Михаил Грешнов - Волшебный колодец (сборник)
- Название:Волшебный колодец (сборник)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство Молодая гвардия
- Год:1974
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Михаил Грешнов - Волшебный колодец (сборник) краткое содержание
Грешнов М.Н. Волшебный колодец: Научно-фантастические рассказы. /Худ. А. Семенов. М.: Молодая гвардия, 1974. — (Библиотека советской фантастики). — 176 стр. 26 коп. 100 000 экз. — подписано к печати 26.03.74 г.
В сборнике фантастических рассказов Грешнова и полеты на далекие планеты, где непросто установить контакт людям, и невиданные механизмы, позволяющие человеку будущего исследовать глубины Земли; и совершеннейшая техника, которая в капиталистическом мире губит души и судьбы людей; и встреча с ожившим мамонтом. Обо всех этих фантастических событиях автор рассказывает увлекательно и живо.
Волшебный колодец (сборник) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Начнем? — обратился к Василию.
— Шилом море греть? — не удержался от улыбки Василий.
— Не будь скептиком! В наш век делают не такое! — Борис опустил щит в воду.
Ток пошел.
— Теперь — ждать. И не давать проруби замерзнуть.
Установили трехчасовые вахты. Днем и ночью на краю проруби маячил кто-нибудь из друзей, бултыхая в воде самодельной клюшкой.
Система действовала безотказно, ток шел, но результатов не было. Гора, обвитая проволокой, стояла недвижно, и было не похоже, что она сдвинется.
— Ничего, — успокаивал Борис, — гору за час не расшевелишь…
На четвертый день бока животного увлажнились, вспотели. Это обнадежило, стали готовить выход из пещеры. В воздухе потеплело, на Колыму пришла весна.
Пористый известняк поддавался легко. Сколотые глыбы употребляли на стену — замуровать поврежденного мамонта, сохранить его для исследований. И когда стена была готова, до самой реки проложили покатый спуск.
К этому времени температура тела животного повысилась, тепло можно было ощутить рукой. Ребята ждали: что-то должно случиться.
Утром на седьмой день хобот животного подвернулся, будто сжатый в усилии. Может быть, то была спазма оттаявшего тела, но друзья приняли это за начало оживления и не спускали с животного глаз.
Часом позже, когда вставшее солнце заглянуло в пещеру, у животного дернулось веко. К полудню мамонт вздохнул и открыл глаза. Борис потянул Василия за руку. Тот стоял, затаив дыхание. Если еейчас не обрушится свод пещеры, не дрогнет земля, думал Борис, — грош цена сказкам Шахерезады и всем чудесам мира. Ведь мамонт ожил!
Животное стояло неподвижно, лишь изредка с шумом засасывая воздух, будто кто вздувал и отпускал кузнечные мехи. Это был критический момент: зверь или выживет или упадет замертво… Время шло, дыхание выравнивалось. Ток ребята не выключали.
За полдень животное шевельнуло хоботом, медленно свернуло его, распрямило. И вдруг повернулся к ним.
Ребят обдало ознобом. Стояли, как загипнотизированные, не в силах опустить глаз, уклониться от страшного первобытного взгляда. Солнце заходило, в нише сгустились сумерки, и от этого было еще тревожнее и страшнее. Зверь все глядел, и друзьям казалось, что взгляду не будет конца, а они так и останутся прикованными к полу. Но животное отвернулось и опять стало недвижно.
Борис и Василий вышли из пещеры.
Обоим было не по себе. Раньше думали — какая радость, если зверь очнется, а теперь появилась тревога и растерянность. Борис разомкнул цепь.
В тот же миг они услышали звон: лопались провода, мамонт сделал шаг. Это был тяжелый каменный шаг, — громада тронулась к выходу. Методически поднимая и опуская ноги, прошла по откосу, — камни стонали под тяжкими шагами, — приблизилась к проруби и опустила хобот в воду.
— Что же теперь будем делать? — шепотом спросил Василий.
— А я почем знаю? — так же шепотом ответил Борис. — Эта гора сделает из нас мокрое место…
6
Животное утоляло жажду, со свистом втягивая воду в хобот и отправляя струю в пасть. Проходили минуты, час. Свистящие звуки не прекращались, будто у проруби работал насос.
