Клиффорд Саймак - Игрушка судьбы

— Это было маловероятным, не так ли?

— Да, вообще-то. Но вы должны понять, что можно рыскать по космосу десять жизней — и не встретить даже бледного подобия той планеты, на которую я наткнулся! Когда такое случается, ты становишься сам не свой! Ты просыпаешься по ночам — весь в поту! Ты знаешь, что это твой первый и последний шанс добиться успеха! Мысль о том, что все может рухнуть, непереносима для тебя!

— То есть вы спешили.

— Чертовски правильно подмечено! Я действительно спешил. Спешили также инспектора, отрабатывающие мою премию. Я не говорю, что они были небрежны, но и не исключаю этого. Однако будем справедливы… Разумные существа занимали там небольшой участок джунглей, и разумность их отличалась скромностью. Если б кто-то миллион лет назад обследовал Землю, он бы тоже не обнаружил там людей… Существа моей планеты обладали интеллектом питекантропа и, как и положено питекантропу, держались в стороне от чужого глаза, а также не возводили небоскребов.

— Значит, все это только ошибка?

— Да, — ответил я. — Большая ошибка, всего лишь…

— А разве не так? — продолжала допытываться она.

— Так-то так, но попробуйте объяснить это миллиону поселенцев, понатыкавших там свои фермы и уже оценивших этот уголок по достоинству. Попробуйте объяснить фирме, торгующей недвижимостью, — после того, как этот миллион потребовал от нее возмещения всех убытков!.. А тут еще вспомнили о премии…

— Вы хотите сказать, что вас обвинили в даче взятки?

— Именно, мисс Фостер.

— Но этого не было? Я хотела сказать — это не было взяткой?

— Не знаю, — сказал я. — Для меня — нет. Предложив эти деньги, я рассматривал их не как взятку, а как доплату за срочность. Хотя — как мне теперь кажется — эти люди могли закрыть кое на что глаза, раз уж я такой славный парень…

— Так или иначе, вы перевели вырученные деньги на номерной счет одного из банков Земли. Что-то тут не вполне безупречно…

— За это пока не вешают, насколько мне известно. И в космосе такая операция — обычнейшее дело. Земля — единственная планета, где разрешены номерные счета, и банковская система ее достаточно совершенна. Чек, во всяком случае, там принимают к оплате повсеместно — не то что на других планетах…

Она улыбнулась:

— Возможно… Мне очень многое в вас нравится, капитан, но многое я и ненавижу… Что же вы решили насчет Джорджа — брать или не брать?

— Если он намерен продолжать в том же духе — мы похороним его. Без еды и питья он долго не протянет. Я, между прочим, не специалист по принудительному кормлению — а вы?

Она раздраженно мотнула головой и сменила тему разговора:

— Ну а с кораблем как?

— А как с кораблем? — поинтересовался я.

— Может быть, вместо того чтобы уходить из города, мы должны были вернуться на посадочное поле?

— Чтобы что? Постучать немного по корпусу? Разбить скорлупку кувалдой, которая у нас отсутствует?

— Но ведь рано или поздно корабль нам понадобится!

— Да, — сказал я. — Или нет. Узнаем позже, если узнаем… В любом случае не стоит надеяться, что грубый натиск опасен для этой глазури. Было бы так — кто-нибудь давно расковырял бы ее.

— Кто-то, возможно, и расковырял. А потом улетел. Просто мы не знаем этого.

— Не исключено. Но околачиваться в городе мы все равно не должны. Забавные рассказы о вибрации могут оказаться правдой.

— Значит, уходим, даже не попытавшись проникнуть в корабль?

— Мисс Фостер! Мы наконец-то напали на след вашего Лоуренса Найта! Ведь вы этого хотели, если не ошибаюсь?

— Да, разумеется. Но корабль…

— Выбирайте, черт возьми!

— Ищем Найта, — после некоторой паузы твердо сказала она.

Сара растолкала меня перед самым рассветом.

— Джордж исчез! Он был здесь еще минуту назад! И вот — нет!..

Я поднялся на ноги, стряхивая с себя остатки сна и все глубже проникая в причину такой напористой подачи информации.

Было темновато. Костер еле теплился и освещал чуть больше, чем самого себя. Джордж испарился. Место, куда его прислонили вечером, пустовало. Роско хранил нелепую позу. Сваленные в кучу припасы остались.

— Может быть, он проснулся и ему понадобилось выйти? — предположил я.

— Нет! — снова закричала она. — Не забывайте, что этот человек слеп! Он бы позвал Тука, чтобы тот вывел его! Но он никого не звал! И вообще не шевелился! Я бы обязательно услышала это, сидя здесь, у костра! Я оборачивалась и видела его всего за минуту до исчезновения!

— Ага… — сказал я, выслушав эти вопли. — А теперь успокойтесь — хорошо?.. Где, скажите-ка мне, Тук?

— Да вот он. Спит. — Она кивнула в сторону.

За Туком темнели силуэты лошадок. Бодрствующих, вероятно. Вероятно!.. Лошадки не спали наверняка! Зачем им спать! Они стояли и наблюдали!.. Не было видно Хуха.

Сара, конечно, права. Если бы Смит очухался от своей комы и захотел бы попить воды или облегчиться — он обязательно поднял бы крик, зовя преданного, безотказного Тука. И она услышала бы малейший шорох, произведенный им, — потому что тишина тут гулкая. Чирканье спички о коробок, шуршание одежды слышны с пугающей отчетливостью…

— Ну ладно, — сказал я. — Он исчез. И вы ничего не слышали. Что ж, будем искать! Только, пожалуйста, без паники. Для нее пока нет оснований…

Я зяб и вдобавок чувствовал себя абсолютно сбитым с толку. Мне было совершенно наплевать на Смита. Я почти радовался, что он пропал, и почти желал — чтобы окончательно. Это было бы для нас чудесным избавлением… Согреться никак не удавалось. Ледяной холод, казалось, шел у меня изнутри, и я мерз от собственного дыхания…

— Мне страшно, Майк, — прошептала Сара.

Я подошел к спавшему Туку и, наклонившись, увидел, что он лежит как-то не по-людски — приняв позу эмбриона и сжимая обеими руками куклу, пристроенную между коленями и подбородком. Он спал с этой ерундой, как спит с плюшевым мишкой младенец в своей кроватке!

Протянув руку, чтобы разбудить его, я замер в нерешительности. Как-то неловко было возвращать это свернувшееся калачиком существо в холодную и бессмысленную пустоту чужой планеты.

— В чем дело, капитан? — спросила Сара.

— Все в порядке, — ответил я и стал трясти костлявое плечо Тука.

Он проснулся, вяло потер глаза и еще крепче прижал к себе нелепую свою куклу.

— Исчез Смит, — сказал я. — Мы отправляемся искать его.

Тук сел и потер глаза еще раз. Казалось, он не проникся сказанным.

— Смит исчез! — повторил я энергичней. — Ушел! Понимаете?

Он медленно покачал головой:

— Сомневаюсь, чтобы он мог уйти. Его забрали.

— Забрали?! — закричал я. — Кто, черт побери? Кому он мог понадобиться?

Тук посмотрел на меня так снисходительно, что я едва не придушил его.