Евгений Донтфа - Девочка и пёс

Глаза собаки, до этого момента сплошь черные и не слишком широкие, побелели, в них проявилась ярко-синяя радужная оболочка и в её центре маленький зрачок. Глазницы пса расширились. Теперь они очень сильно напоминали глаза девочки. И он заговорил, на этот раз вслух, не по радио, распевно и тоже излишне с надрывом, заговорил голосом Элен:

– О нет, любовь твоя не так сильна, Чтоб к моему являться изголовью. Моя, моя любовь не знает сна. На страже мы стоим с моей любовью.

Девочка отпрянула назад. Ей было и стыдно перед своим роботом и немного обидно за то что он вроде как насмехается над ней, но всё же больше стыдно. И она отвернулась, боясь что умный пёс догадается об этом.

– Ну а ты, Талгаро, пойдешь со мной спасать кирмианку? – Спросила она, не подумав, только чтобы прервать диалог с роботом.

– Мисс Элен, перестаньте! – Возмущенно воскликнул Кит снова по радиосвязи. – Хотя бы Талгаро не впутывайте сюда.

Осознав до конца что она предлагает маленькому лоя, Элен совсем уже застыдилась и поспешно проговорила:

– Прости, Тал, это я по глупости сказала. Это ведь тебя совсем и не касается.

И она виновато, искоса поглядела на Кита. И увидела как её собственные глаза печально хмурятся, взирая на неё с укором. Это было и смешно, и страшно, видеть на собачьей морде такие человеческие глаза, а еще к тому же и так похожие на её собственные.

Талгаро до этого момента пребывал в некотором оцепенении. Не шевелясь и чуть ли не затаив дыхание, он с удивлением наблюдая за происходящей перед ним странной односторонней беседой. Он конечно понял, что Элен разговаривает со своим чудесным псом, но ответов последнего он не слышал, хоть и не сомневался что они явно есть и девочка как-то их получает. И снова он подумал о Сандаре, Королеве Лазурных гор. Насколько было известно она тоже общалась со своими асивами без слов. Он до того был заворожен творимой на его глазах магией, что в суть самой беседы практически не вникал, тем более что Элен пару раз переходила на неизвестный ему язык. И её вопрос застал его практически врасплох. Но он постарался взять себя в руки, обдумал слова девочки и быстро принял решение.

– Конечно, я иду с вами.

– Тал, это совсем ни к чему, – начала Элен уговаривать своего спутника, остро чувствуя как Кит с укоризной смотрит на нее. – Ты лучше останься где-нибудь здесь, в лесу. Не стоит тебе зря рисковать. Под защитой Кита я в полной безопасности, а с тобой может что-нибудь случится.

– Мисс Элен, может я и не очень разбираюсь в справедливости твоего народа, но принципы чести я думаю одни на всех, – пафосно произнес лоя. – Как же я могу бросить тебя и отсиживаться в лесу? Да и поверь, со мной мало что может случиться.

Но девочка видела как в его ауре возле висков дрожат маленькие размытые желтые кляксы. Она не сомневалась, что это страх, у землян почти такие же. А главное она видела двойные контуры сознания, что несомненно говорило о лжи. На самом деле Талгаро определенно не хочется участвовать в этой операции спасения, да еще и столь неприятной ему особы. Но она не знала как заставить маленького человечка перестать изображать благородную отвагу, совладать с глупой гордостью и отступится. И чувство раскаянья еще сильнее скребло её по сердцу.

– Это не твоё дело. И я сожалею что вообще заговорила об этом с тобой. Правда, Тал, мы с Китом быстро управимся и вернемся. Ты… ты даже можешь нам помешать.

– Нет это моё дело, – твердо сказал лоя. – Да. Раз уж мы вместе то и моё дело тоже. И не волнуйся я ничем вам не помешаю. В конце концов мне почти семьдесят лет и я как-то умудрился их прожить. Тем более вы оба не из этих мест и возможно я могу дать какой-то дельный совет. К тому же…, – он споткнулся, словно его осенила какая-то идея, – ведь ты видела что эта кирмианка сказала правду?

Элен нехотя кивнула.

– Ну значит она действительно невиновна. Она защищалась от разъяренного самца с топором. И кажется я понял что такое изнасилование. Это когда у мужчины есть желание, а у женщины нет. И принуждать женщину это омерзительно и подло. Я с вами, пусть даже эта женщина кирмианка.

Элен тяжело вздохнула, совсем как ее металлический пес какое-то время назад.

11.

Ночь выдалась ясной и холодной. Интересно, почему в этом мире такой контраст дневных и ночных температур, думала Элен, шагая по темным улицам Туила.

Официально, в громадных звездных реестрах эта планета называлась Каунама. У неё имелось три спутника, два совсем маленьких и один большой, примерно половина земной Луны. Сейчас на ясном звездном небе были только маленькие, причем оба в начальных фазах, так что толку от них в смысле освещения почти не было. Однако для троицы, крадущейся к городской площади, это не имело значения. Отец Элен был родом с планеты, на которой в силу местной специфики у людей, за много поколений, выработалось ночное зрение. Эта способность перешла от отца к дочери и поэтому сейчас Элен чувствовала себя вполне в своей тарелке. Что касается двух её спутников, то Кит со всеми своими радарами и инфракрасными детекторами мог вообще ориентировать практически в полной тьме, ну а Лоя помимо кошачьего зрения обладали еще и органом-термолокатором, позволяющим улавливать тепловое излучение.

Всю дорогу до площади Кит ворчал на свою хозяйку. Делал он это конечно таким образом, что слышать его могла только Элен через микродинамик в ухе. Но на все укоризненные речи своего металлического спутника девочка никак не реагировала. Она давно уже привыкла к ворчанию собаки и только при встрече с дедушкой пару раз позволяла себе высказать удивленное недовольство, почему это, формируя характер и темперамент Кита, он сделал его таким невозможным ворчуном. На это Родерик Атинховский с улыбкой отвечал, что Кит всего лишь перенял некоторые черты своего создателя, это вполне естественно, а юной леди следует быть снисходительней к слабостям стариков.

Вокруг стояла глухая ночь, но все же три раза странной компании пришлось прятаться в проулках от встречных прохожих. Один раз это был патруль, причем все три солдата кажется были изрядно пьяны, в остальных случаях некие неясные личности в темных одеждах. Кит, конечно, своей блестящей металлической поверхностью мог бы выдать весь отряд и поэтому он активировал элвату, "включил картинку", став абсолютно черным. Талгаро на это очередное чудо уже ничего не сказал, а только время от времени восхищенно глядел на собаку, поражаясь про себя могуществу народа Элен, сумевшим создать столь невероятное существо.

На площадь они вышли с противоположной от тюрьмы стороны.

Столпившись у угла двухэтажного кирпичного дома, они долго осматривали площадь и здание тюрьмы, располагавшееся справа от мэрии. Собственно это даже была не тюрьма, а местная резиденция сил правопорядка, кои состояли из Мастона Лурга, его молодого помощника Касаша, лейтенанта Свадо и двух десятков судебных гвардейцев, в простонаречии именуемых судаками. Резиденция представляла собой массивное одноэтажное, но все-таки достаточно высокое здание, сложенное из грубо обтесанных валунов. Никаких изяществ и украшений, просто серое мощное каменное строение прямоугольной формы. Небольшое крыльцо без навеса, три ступеньки и низкая одностворчатая дверь. На переднем фасаде здания имелись четыре окна, сейчас забранные ставнями. За двумя центральными окнами горел тусклый свет, просачивающиеся сквозь щели деревянных створок.