— Обопьется, — тревожился Борис, — надо отпугнуть его от проруби!
— Попробуй, — усмехнулся Василий.
Видимо, жажда была велика, животное, — это была самка, — не могло оторваться от воды.
— Эй! — не выдержал Борис.
Животное повернуло голову, попятилось и… рухнуло на бок, на ветки, приготовленные для костра.
Друзья подбежали в страхе, думая, что все кончено. Но бока мамонта ровно вздымались, из хобота вырывалось сопение. Животное уснуло. Борис и Василий тихонько натянули на него парус: ночь все-таки холодная…
Наутро, задолго до рассвета, Борис взял топор и ушел в тайгу. Нарубив березовых прутьев с набухшими почками, — для мамонта, рассудил он, еда подходящая, — повернул обратно. Огибая мыс, услышал Василия, говорившего с кем-то вполголоса, повторявшего одно и то же слово. Борис удивился, опустил оберемок, осторожно глянул из-за скалы.
Громадный зверь стоял на ногах и чуть шевелил хоботом; Василий, — шагах в пяти от него, — что-то протягивал исполину и ласково, скороговоркой лепетал:
— Маша, Маша, Машуля, Маша!..
Маша двинула хоботом и, тоже видимо вполголоса, хрюкнула в сторону Василия так, что тот присел на месте — от неожиданности или от страха, — Борис не понял. Предмет выпал у него из рук и рассыпался по снегу. «Пачка галет!» — улыбнулся Борис и взвалил прутья на плечи.
Подкрепление пришло вовремя. И моральное и материальное. Маша, преспокойно сглотнув галеты, глядела на ребят, словно требовала еще. Борис бросил ей оберемок, она, осторожно выбирая по две-три веточки, стала закладывать их в пасть.
Тут только Василий пришел в себя окончательно и стал рассказывать, что произошло.
Он готовил завтрак, как вдруг услышал позади сопение. Обернувшись, — обмер: гора двигалась на него. «Раздавит! — подумал Василий. — Расплющит, как котлету!..» Чтобы задержать зверя, швырнул ему первый предмет, попавшийся под руку, — алюминиевую тарелку. Тарелка шлепнулась дном кверху. Мамонт остановился, стал переворачивать, исследуя, что такое. Эго дало Василию время опомниться. Он схватил пачку с галетами и попробовал заговорить с животным, которое, оставив тарелку, пожелало, видимо, познакомиться с ним поближе. Разговор занял зверя, он прислушивался, наверное, соображая, что тон дружелюбный, и даже счел необходимым ответить. Что из этого вышло, — Борис видел и слышал.
— Значит, Маша? — спросил он смеясь.
— А черт знает, как ее назвать!
— Пусть так и будет, Маша, — согласился Борис.
Животное было занято кормом и не обращало на людей внимания.
— Этого не хватит, — сказал Борис, — пойдем еще!
Ходили дважды, принесли гору ветвей. Маша ела так же деликатно — отправляла в пасть по две-три веточки.
7
Через несколько дней первобытный зверь и люди освоились друг с другом. Маша оказалась вполне приятной особой: отсутствие страшных бивней придавало ее физиономии добродушие, даже кротость, маленькие глазки посматривали насмешливо, с хитрецой. И хотя она любила галеты и мучные лепешки, — выклянчивать их, досаждать людям считала ниже своего достоинства.
Тысячелетняя спячка сказалась на ней странным образом: она будто забыла прошлое, а новое действительно открывала заново; остались только главные побуждения: голод, жажда и чувство стадности. Она тянулась к живому, а так как живыми были Борис и Василий, — она не отходила от них и от лагеря, тем более, что друзья заботились о ней, и она это чувствовала. Конечно, со временем в ней должно было проснуться прошлое, но сейчас это был добрейший зверь: подходить, правда, к ней страшновато: четыре метра высоты, с двухметровым хоботом, — и ребята старались не докучать животному. Так между ними установилось дружеское взаимопонимание. Когда шли в лес за кормом, она следовала за ними, обламывала ветки, питалась, но стоило повернуть к стоянке, — возвращалась за ребятами, как тень.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: