Юлия Остапенко - Жажда снящих (Сборник)
- Название:Жажда снящих (Сборник)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:АСТ, АСТ Москва, Транзиткнига
- Год:2006
- Город:Москва
- ISBN:5-17-036181-5, 5-9713-2324-5, 5-9578-3910-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юлия Остапенко - Жажда снящих (Сборник) краткое содержание
Все люди видят сны, но не все способны управлять своими сновидениями, и уж очень немногие – превращать сны в реальность…
«Собака моего врага». Тонкое, злое повествование о преданности – и предательстве…
Легендарный Баэлор. Мечта каждого истинного мага. Попасть туда очень просто: главное – идти по Линии… Но как же трудно найти дорогу на Баэлор!..
«Ромашка». Рассказ, получивший первое место на конкурсе «Грелка»…
И многое-многое другое – в первом сборнике повестей и рассказов Юлии Остапенко!
В сборник вошли произведения:
Матильда и чужой
• Жажда снящих
• Ромашка
• Мраколюд
• Полтюбика жидкой удачи
• Суицид не средство
• Киберджейн
• День бурундучка
• Белые люди из Кайро
• Матильда и чужой
• Чертополох
• Слишком
Дорога в Баэлор
• Я пришла
• Рыцарь печального нейтралитета
• Те, кто остается
• Дорога в Баэлор
• Боги реки
• Стигматы
• Погибель моя
• Смола
• Пепел
• Цветы в ее волосах
• Люблю тебя мертвой
• Человек, который убил за улыбку
• Собака моего врага
Жажда снящих (Сборник) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Ромка постоял, водя носком ботинка по земле. Он старался думать о Женьке, но почему-то эти мысли не приносили ему радости.
– Хорошо тебе, – вдруг сказал он вслух, не поднимая головы. – Тебе хорошо, тебе всё равно. Тебе не надо туда ходить, видеть рожи эти… они как человеческие, точно, но в то же время и не такие. Не надо болтать с ними, строить дома эти их дурацкие, потом волочь рюкзак с консервами и чувствовать их взгляды на затылке…
– Любит, – сказала Анька и оторвала последний лепесток.
– Ром, расскажи чего-нибудь.
– Не хочу.
– Ну расскажи-и…
Женька была красивая девчонка и вовсе не шлюха, что бы о ней ни болтали пацаны, которым она не давала. Ромке с ней было приятно, хотя и не так спокойно, как с Анькой. Только он и представить не мог, чтобы Анька выделывала такие фокусы, как Женька. Не потому, что не умела, просто Ромка воспринимал её как сестру. Хорошо бы Женька была такой же немногословной.
– Расскажи, – потребовала она, теребя его за голое плечо.
– Да ведь всё уже сто раз рассказывал.
– Ну я ещё хочу. Ты же знаешь, в нашем дворе счастливчиков больше нет…
– Вот ты мне лучше скажи, – медленно проговорил Ромка, глядя в пасмурное летнее небо. – Какого чёрта вы называете нас счастливчиками?
– Глупый. Ты живой. Тебя точно никогда не выключат .
Это правда. Тех, кто уцелел после общего мора, продолжали иногда выключать . Просто так, без видимых причин. Шёл себе человек по застывшему в вялом страхе городу – а потом вдруг лёг и умер. Или умер и лёг. Когда как. Нечасто, но это случалось. И никогда – с теми, кого Другие выпускали за пределы городов. Те не умирали. Во всяком случае, так.
– А ещё ты можешь работать, – вздохнула Женька. – И тебе за это платят. Это, наверное, радость.
– Коммунистка дурная, – фыркнул Ромка, хотя здесь поспорить было трудно. Он действительно не просто так приволакивал домой подарки Других – он зарабатывал их. Согнав остатки человечества в колонии, Другие строили там, снаружи, новые города – и восстанавливали старые, пришедшие в запустение после того, как большая часть их жителей погибла. Ромка подозревал, что Другие могли бы справиться с таким делом и сами, но они предоставляли возможность работать. Не заставляли, не гнали в рабство – предлагали. Некоторым. Счастливчикам. Можно было отказаться. И даже не обязательно после этого умереть. Ромка, когда ему предложили, отказываться не стал. Он был единственным работоспособным мужчиной во дворе. И считал, что ему повезло.
Только его не покидало ощущение, что всё это неспроста.
– Рома, – сказала Женя, кусая хилую травинку, – а у меня ребёнок будет.
Стебелёк в её зубах напомнил Ромке про Аньку. Мысль была как никогда нелепой и несвоевременной.
– Блин, – сказал Ромка.
– Ага. Третий месяц уже. Ром, я боюсь. Куда нам?..
– Ну ничего, – помолчав, сказал Ромка. – Я, в конце концов, счастливчик. Работать буду больше. Вытянем.
– Ром, а я тебя люблю, – сказала Женька.
– Знаю, – ответил Ромка.
«Любит», – подумал он, и почему-то это слово в его голове прозвучало анькиным голосом.
На выход он отправлялся раз в две недели, и неделю проводил там. Принесённых запасов хватало обычно всему двору на месяц. Это не было тяжело. Ромка иногда думал, что ему и правда повезло.
Если бы только ещё не надо было смотреть в лица этим, Другим … То есть это не лица были, а что-то вроде голограмм, напоминающих людей. Другие одевали эту маску, потому что их реальная форма не имела ничего общего ни с гуманоидами, ни с любыми другими известными человеку формами жизни. Смотреть на эту оболочку было не страшно, но жуть брала при одной мысли о том, что может за ней скрываться.
И ещё Ромка всякий раз тревожился, оставляя дом. Хотя в конце концов, неделя – это совсем немного. Ничего особенного не могло случиться за неделю. Во всяком случае, теперь – не случалось, ну, только иногда оказывалось, что кого-то из знакомых выключили . Но всё дальних, тех, кого он давно не видел.
Так раньше всё время было.
Тётя Лена всегда его встречала после возвращения из выходов , всегда обнимала, плакала – Ромка знал, что от благодарности.
А в этот раз не от благодарности. В этот раз просто плакала.
– Тёть Лен, случилось что-то? – высвободившись, спросил Ромка. – Что-то с Анькой?
– Случилось, Рома, – всхлипнула та. – Нет, не с Аней… с Женей твоей.
Ромка ничего не почувствовал – должен был, а не почувствовал.
– Нет, не Другие … Во дворе в потёмках упала, споткнулась. В больнице сейчас. Там лекарств не хватает. Ты лекарств в этот раз не принёс, Ромочка?
Он не принёс лекарств. Зато принёс ромашки – как обычно. Пышный букет душистых полевых ромашек. От черты города до дома надо было пять километров идти пешком, но цветы ещё не завяли, и рассеивали вокруг свежий, сладкий запах лета.
Анька подошла, вытянула из поникшего в одеревеневших Ромкиных руках букета цветок. Взялась за шелковистый лепесток бледными пальцами, оторвала.
И сказала:
– Не любит.
Женька поправилась. Девка она крепкая была. Потом, правда, плакала, но почти с облегчением. Всё-таки она очень боялась становиться матерью – в нынешнем мире это было бы безрассудно. Ромка это понимал, и всё равно ненавидел её. За это облегчение. И за то, что она не умерла.
– Я тебе ещё рожу, Ромочка, – бормотала она между поцелуями. – Рожу тебе хорошенького мальчика, или даже двоих…
«Не любит она меня, – подумал Ромка, окаменев под её неуклюжими ласками. – Права Анька, не любит».
В следующий раз, во время выхода , он сказал одному из Других , что хочет работать на постоянной основе. Некоторым счастливчикам такие разрешения давали – вокруг восстанавливаемых городов уже росли крохотные лагеря. В старых городах о них знали мало, и в Ромке росло неприятное смутное чувство, что эти, самые новые, как он их про себя называл, в итоге наследуют то, что Другие оставили от Земли. Что это всё просто такой изощрённый многоступенчатый отбор, который можно пройти, только если очень повезёт.
В этот раз ему не повезло. «Ответ отрицательный», – прощёлкал Другой , и Ромка вернулся к своей работе. Об этом случае он никому дома не рассказал. Нечем было хвастаться… и он не был уверен, что они бы его поняли.
Через месяц после выкидыша Женька заболела. Это не было связано с осложнениями и сначала походило на обычный грипп. Её сразу забрали в инфекционку – в городах теперь страшно пугались любой угрозы эпидемий. Ромка не видел её до самого конца. Им даже тело не отдали – тела теперь жгли в больничном крематории. Можно было, конечно, выклянчить, точнее – выкупить горсточку пепла, но Ромка не стал этого делать.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: