Юлий Буркин - Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок
- Название:Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, ВЗОИ
- Год:2004
- Город:Москва
- ISBN:5-17-023208-X, 5-9602-0313-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юлий Буркин - Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок краткое содержание
«Цветы на нашем пепле»
Могут ли быть бабочки теплокровными? Может ли разум быть достоянием насекомого? Канувшие в небытие люди нашли разгадку на этот вопрос и вот через миллионы лет на Земле расцвели новые ростки разума, раскинув в полете разноцветные крылья. Но не все так просто в мире бабочек, идет война за выживание вида, необходимость толкает маленький отряд на поиски легендарной пещеры Хелоу, способной дать ответы на многие вопросы.
«Звездный табор, серебряный клинок».
Разухабистая и чуть наивная история простого парня, сначала украденного пришельцами из будущего, потом звёздными цыганами, потом…. а потом такое началось!..
В книжке есть всё — и любовь к прекрасной девушке, и борьба за свободу родины, и злые инопланетяне, и героические поступки, и самопожертвование.
Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Ни словом, ни движением Инталия, рапортуя, не выдала своих чувств по этому поводу. Но взгляд ее торжествовал… В финале рапорта она хладнокровно предложила вновь усилить караул, ибо Рамбай, побывав в лагере, знает и расположение, и систему движения часовых, и нападение дикарей под его началом грозит их легкой победой…
Само собой, Ливьен не одобрила эту меру.
Она и не подозревала, что успела так сильно привязаться к нему. Хотя, возможно, так действовала на нее атмосфера недоверия окружающих. Она чувствовала себя изгоем, изгоем был и Рамбай. С ним ей было легко. Оказывается, весь этот день она прожила в ожидании встречи с ним, чтобы рассказать обо всем, что узнала от Сейны и пережила за этот срок.
Но удар она выдержала стойко.
— Рамбай воспитан дикарями, — сказала она Инталии, строго глядя ей в глаза. — К сожалению, я не успела объяснить ему, что такое дисциплина, и сколь важна она в нашем положении. Это мое упущение, я признаю его. Он вернется.
На самом деле она была более чем растеряна. Значение и необходимость дисциплины Рамбай понимал не хуже городских самок, и она знала это.
— Нужды усиливать караул нет, — продолжала она. — С его стороны провокаций не будет.
Вот это она произносила уже с полной уверенностью. Какие провокации?! Он изгнан из племени, и он любит ее.
Любит? Как же он мог уйти, не посоветовавшись с ней? А вдруг с ним все же стряслось что-то непоправимое?..
Если он появится, она обрушит на него весь гнев, на какой только способна. А пока — нужно держаться. Нужно взять себя в руки еще крепче, чем прежде.
Приказав Инталии, не поднимая паники, в обычном порядке готовить группу к отбою, Ливьен прошлась по лагерю и, вернувшись в палатку, улеглась на циновку, не надеясь, правда, что сможет уснуть. Но даже если бы ей и удалось это, сон ее был бы недолог: минут через двадцать в палатку вползла Сейна. То, что она рассказала, перепугало Ливьен до дрожи в коленках, и она еще раз порадовалась, что завела себе подругу.
Оказывается, Инталия, в полном соответствии приказу Ливьен, паники не поднимала. Но часовым дала распоряжение при появлении Рамбая открывать огонь, даже без предупредительных окриков… Сейна случайно услышала это и поспешила сюда.
Формально координатор была абсолютно права. По ее логике Рамбай — или предатель, или дезертир. Даже если он и не имеет коварных намерений, он оставил пост, а по законам военного времени такой проступок карается смертью. Поэтому Ливьен не стала пытаться переубедить ее. Вместо этого она, поблагодарив Сейну, сама отправилась в палатку караула.
Выслушав ее, караульные отдыхающей смены — биолог Аузилина и стрелок Биньюат сухо ответили, что нарушать распоряжение координатора не имеют права. Ливьен, ругаясь про себя на чем свет стоит, была вынуждена оживить Камень. Караульные больше не спорили, но и не разговаривали с ней.
