Томас Диш - Щенки Земли (сборник)

На другой день боль в руках утихла, и теперь труднее всего было просто разогнуться и справиться с мучительным свойством сока склеивать все и вся. Одежда липла к напряженному телу или тяжело обвисала, как кожа, которую никак не сбросить.

– Если бы на нас не болтались эти тяжелые лохмотья, – говорил Орвилл, – мы бы продвигались гораздо быстрее.

Чуть позже, когда стало ясно, что эта простая мысль никак не доходит до сознания Нейла, Бадди добавил:

– Можно связать рукава рубашек и лезть, как по веревке, это ускорит дело.

– Ага, – ответил Нейл. – Только не забывайте, что с нами дама.

– Ой, обо мне не беспокойтесь, – возразила Блоссом.

– Я говорю про наши рубашки, Нейл. Представь, что мы пошли купаться.

– Нет! – его голос вновь зазвучал резко. – Это нехорошо, так нельзя!

Если он уперся, спорить с ним было бесполезно. Он – главный. Когда они в очередной раз остановились, чтобы отдохнуть и подкрепиться, сок капал на них сверху крупными дождевыми каплями, как бывает летом перед грозой. Посередине корня струился поток, в котором они утопали по голень. Двигаться свободно они могли только при одном условии: если были мокрыми насквозь, ибо там, где одежда еще не вымокла до нитки, она облепляла тело, как лейкопластырь.

– Я не могу больше, – сказала Блоссом и заплакала. – Я больше не могу.

– Ну-ну, мисс Андерсон. Не унывать! Выше нос! Вспомни «Титаник»!

– Не можешь чего? – спросил Нейл.

– Эти тряпки… – начала она. Действительно, она не могла больше выдерживать все это, и тряпки в том числе.

– Знаете, она, пожалуй, права, – сказал Нейл. Ему и самому было отнюдь не легче, чем всем остальным. – Ничего страшного, рубашки-то можно и снять, от этого вреда не будет. Давайте сюда, я их рукавами свяжу.

– Отличная мысль! – воскликнул Орвилл, и они отдали рубашки Нейлу.

– Блоссом! – обратился он к сестре. – Я не тебя имел в виду. Так нельзя. – Она ничего не ответила. Нейл хмыкнул. – Ну, если уж ты так хочешь…

Вдруг из небольшого отверстия над ними, как из прорвавшейся водопроводной трубы, хлынула какая-то жидкость, не очень-то похожая на сок. Это гораздо больше походило на воду. На краткий миг они почувствовали себя совершенно счастливыми, так как моментально отмылись, но тут же замерзли. Стало холодно.

По мере того как они забирались все выше и выше, корни становились не просторнее, а наоборот – теснее. Теперь для того, чтобы проползти по ним, нужно было двигаться на четвереньках, но даже и так, при малейшей неосторожности, они упирались головой в потолок. Вода была им по локоть.

– Я думаю, – осторожно начал Орвилл, – что мы забрались под дно озера Верхнее. Это же не талые воды, – он подождал, не начнет ли Нейл возражать, а затем еще осторожнее закончил: – Наверное, нам лучше вернуться старым путем. Бог даст, со второго захода нам больше повезет.

Нейл не возразил просто потому, что ничего не расслышал. Голос Орвилла потонул в шуме и плеске воды, которую Растения, как всегда мучимые жаждой, алчно высасывали из озера, впиваясь в дно. Когда путники нашли местечко поспокойнее и вновь устроили привал, Орвилл долго растолковывал Нейлу свои соображения. Потом за дело взялась Блоссом.

– Смотри, Нейл, это же очень просто – от озера легче всего отойти, если двигаться вниз. Ведь если мы останемся здесь, мы можем пойти не в ту сторону. Откуда нам знать, на восток мы идем или на запад. Нам-то надо на запад, подальше от озера, а мы можем нечаянно двинуться на восток и угодим как раз под него. Если бы у нас был фонарь, мы поглядели бы на твой компас, и все, но фонаря-то нет. А так можно сто раз ходить туда-сюда вдоль берега – то ли на юг, то ли на север. Кто знает, много ли успел папа за зиму здесь обследовать и заходил он под дно озера или нет. Так что вернее всего идти вниз. Понимаешь?

Орвилл воспользовался случаем и, пока Нейл слушал ее объяснения, перекинулся парой слов с Бадди.

– Какого черта мы с ним связались? Не хочет идти с нами – пусть, ради Бога, остается здесь. Утонет, сам будет виноват.

– Нет, – ответил Бадди. – Так нельзя. Я не хочу брать грех на душу.

– Ну, так и быть, пошли, – сдался наконец Нейл. – Но, по-моему, это все брехня. Соглашаюсь только ради тебя, Блоссом. Так и запомни, слышь?

Стали спускаться: творилось нечто невообразимое – сок хлестал отовсюду и разливался полноводной рекой. Их несло мощным течением, то сталкивая, то разнося в стороны, точно бревна по реке во время лесосплава. Стремительными потоками их швыряло об стенки корней на крутых поворотах. Достижения последних дней были ликвидированы в считанные минуты.

Еще ниже поток потеплел и начал густеть, как закипающий пудинг, но оставался по-прежнему бурным. Путешествие напоминало спуск с укатанной горы на картонке. Единственное преимущество их положения заключалось в том, что они не могли повторить свою ошибку и двинуться «вверх по течению», то есть в направлении озера.

На этой глубине попадались участки, целиком заполненные горячим соком. Набирая полную грудь воздуха, Орвилл первым нырял, чтобы проплыть по такому участку в надежде на то, что течением его вынесет к выходу. Каждый заполненный соком корень почти всегда имел вертикально расположенные боковые отростки, в которые жидкость не заливалась. Из-за тесноты пробираться по ним было невозможно, но вполне хватало места для того, чтобы просунуть туда голову и отдышаться. Однако нельзя было знать наверняка, представится ли вновь такая возможность или впереди вместо открытого окна – просто тупик.

Ими овладел страх, что они, быть может, плывут в никуда. Все чаще и чаще их заносило в исхоженные коридоры, забитые спутанными капиллярами, раздувшимися от сока. Один раз Орвилл попал в эти сети и запутался в них на развилке, которая ни с того ни с сего возникла на его пути. Когда Бадди и Блоссом, плывшие следом, наткнулись на него, ноги его безжизненно болтались по воле течения из стороны в сторону. Налетев головой на стенку в том месте, где корень раздваивался на рукава, он потерял сознание и захлебнулся.

Они ухватились за штанину, потянули, и брюки легко соскользнули с его тощих бедер. Тогда они буквально выдернули его, держа за ноги. Чуть в стороне от этого места они отыскали что-то вроде наклонной площадки, с пологого склона которой стекал сок, и благодаря этому корень здесь не был залит целиком. Бадди по-медвежьи обхватил Орвилла и, ритмично прижимая его к себе, попробовал выкачивать воду у него из легких. Потом Блоссом стала делать ему искусственное дыхание способом «изо рта в рот», как ее учили когда-то на курсах плавания, организованных Красным Крестом.

– Чего это ты делаешь? – спросил Нейл. Его нервировали непонятные звуки.

– Она делает Орвиллу искусственное дыхание, – раздраженно ответил Бадди. – Он там чуть не утонул.