Уильям Кинг - Космический волк

— Теперь это ваше оружие. Следите за ним. Оно может спасти ваши никчемные жизни. Не теряйте его и не прибегайте после этого ко мне. Замены не будет. В том маловероятном случае, если кто-то из вас здесь выживет, вы обязаны его вернуть. Если кто-либо из вас умрет, оставшиеся в живых должны принести его оружие назад. Бросьте труп воронью, если хотите, но верните оружие.

Сейчас я распределю вас по Когтям. Это будут ваши боевые подразделения. В каждом Когте все будут тренироваться вместе, есть вместе, охотиться вместе и, что вероятнее всего, вместе умирать. Когда я буду называть имена, выходите вперед.

Хакон назвал пять имен, которых Рагнар не знал. Пятеро новобранцев вышли вперед и встали перед сержантом. Тот жестом велел им отойти в сторону, а затем назвал другие пять имен. Рагнар подумал, что сейчас прозвучит и его имя, но этого не произошло. Затем было названо еще пять имен, потом еще пять. Имя Рагнара так и не прозвучало. Вскоре остались только он, Стрибьорн и еще трое юношей.

— Кьел Соколиный Охотник, Свен Драконово Пламя, Стрибьорн Беспощадный Череп, Рагнар Грохочущий Кулак, Хэнк Зимний Волк.

Рагнар взглянул на своих товарищей. Один был невысоким угрюмым юношей, очень широкоплечим и сильным на вид, другой — мальчиком, выглядевшим моложе всех присутствующих. Третий — высокий светловолосый парень с улыбчивым веснушчатым лицом.

Рагнар упал духом, когда осознал, что распределен в ту же группу, что и Беспощадный Череп. Он подумал было заявить протест, но одного взгляда на Хакона оказалось достаточно, чтобы понять: ничего хорошего из этого не выйдет. На самом деле, по злобной улыбке, скривившей губы сержанта, Рагнар заподозрил, что Хакон знает, что делает, — и еще больше возненавидел его.

Тем не менее в этом имелось и свое преимущество. По крайней мере, до Беспощадного Черепа будет легко добраться.

Змеиная улыбка Хакона стала еще шире.

— Оглядитесь, — сказал он. — Взгляните на своих товарищей. Запомните лица друг друга и знайте, что если только вы не очень особенные ребята — а я не думаю, что кого-то здесь можно отнести к таковым, — то по меньшей мере половина из вас отправится в мир иной к тому времени, когда придет пора покинуть это место.

По спине Рагнара побежали мурашки. В словах сержанта прозвучал тревожный звоночек истины.

За стенами длинного дома завывал ветер, а внутри стоял холод, будто в ледяной пещере. Новобранцы лежали на своих тюфяках и мечтали об огне. В одном углу комнаты имелся камин, но нигде не было видно ни полена. Члены всех групп пришли и расположились на тюфяках рядом друг с другом. В группе Рагнара имелся свободный тюфяк, предназначенный для Стрибьорна. Рагнар лежал на спине, смотрел в потолок и думал о событиях прошедшего дня. Очередные тренировки. Очередные речи Хакона. Множество трудных упражнений. Еда: каша, репа и нечто напоминающее свиной жир.

— Старик Хакон действительно несколько свиреп, как ты думаешь? — прозвучал спокойный, приятный голос. Повернувшись, Грохочущий Кулак увидел веснушчатого юношу, который раньше, как заметил Рагнар, постоянно глядел по сторонам и улыбался всем. У него были вытянутые черты лица и небольшой курносый нос, который придавал своему владельцу одновременно и нахальный, и неунывающий вид. Лицо его обрамляли длинные светлые волосы. Юноша выглядел счастливым, и с учетом обстановки это отдавало безумием. Но Рагнар не мог не ответить ему улыбкой.

— Да, — поддержал он разговор. — Наш сержант слегка свиреп.

— Я — Кьел из Соколиных Охотников. — Парень дружелюбно протянул руку, и Рагнар пожал ее.

— Рагнар из… Грохочущих Кулаков.

— Ты как-то не слишком уверен в этом.

— Я не уверен в том, что еще есть Грохочущие Кулаки, — сказал Рагнар бесхитростно.

— Вот так?

— Да.

— Я так понимаю, что ты был избран после сражения, в котором твой клан… пострадал.

— Да.

— Это была великая битва?

— Это была свирепая и жестокая битва. Не уверен, что назвал бы ее великой. Мою деревню сожгли. Мой народ предали мечу. Мою девушку…

— Да? — спросил Кьел. Он казался полным сочувствия.

— Не знаю.

— Тогда лучше забудь ее, — сказал приземистый юноша на следующем тюфяке. Он улыбнулся, словно получал удовольствие от плохих новостей. Рагнар увидел, что у него большие зубы, квадратные и ровные. Нос у парня был сломан и имел неправильную форму, а рыжеватые волосы подстрижены непривычно коротко для островитянина Рагнара. — Ты больше никогда ее не увидишь. Ты никогда больше не увидишь тех, кого знал.

— Нет никакой надобности так радоваться этому, — произнес Рагнар. Обладатель хороших зубов покачал головой и сжал кулак. Но это не было жестом угрозы — скорее жест выражал гнев.

— Клянусь железными яйцами Русса, я вовсе не радуюсь этому! Я ничему этому не радуюсь. Я надеялся присоединиться к Избранным, войти в Дом Героев. А вместо этого что я получил? Проклятого сержанта Хакона и его постоянные рассуждения о том, какие мы тупицы.

— Может, ты обсудишь этот вопрос с сержантом? — с усмешкой предложил Кьел.

— Может быть. С другой стороны, произошедшее со Стрибьорном и с Рагнаром меня не вдохновляет. По крайней мере, лучше помолчать до тех пор, пока мы не узнаем, что отличает его от всех нас.

— Думаешь, что-то сделало его таким? — с интересом спросил Рагнар. — Ты ведь…

— Просто я слышал это в лагере. Похоже, что тех, кто выживает здесь, увозят в какой-то древний храм и воздействуют на них магией. Они превращаются либо в монстров, либо в таких людей, как Хакон и Ранек… Клянусь пометом Ледяного Медведя, я жутко голоден. Как вы думаете, когда они нас накормят?

— Так ты считаешь, что Хакон — человек? — спросил четвертый член группы — тот, что выглядел слишком юным для Избранного. Рагнар пристально посмотрел на него. У парнишки были тонкие черты лица, и он выглядел слишком утонченным и умным, более похожим на скальда, чем на воина. — Я имею в виду эти клыки и все остальное.

— Он явно не призрак, — сказал Рагнар. — Судя по тому, как он мне сегодня врезал.

— Я был поражен тем, что тебе почти удалось увернуться от него, — сказал самый молодой член группы. — Не думал, что кто-нибудь может сделать это.

— Рагнар это не сделал, — заметил угрюмый.

— Он почти сделал.

— Ты кто, Свен Драконово Пламя или Хэнк Зимний Волк? — спросил Рагнар.

— Хренов Свен — это я, — сказал приземистый коротышка. — И клянусь священным правым яйцом Ледяного Медведя, у тебя хорошая память.

— Я — Хэнк, — сказал самый юный и поднялся, чтобы обменяться рукопожатиями. Рагнар подал ему руку. Так же сделал и Кьел, лишь Свен остался лежать, закинув под голову руки и уставившись в потолок.

— Это означает, что последний из нашей хреновой маленькой компании — Стрибьорн Беспощадный Череп, — сказал Свен.