Также молча Ливьен сидела в их палатке до тех пор, пока они не ушли менять часовых. А когда появились снятые с поста — лингвист Иммия и стрелок Петриана — провела с ними ту же процедуру.
Выждав, пока свет Камня померкнет, она отправилась обратно к себе. Но отдохнуть сегодня ей было не суждено. В палатке сидел… Рамбай. Он вертел в руках неизвестное Ливьен, но явно стрелковое оружие, а у его ног лежала связанная тонкими стеблями лианы бабочка махаон, одетая в чешуйчатый и складчатый серо-зеленый комбинезон из кожи ящерицы.
Злость Ливьен на его безответственность рассеялась как дым. Более того, сама того не ожидая, она кинулась к нему на шею и покрыла лицо поцелуями радости.
Рамбай смущенно хмыкал. Наконец, отстранившись и несильно пнув ногой связанного, объяснил:
— Рамбай охотился.
Ливьен смотрела на его самодовольную физиономию и не могла заставить себя как следует на него рассердиться. «И не надо», — решила она. Вместо этого — то ли попросила, то ли приказала:
— Сиди тут. Я сейчас.
И вновь кинулась к палатке караульных.
Вернулась, ведя с собой Иммию.
Рамбай снял с губ своей добычи липкий лист почки гибикуса. У пленника появилась возможность говорить, и Ливьен обратилась к нему:
— Кто ты? — (Пока она даже не сумела разобрать, какого пола это существо.)
Иммия, переводя, коротко пробормотала ту же фразу на языке махаон.
Вместо ответа бабочка презрительно отвернулась и уставилась в стенку. Ее волосы были почти наголо острижены, лишь на макушке торчал собранный в тугой узел иссиня-черный клок. Обезображенное шрамом через всю левую щеку и переносицу, тонкое бледное лицо в голубоватых прожилках вен с успехом могло принадлежать как самке, так и самцу. Его выражение было непроницаемым, что, собственно, было естественно для религиозного фаната, не боящегося ни пыток, ни смерти. Об этом качестве махаонов известно всем. Никогда еще маака не удавалось развязать язык захваченному противнику. Потому их и предпочитают не брать в плен, а беспощадно уничтожать.
А раз так, смысла в Рамбаевой добыче было не много. Но Ливьен надеялась получить хоть какой-то минимум информации из случайно оброненной фразы, из поведения пленника… И ее дальнейшие действия были продиктованы скорее интуицией, нежели трезвым расчетом.
— Иммия, переведи, — кивнула она лингвисту. — Мы не хотим убивать. Хватит крови.
Удивленно глянув на Посвященную, Иммия залопотала на вражеском наречии.
— Здесь, в лесу, нет войны, — продолжала Ливьен. — Я не приказываю, я прошу: расскажи нам все, что ты знаешь о нашей экспедиции. Этим ты не предашь свой народ, ведь ты расскажешь только то, что мы знаем и без тебя. — (Иммия торопливо переводила.) — И мы отпустим тебя. Мы отпустим тебя, даже если ты ничего не скажешь. Ступай с миром. Но я прошу тебя рассказать о нас.
Она обернулась к Рамбаю:
— Развяжи.
Тот не шелохнулся.
— Я приказываю! — повысила она голос.
Что-то недовольно бормоча, Рамбай принялся возиться с путами. А Ливьен тихо произнесла, обращаясь к нему и Иммии:
— Будьте наготове.
Вскоре бабочка махаон была свободна. Первое, что она сделала, поднявшись, — приняла боевую стойку. Но искусство рукопашного боя изучается маака еще в инкубаторе. Ливьен и Иммия, вскочив тоже, поставили непроницаемые блоки. Рамбай же встал в какую-то свою, дикарскую, не менее грозную позу.
Махаон огляделся. На его правом колене стала отчетливо видна нашивка символа Хелоу — красный крест из двух одинаковых прямоугольников.
— Иди с миром, — повторила Ливьен, и Иммия вновь перевела эту фразу.
Махаон попятился к клапану, спиной раздвинул его и исчез за пределами палатки. Присутствующие недоуменно уставились на Ливьен. Отпустить врага? Того, кто, скорее всего, убил Лелию!.. Но оправдываться ей не пришлось.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: