Window Dark - К последней полуночи (повесть о настоящем Деде Морозе)
- Название:К последней полуночи (повесть о настоящем Деде Морозе)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Window Dark - К последней полуночи (повесть о настоящем Деде Морозе) краткое содержание
О том, как становятся Дедами Морозами. Настоящими… И о бедах и несчастьях, которые свалятся на головы тех, кто сумел. Впрочем, трудности даются, чтобы их преодолевать. Итак, перед вами Дед Мороз с мешком, наполненным волшебными подарками. И по его следам идёт Зимний Снайпер, отстреливающий красношубых дедушек. А в последней полуночи прячется тот, кто заказывает Дедов Морозов.
К последней полуночи (повесть о настоящем Деде Морозе) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Звякнул колокольчик. Я резко обернулся.
На крыльце киоска стояла Снегурочка. Улыбавшаяся. Отогревшаяся. Пребывающая в тихом очаровании новогоднего праздника.
Расскажи, Снегурочка, где была? Расскажи-ка, милая, как дела? Только не ходи сюда. Не ходи!!! Молю тебя всеми святыми. Суматошно замахав руками, я бросился навстречу, стараясь, чтобы высокий сугроб отгородил Снегурку от страшного пятна. Мой праздник закончился. Но праздник Снегурочки продолжался, как продолжались миллионы чьих-то других праздников. И я не мог оборвать её праздник. Праздник, который она заслужила.
Честь нам и хвала, если мы умеем не обрывать чужие праздники, даже если знаем абсолютно точно, что самим праздновать уже не придётся. Быть может, уже никогда. Это не мысли того вечера. Это пришло позже, уже после второй стадии. Просто, при взгляде на Снегурочку слово «никогда» не казалось чем-то грозным, близким и ужасающе неизбежным.
9
Мы шли по аллее, освещённой сиреневым светом фонарей. Мы весело скрипели снегом. Мы скатывали снежки и кидали их в дальние сугробы. Нам было хорошо, словно удалось ухватить за хвост птицу счастья.
Ветви белой краской разукрашу,
Брошу серебро на крышу вашу,
Теплые весной придут ветра
И меня прогонят со двора…
Девочка, катившая санки с малышом, похожим на меховой шар, остановилась, глядя на нас, и восторженно раскрыла рот.
— Ты — Дед Мороз? — спросила она.
— А то! — лихо ответил я.
— Настоящий? — в голосе засквозило подозрение.
— А как отличить настоящего от ненастоящего? — в свою очередь задал вопрос я.
— Настоящий — он добрый, — ответила девочка.
— А я какой? — сорвалось с губ.
Девочка пристально смотрела на меня чуть ли не минуту.
— Ты — добрый! — наконец, сказала она.
Я протянул ей шоколадку, одновременно поворачиваясь к Снегурочке. Смотри, милая, что про меня люди говорят. Дети малые, они врать не станут.
Девочка зубами оторвала уголок обёртки и понюхала тёмную плитку.
— Настоящий, — сказала она то ли про меня, то ли про шоколад.
— Пополам, — запротестовал укутанный седок, ранее не подававший признаков жизни.
— На, — девочка разломила плитку на почти ровные половинки и большую отдала малышу. Послышалось чмоканье. Девочка улыбнулась и поволокла санки дальше.
— Вот так и становятся настоящими Дедами Морозами, — хвастливо улыбнулся я Снегурочке. — Не жалеешь, что купили шоколадки?
Снегурочка счастливо замотала головой. Я чувствовал, что могу перевернуть Землю без всякого рычага.
Дорогу преградила тёмная фигура. Ещё улыбаясь, я двинулся навстречу. Но улыбка мигом сползла, потому что я опознал «Канзас» и норковую шапку. Я ещё надеялся, но надежды разбила изящная трость, черкающая по сугробам загогулины, издали похожие на математические формулы.
— Подарочек хотите от Деда Мороза?
Зачем я это сказал, не знаю. Но, с другой стороны, а что я ещё мог сказать? Что?!
— Не надо, — качнулась в сторону норковая шапка. — Так уж получилось, что Дедам Морозам выдаю я.
Реактивным истребителем трость метнулась к небу и ожгла мне лицо. Сквозь боль, я сообразил, что впечатался в сугроб. Мир перед глазами поплыл. Свет фонарей дрожал, застилаемый слезами обиды.
— Запомни Зимнего Снайпера, — склонилась надо мной громада тьмы.
И пропала. Рядом стояла оторопевшая Снегурочка.
Я поднялся. Никуда он не делся. Просто отошёл. Глаза по-прежнему скрывала тень. Но губы кривились злорадной ухмылкой победителя.
Я задрожал. Я пригнулся. Я изготовился, чтобы врезать в ответ.
— Щщёл бы ты домой, — прошепелявил мой обидчик. — Знаешь ведь, Новый Год завтра. Двигай давай, а то праздновать некому будет.
Плотная фигура повернулась ко мне спиной. Трость чиркнула по стене и отковырнула почтовый ящик. Мелькнула молнией и перерубила его одним ударом. Ящик жалко завалился в сугроб. Из растерзанного брюха водопадом посыпались открытки. Назвавшийся снайпером проткнул несколько из них тростью, поднял, рассмотрел брезгливо и отшвырнул, словно дохлую лягушку. Порыв ветра разметал яркие картинки. Почему-то они мне напомнили растоптанные иконы.
Я поостыл. От противника исходила аура силы. И несокрушимая уверенность. Рука играла тростью. Эти зигзаги бликов в морозном воздухе тоже не обещали лёгкой победы.
Так что же? Взять и спустить обиду? На виду у Снегурочки! Нет, дядя, не выйдет. Не тот у нас сегодня расклад, что бы над Дедом Морозом можно было вот так запросто изгаляться.
А если не получится? Тогда меня просто затопчут сапожищами. И Снегурочка будет наблюдать, как рушатся идеалы в непобедимость того, кому она доверила быть своим Дедом Морозом.
А пускай. Кривая усмешка преобразила моё лицо. На долгую драку я не рассчитывал. Габариты не те. Но если попробовать и вложиться в один единственный удар.
Я взглянул на ухмыляющуюся морду. И приготовился. И наметил, куда ударю. Не в лицо, нет. За него. Сквозь него. В тёмное ядро. Вдарить так, чтобы пробить все рубежи обороны. Я перестал ощущать мир. Я позабыл о Снегурочке. Я наливался яростью. Превращался в беспощадного зверя, который если уж вцепится, то в глотку. И намертво.
— Не торопись, — раскрылась тёмная яма рта. — Тот, кто хоть раз превращался в зверя, теряет право быть Дедом Морозом.
Он повернулся и неторопливо пошёл к трамвайной остановке, не дожидаясь моего выбора. Он не оглядывался, словно в его планы входил любой из вариантов.
Я решил, что в зверя мне превращаться ещё рано. Если уж стать зверем, то после того, как отработаю смену Дедом Морозом. Чтобы потом было, что рассказать внучкам. Даже в случае, если внучками будут злоглазые волчата.
10
— Испугался? — спросила Снегурочка.
— Ещё чего, — вырвалось у меня.
Снегурочка скептически покачала головой. Не поверила. И правильно, что не поверила.
Конечно, я испугался. Ещё как испугался. Дрожал, словно через меня пропустили высоковольтную линию. Но соврал. Почему мы врём? Врём на автомате. Врём даже в естественных и безобидных ситуациях. Хотим, наверное, чтобы оценили, как крутого. А нас оценивают, как вруна. Всегда так получается, пытаясь угадать правильный ответ, выдаёшь чушь, которая всё портит.
В небе над лесной опушкой
Свечи яркие зажглись.
Месяц ёлочной игрушкой
В синем воздухе повис.
Снегурочка заботливо отряхнула снег с моей спины.
— Тогда идём, — сказала она.
Я кивнул. Я был ей благодарен уже за отсутствие недовольного взгляда, за небурчание по поводу, как надо было поступить, и как от кого-то никогда не дождёшься… Мы любим перебирать косточки поступкам, которые не изменишь, любим колоться ошибками, которые не исправишь. Мы любим… И губим любовь вот этим самым «любим», потому что любить должны были совсем другое.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: