Рене Рейберт - Не герои

«Живой объект на девять часов», — кибер шевельнул ушами, обернулся на хозяйку. — «Не факт, что ему нужна помощь. Я пойду вперед?»

«Давай. Не высовывайся. Идентифицируй его и вернись.»

Пес прижал уши и припал к земле, хотя все равно был слишком велик, чтобы не пугать непривычного человека.

«Спрячься».

Силуэт овчарки замерцал и растворился в ландшафте. Оставалось ждать. Единожды обретя третью степень программной свободы, искусственный интеллект не расставался с ней и поныне и задолго до рождения Квинты развился в полноценную кибернетическую личность. И в боевых действиях разбирался лучше хозяйки. Его создатели знали — однажды киберу придется защищать хозяев от недружелюбных факторов окружающей среды. Может быть, от других колонистов. Но вряд ли кто-то мог предположить, что несколько сотен лет спустя ему придется воевать против Земного Альянса…

Отчет пришел через несколько минут.

«Человек, мужчина. Ранен. Вооружен. Без сознания».

«Жди там».

По привычке пригибаясь, хотя здесь некому было в нее стрелять, иначе Бадди уже сообщил бы о наличии механизмов или жизненных форм, Дикс двинулась к своему кибернетическому напарнику.

Раненого придавило деревом. Видимо, уже после того, как бронескафандр украсился дырами.

«Очень необычно. — Кибер сидел рядом, вытянув морду к бойцу и внимательно его рассматривая. — Бронескафандр способен вернуть в ДШМ[1] даже смертельно раненого, а дальше им занимаются уже на борту носителя или на базе. Если скафандр так сильно поврежден, десантнику не выжить…»

Этот был жив.

Удерживая зубами фонарик с синим фильтром, благодаря которому свет делался тусклее и не был виден издалека, Дикс принялась почти наощупь ковыряться в пластинах брони. Если бы в стареньком ноктовизоре не села батарея, если бы не усталость и нежелание думать, она поняла бы раньше. Ни у кого из местных вооруженных сил не было таких скафандров.

«Погоди… Альянс?!»

Бадди повернул к хозяйке лобастую башку.

«Поздно заметила. Тебе нужно остаться в госпитале и отдохнуть. Не можешь работать.»

«Я введу стимулятор, плевать! Ты привел меня к бойцу Альянса?!»

Она бросила мини-резак, вскинула винтовку. Немногие осудили бы этот поступок.

Овчарка склонила голову набок, изучающе глядя на девушку:

«Мы спасатели, а он ранен. Беспомощен. Мы должны изменять принципам из-за войны?»

Дикс замерла, положив палец на спуск.

«Они убили моих друзей! Уничтожили медпункт!»

Хотелось выстрелить. Если бы перед ней лежал тот, кто отдал приказ к атаке!.. А этот… Этот был только исполнителем. Но ведь мог отказаться? Мог или нет?..

Бадди смотрел на спасателя, шевелил ушами, отмечая работу сенсоров, и молчал. Дышал по-собачьи, вывесив язык. Его система охлаждения этого не требовала, работала программа имитации поведения.

Кому пришла в голову мысль не ремонтировать поврежденного андроида серии «Хьюго», а перенести его фотонный мозг в новое тело, добавив соответствующий пакет программ? Зильберту? Это был отличный ход, киберсобака при спасательном отряде. Не слишком функциональный, да. Теперь, во время войны. А тогда Бадди стал их талисманом, его любили. И спасатели, и горожане, особенно дети. Андроид не возражал против такой реинкарнации…

«Месть не вернет твоих друзей», — нарушил Бадди мысленную тишину.

Квинта медлила несколько секунд, потом отложила винтовку.

В рюкзаке оставались медикаменты, медсканер. Если этого хватит при таких ранениях… Что там, под броней? Еле дышащий фарш или раненый, имеющий шансы на жизнь?

«Бадди, нужно убрать это дерево».

Вдвоем они смогут столкнуть бревно. Наверняка.

Дикс вытащила из рюкзака шлейку, надела на пса и прицепила к ней трос. Спустя несколько минут, когда «Хьюго» приноровился к уезжающей из-под лап рыхлой земле, а Дикс, отчаявшись, ввела себе стимулятор, раненый оказался освобожден. Оставалось разобрать верхнюю часть скафандра.

…

Лейтенант Норберт пришел в себя от рывков. К горлу подкатывала тошнота, он закашлялся; рывки прекратились. Над ним появилось человеческое лицо, перемазанное грязью до невозможности разобрать черты.

В шею что-то кольнуло. Знакомое ощущение, безыгольный инъектор…

Сводчатый потолок то ли туннеля, то ли огромной трубы едва угадывался в полумраке.

— Где я? — прохрипел Норберт, когда улеглись позывы к рвоте. Он не мог ни сесть, ни пошевелиться. Вокруг было что-то мягкое, прочное. Кокон. «Пневмоносилки», — сообразил десантник.

Последним, что он помнил, был удар в грудь. Он даже не понял, из чего стрелял абориген в маскировочном комбезе, сунувшийся наперерез группе. Ручная ракетная установка?..

Он был не один, этот колонист. Он отвлекал их… От чего-то… Что случилось потом…

— Где…

Ему ответил сорванный женский голос:

— Молчи.

— Кто ты?

— Спасатель. Заткнись.

Местная! Вот это да. Зачем ей спасать его? А может, это и не спасение вовсе. Тащит на допрос?

Рывки возобновились. Пневмоносилки шуршали, скользя по дну подземного туннеля. Тошнота не возвращалась, но Деннис чувствовал себя непривычно слабым. Каждый рывок отдавался в голове, а боли не было. Сколько обезболивающего она вкатила?

Город не бомбили ядерными зарядами, решили взять «мягкими лапами», но местные не оценили и огрызались чувствительно и зло. Чувствовалось, как не хватает им умения и ресурсов. А приказ никто не изменял, хотя уничтожить всю инфраструктуру было легче легкого. Приходилось продолжать возню на улицах и разносить город по камушку, хотя куда проще было бы накрыть это гнездо с орбиты еще разок, чем-то более серьезным…

— Самое позднее… Через пять-шесть часов… Мы подавим сопротивление, — не открывая глаз, произнес лейтенант. — Куда ты меня?..

Джесси не хотелось отвечать, ее бесило само существование этого убийцы. И невозможность влепить ему в лоб титановый шарик. Будь она чуть решительней, жестче, она бы так и поступила. Впервые в жизни Квинта жалела о том, что ей не хватает…

«Подлости?..»

— В госпиталь.

— Ваше руководство… они капитулировали. Знаешь?.. Сразу после начала…

Квинта не знала. И подумала, что ей все равно.

— Я тащу тебя в четвертый полевой, — огрызнулась она. — Молись, чтобы он был цел. У тебя дыра в груди, закрытая тоненькой пленочкой. Если твои друзья уничтожили его, я потащу тебя вниз, это далеко. Заткнись и береги силы… Десантник.

Прозвучало как ругательство.

— Я Дэн, — пробормотал раненый.

— Мне все равно.

— А ты?..

Она так злилась на него. И все равно вытащила из боевого скафандра, обработала раны. Судя по сказанному, наложила окклюзионную повязку. Значит, положение хуже, чем кажется. Хорошие у них препараты. Только спать хочется.