Евгения Федорова - Вселенская пьеса. Дилогия (СИ)
- Название:Вселенская пьеса. Дилогия (СИ)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:СИ
- Год:2014
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Евгения Федорова - Вселенская пьеса. Дилогия (СИ) краткое содержание
Первая книга цикла — «Вселенская пьеса».
Представьте, что вы — обычный студент с весьма предсказуемыми перспективами — внезапно получили предложение, от которого невозможно отказаться. И вот уже вы капитан космического крейсера. Сколь широки те границы, открывшиеся перед вами; впереди ждут приключения и тайны, но все это лишь для того, чтобы, пройдя путь до конца, вы поняли: иначе быть и не могло.
«Авторское право» — вторая книга цикла «Вселенская пьеса».
Капитан Доров снова призван Объединенным командованием Земли, потому что он нужен лишь тогда, когда удается наилучшим образом его использовать. Но, избороздивший космические просторы офицер, и сам уже научился использовать ситуацию в своих интересах. Теперь у него есть личная цель.
Вселенская пьеса. Дилогия (СИ) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Если бы не хотел, отступил бы, — подумал я и прикоснулся к нему. Моя рука словно погрузилась в прохладную, мерцающую воду; я видел, как по телу инопланетянина от моего прикосновения пошла рябь, как под пальцами родились тысячи пузырьков, защекотавшие кожу. Они разбежались по внутренностям титрина, и я, испугавшись, что сделал что-то не так, быстро убрал пальцы. Они слабо светились, с них упала капля света, притянулась к телу инопланетянина, после чего он отплыл в сторону, снова показывая мне процесс преображения. Словно в невидимую форму вдруг стали заливать жидкость, на тумбе у цветущих Лион проступили лапы, потом грудь, хвост, голова с маленькими ушками. Последними притухли кошачьи глаза, они еще некоторое время светились тем светом, объяснения или описания которому у меня не было, потом померкли. Теперь кот был серым, а не белым, как в начале.
— Спасибо, — помолчав, выдавил я. Это была благодарность не только за поданную воду, которую после прикосновения к титрину мне и пить то расхотелось, но больше за то, что он показал мне свое маленькое чудо. Инопланетный журналист понял все правильно, кивнул. Иногда меня поражала его способность разбирать оттенки смыслов, выражаемых мною не очень умело.
— Это одно из твоих обличий?
— Нет, это мое настоящее обличие. Когда мне надоедает быть котом, или куском стены или ночной вазой, я становлюсь таким…
Губы кота растянулись в странной пародии на улыбку.
— А быть ночной вазой, наверное, занятие любопытное, хотя результат предсказуем, — я ответил на его шутку, она нам обоим понравилась
— Я не пытался тебя удивить, — сказал Титрин. — Я хотел проверить. Когда-то ККЧП внедрил в твой разум огромный объем информации, но даже он не мог заставить тебя знать все.
— Ну, я же не ходячая галактическая энциклопедия, в конце концов! Никогда не видел ничего подобного, поверь. Я знаю многое о расах, космических кораблях и галактиках, иногда мое тело вспоминает вбитые в него рефлексы, но это — лишь капля в море, необходимая, чтобы красиво отыграть Вселенскую Пьесу.
— Не думай, что ты марионетка, Доров, — возразил титрин. — В твоей голове скрыты сокровища, но даже ваш высокоразвитый мозг не способен черпать знания из запасенных резервов постоянно, а раскрыть их все разом — значит уничтожить тебя. Вот почему что-то ты знаешь, что-то тебе кажется знакомым, а что-то вспоминается внезапно.
— Интересная теория, но мне сейчас не поможет. Я немного устал.
— Ты обещал рассказать, что произошло на третьем подуровне, — напомнил журналист.
— Я расскажу, но чуть позже. И только тебе, обещаю.
Кот покивал, потом внезапно сказал:
— Сегодня в больнице Кортни, ей разглаживают последние последствия повреждений лица. Я встретил ее в коридоре совсем недавно.
Я даже привстал, забыв о боли в боку:
— Котик, мне надо с ней поговорить, поможешь?
— Помогу, — согласился титрин, — знал, что для тебя это будет важно. Сейчас отлучусь и вернусь…
Я сидел на кровати как на иголках, крутил стакан, делал глоток, но не чувствуя вкуса воды, снова опускал его на край простыни. Когда титрин мягко скользнул внутрь палаты, чуть не выкрикнул вопрос.
— Сейчас придет, — опередив меня на долю секунды, сказал кот. — С нею уже заканчивают медики. Я, наверное, не буду вас стеснять…
— Уйдешь? — с тихой надеждой спросил я.
Кот молча смотрел на меня, потом скользнул под кровать. Понятно, не уйдет, просто не будет мешать. Хотя, какая разница, пусть слушает, сам еще не знаю, что тут произойдет. Когда дело дойдет до раскрытия моих тайн, могу и завернуть эту, если окажется что-то…
Дверь с тихим шорохом отъехала в сторону, вошла Кортни. Все такая же — улыбчивая, глядящая на меня из-под озорной рыжей челки. Никаких следов травм или повреждений.
— Антон, уже лучше? — она замялась на пороге, потом решительно прошла и села на край кровати у меня в ногах. — Я бы и так зашла тебя проведать, зря ты титрина посылал.
— Боялся, у тебя дела, — как-то странно отозвался я. Сам не понимал, что происходит.
— Нет, я же знаю, что нам надо поговорить. Ты ведь этого хотел?
— Да, я вот тут сказать хотел…
— Да погоди ты, — легко отмахнулась она. — Вы ведь мужчины все понимаете не так. Я расскажу, хотя боюсь, мои слова доставят тебе немало хлопот. Я же вижу, как ты разрываешься между чувствами и долгом.
— Умная ты какая, — проворчал я.
Она поджала губы, тряхнула челкой:
— Что между нами было, ты понимаешь?
Глупый какой-то вопрос, близость, что же еще? Она не стала ждать ответа от меня, продолжала:
— Там, на Эвересте мы все шли к смерти. Кох, такой уверенный, отдающий команды, враз исчез, и все сломалось. Вокруг лишь трупы и тут ты, властный, уверенный. Около тебя — словно за стеной китайской, можно не бояться ни ветра, ни бурь. Женщина тянется к силе неосознанно, это заложено у нас в генах. Когда я пришла к тебе тогда, ничего не хотела, понимаешь? Только восхищаться твоей силой, затаив дыхание.
Между нами нет ничего того, о чем ты думаешь. Мы — команда, невольно прикипевшая друг к другу. У меня ведь на земле есть человек, которого я очень люблю. Но там, в космосе, все по-другому! Чувства уступают желанию ощутить под пальцами что-то настоящее. Не знаю, что будет, когда я расскажу ему. Поймет ли он? Да, не перебивай, — она взмахнула рукой. — Я такая же как ты, честная. Прямая. Не буду скрывать ничего. Потому что хочу быть самой собой, а не лживой тварью.
Я и к Натали пошла по этому. Хотела спросить, не возмущу ли ее, если буду… ну, увиваться за тобой. Глупо это было, теперь уж понимаю, но не могла я ведь знать, что у вас там на самом деле. Ты смотрел на нее волком, не разговаривал.
А Натали губы поджала и вдруг говорит: «У меня от него ребенок».
Я ведь тоже знала все это время правду, потому даже близко старалась к тебе не подходить. Не смогла ответить, когда Ната спросила, было ли что-то между нами. Я ведь все сразу поняла, зачем она скрывала, почему все так сложилось.
Да не нужен ты мне был!
Я так оскорблено на нее посмотрел, что девушка осеклась.
— Ты не понял, — пошла она на попятную. — Ты для меня стал словно кумиром, я тебя не знала, но одно твое прикосновение прогоняло страх и давало возможность бороться дальше! Я же с самого начала понимала, что ничего между нами быть не может, но сама обманула себя, придя к тебе в каюту.
— Зачем ты все это сейчас говоришь?
— Потому что прощаюсь, Антон, — она положила руку мне на ногу, ниже колена. — Я улетаю и вряд ли мы когда-то увидимся. Не вспоминай меня, Доров, ни к чему это. На мой запрос с Земли ответили положительно, да и Порси просится, у него мать заболела. Пока Шквал будут чинить, пройдет не одна неделя, а я больше не могу, не хочу так — вдали от тех, кто живет в моем сердце. Ты понял меня, не вспоминай?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: