Стивен Кинг - Танец смерти (Мрачный танец)
- Название:Танец смерти (Мрачный танец)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Стивен Кинг - Танец смерти (Мрачный танец) краткое содержание
Вы знаете Стивена Кинга — «короля ужасов»? Безусловно. Вы знаете Стивена Кинга — резкого, бескомпромиссного, умного постмодерниста? Возможно. Но — есть и другой Стивен Кинг. Стивен Кинг — блестящий, живой, непосредственный автор истории «черного жанра» от самых его истоков — и до самых одиозных, масс-культурных его проявлений. Перед вами — буквально «все, что вы хотели знать об ужасах, но боялись спросить». А еще перед вами — бесконечно оригинальное литературное произведение, абсолютно и решительно не вписывающееся НИ В КАКИЕ ВАШИ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О СТИВЕНЕ КИНГЕ. Не верите? Прочитайте — и убедитесь сами!
Танец смерти (Мрачный танец) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
233
Леворадикальная партия, выступавшая за права афроамериканцев. Многие ее члены попали в тюрьму по обвинению в насилии или были убиты
234
Американская телефонно-телеграфная компания, одна из крупнейших корпораций Америки.
235
Ежегодник «Кто есть кто в Америке».
236
один из лидеров «Черных пантер», убитый в возрасте 20 лет. «Черные пантеры» обвинили в этом убийстве ФБР. Примеч. автора.
237
Убийца Мартина Лютера Кинга.
238
Летчик капитан Мантелл в 1948 году сообщил, что видит какой-то объект, и полетел к нему, но разбился. Один из самых первых эпизодов эпопеи с летающими тарелками.
239
пальца. — Примеч. автора.
240
случаи массовой истерии, когда население целых деревень танцевало в течение нескольких дней, не в силах остановиться. Таких людей считали одержимыми дьяволом, и эти случаи расследовала инквизиция.
241
Студенты за демократическое общество (Students for a Democratic Society) — самая крупная организация «нового левого» движения 60-х годов.
242
общность, единство, единение (нем.).
243
В этом нет ничего нового. Писатели, работающие в жанрах научной фантастики и фэнтези, жалуются — иногда справедливо, иногда нет — на отрицательные отзывы критиков литературного мейнстрима, но дело в том, что критики, специализирующиеся непосредственно на этих жанрах, преимущественно глупы. А журналы демонстрируют долгую и постыдную историю разноса произведений, которые слишком значительны для породившего их жанра. Аналогичный прием встретил и «Чужак в чужой стране» (Stranger in a Strange Land) Роберта Хайнлайна.
244
Друг и помощник легендарного лесоруба Пола Баньяна, могучий бык, «с расстоянием между глазами в семь топорищ с гаком»
245
Герой американского фольклора, суперковбой Дикого Запада
246
Герой фольклора американской Границы, меткий стрелок, знаменитый охотник на медведей.
247
Имеется в виду роман Джойса
248
Entertaining Comics — издательство, специализировавшееся на издании комиксов.
249
Nightshade по-английски «ночная тень» Фамилия Вилла тоже говорящая: Hallow — святой
250
Намек на сексуальную плоть мы встречаем в эпизоде с Театром; Брэдбери в своем письме ко мне отказался говорить на эту тему, хотя я просил его кое-что разъяснить. Это один из самых волнующих эпизодов книги. Брэдбери пишет, что Джим и Вилл обнаружили Театр на верхнем этаже дома, куда забрались в поисках кислых яблок. Брэдбери рассказывает нам, что у человека, заглянувшего в театр, меняется вкус ко всему, включая вкус фруктов, и хотя меня всегда охватывает стремление при первом же намеке на университетский анализ бежать, как бежит лошадь, почуяв, что свежая вода отравлена щелочью, невозможно не заметить намек на райское яблоко. Что же происходит в этом двух- или трехэтажном Театре, который меняет вкус яблок; что зачаровало Джима с его темной фамилией и его друга с фамилией христианской, которая в нашем сознании ассоциируется со способностью в любой ситуации оставаться на стороне добра? Брэдбери намекает, что Театр показывает сцену из публичного дома. Внутри люди голые, они «сбрасывали через голову рубашки, роняли на ковер одежду и в безумно-трепетной наготе, напоминая дрожащих лошадей, протягивали руки вперед, чтобы трогать друг друга». (Здесь и ниже цитируется по книге: Р. Брэдбери. Избранные сочинения. В трех томах. Том третий. Что-то страшное грядет; Роман. Канун Всех святых Повесть — М: Олимп, 1992. Пер, с англ. Л. Жданова.) Если так, то этот эпизод является наиболее красноречивым предсказанием плотского отклонения от нормы, которое так сильно привлекает Джима Найтшейда, стоящего на пороге взросления. Примеч. автора.
251
Я могу назвать только два романа, которые не превращают детство в миф или в волшебную сказку и тем не менее создают удивительное впечатление; это «Повелитель мух» (Lord of the flies) Уильяма Голдинга и «Сильный ветер на Ямайке» (A High Wind in Jamaica) Ричарда Хьюза. Вы, конечно, можете написать мне письмо и предложить добавить еще либо «Цементный сад» (The Cement Garden) Йэна Макивена, либо «Гарриет сказала» (Harriet Said) Бэрил Бейнбридж, но я считаю, что по-своему (неповторимо по-английски) именно эти две повести романтизируют детство с таким же совершенством, как это делает Брэдбери. Примеч. автора.
252
Приз — курчавые куколки.
253
Не раз эти два совершенно разных писателя брались за схожие темы Оба написали книги о путешествии во времени, где герои спасаются в дружелюбном прошлом от ужасного настоящего роман Финнея «Меж двух миров» (1970), в котором герой возвращается на восточное побережье Америки на грани веков, и «Прошу время вернуться» (Bid Time Return) Матесона (1975), герой которого тоже возвращается к границе веков, только на Западное побережье В обоих случаях ими движет стремление избежать того, что Пауэре называет «культурной деперсонализацией», но трудно представить себе более различное толкование этой идеи и более различные финалы — Примеч. автора
254
В Калифорнии — Примеч. автора
255
В «Невероятно уменьшающемся человеке» в жизни Скотта Кери все больше и больше поводов для тревог, и один из самых сильных — это постоянное уменьшение заработков и неспособность содержать семью, как раньше Не хочу сказать, что Матесон просто перенес неурядицы того времени на героя, но предположу, что, не будь Матесон сам обеспокоен, ему не удалось бы так убедительно раскрыть образ Кери — Примеч. автора
256
Скотт Кери тоже ежедневно спускается в подвал с блокнотом и ручкой; он тоже пишет книгу (кто в наши дни этим не занимается?). В романе Скотт описывает впечатления единственного в мире уменьшающегося человека, чье несчастье позволило его семье жить вполне сносно… можно предположить, что ту же самую возможность дали семье Матесона его книга и снятый по ней фильм. Примеч. автора.
257
Между прочим, так оно и есть. Свой первый роман, «Керри», я писал в нелегких обстоятельствах, и в книге рассказывается о героях, столь неприятных и чуждых моему мировоззрению, что они мне представляются почти марсианами. Когда я сейчас беру эту книгу в руки — что случается редко, мне не кажется, что ее написал кто-то другой, но у меня возникает очень странное ощущение, как будто я писал ее в состоянии тяжелого умственного и эмоционального недомогания. — Примеч. автора.
258
Джеймс Босуэлл был биографом Сэмюэля Джонсона В переносном смысле — добросовестный биограф.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: