сражаться, пусть это и не принесет победы. Все чувства Рагнара теперь предельно обострились. Он бросился к большому дому, все еще надеясь, несмотря ни на что, найти живыми отца и остальных.

В небе еще раз прокатился странный вой, и Стрибьорн осознал, что над полем боя нависла огромная крылатая тень. Он поднял взгляд и увидел ее горящий кометный хвост, пронесшийся низко над головой. На мгновение сеча прекратилась, всe воины в благоговейном страхе и изумлении посмотрели на это чудесное явление.

— Избирающие Павших! — крикнул кто-то. Стрибьорн не разобрал, кто это — Беспощадный Череп или Грохочущий Кулак. Он знал лишь, что, кто бы это ни сказал, он прав. Дрожь пробежала по его телу. Здесь посланцы богов! Они судят сражающихся. Сейчас, именно в это мгновение они смотрят вниз своими горящими взглядами, чтобы решить, достоин ли тут кто-нибудь присоединиться к великим воинам в Доме Героев. Возможно, этой ночью кто-то возродится к жизни на легендарной горе, где Избранные Богами обитают в бессмертной славе.

Стрибьорн знал, что выбраны будут лишь храбрейшие из храбрых и свирепейшие из свирепых. Только самые отважные достойны бессмертия. Имена Избранных будут жить вечно, распеваемые скальдами в героических песнях. В его сердце вспыхнуло честолюбие.

Он понял, что должен сделать. Среди этих побитых собак следует найти врага, достойного его стали. Он должен отыскать того, кто сможет сражаться на равных, и вызвать его на поединок. Избирающие Павших появлялись не в каждом сражении — быть может, такой возможности не представится уже никогда, и никогда за всю жизнь ему не придется ощутить присутствие этих таинственных существ.

Он огляделся. Те же мысли, казалось, посетили каждого воина, независимо от племени. Беспощадные Черепа отодвинулись от своих противников, давая им возможность подобрать лучшее оружие. Стрибьорн с волнением ожидал, что же будет дальше.

В возникшем затишье Рагнар посмотрел вверх и увидел проходивший над головой небесный корабль. Казалось, целую вечность назад он наблюдал за ним с палубы «Копья Русса», хотя на самом деле прошло лишь две сотни дней. Быть может, это не тот корабль. Возможно, их существует больше чем один. Кто, кроме богов, мог знать это?

Постепенно в его сознании заискрилась мысль о том, что здесь должны присутствовать Избирающие. Они могут наблюдать за ним в этот миг. Судить о том, достоин ли он войти в Дом Русса. Странно, но эта мысль воодушевила его, придав смысл творившейся вокруг жестокости. Внезапно происходящее перестало быть просто битвой за выживание, превратившись в испытание чести и достоинства. Конечно, все сражения таковы, но лишь в немногих действительно присутствуют посланцы богов. И сейчас случилась именно такая битва. Человек мог прямо отсюда шагнуть в легенду.

Здоровенный воин, с которым он обменивался ударами секунду назад, теперь пристально смотрел на него, и что-то похожее на понимание появилось в его жестоких серых глазах. Они разошлись. Рагнар отступил назад, к остальным своим сородичам, собравшимся вокруг пылающего большого дома. Беспощадный Череп удалился к рядам своих.

Рагнар осмотрелся. Улли был здесь. Отец — тоже, с облегчением увидел Рагнар. Ярл Торвальд еще держался, хотя на голове его кровоточила рваная рана. На глазах у Рагнара вождь оторвал рукав от своей туники и перевязал голову. Они обменивались тоскливыми взглядами. Все понимали, что скоро погибнут. Все знали, что это только вопрос времени.

При виде собравшихся вместе Беспощадных Черепов стало ясно, что сейчас они превосходили соплеменников Рагнара по меньшей мере в пять раз. Многие из воинов Грохочущих Кулаков пали в первоначальной сумятице. Им ни за что не победить, даже если бы они сражались гораздо лучше, чем их враги. А если судить по тому, с какой свирепостью набросились на них Беспощадные Черепа, это не тот случай. В бою один на один силы их были равными — или они даже проигрывали нападавшим, был вынужден с неохотой признать Рагнар.