Артур Конан Дойл - Страна туманов
- Название:Страна туманов
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Артур Конан Дойл - Страна туманов краткое содержание
«Страна туманов» — поражающий воображение роман великого Артура Конан-Дойля! Главные герои книги — журналист Мелоун и Энди, дочь профессора Челленджера, — становятся свидетелями загадочных событий. Молодые люди, вопреки своему желанию, вынуждены прикоснуться к тайне загробной жизни. Они решают сообщить всему миру о случившихся с ними сверхъестественных происшествиях! Но неожиданное препятствие в лице профессора Челленджера, бескомпромиссного адепта науки, рушит их планы… Сэр Артур Конан-Дойль стал первым писателем, кто, показав читателю затерянный мир, не побоялся шагнуть дальше — в мир потусторонний!
Страна туманов - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ведь он крупнейший специалист по свойствам эфира.
— Несомненно.
— Я-то знаю его только по работам в области спиритизма. Челленджер сразу умолкал. Тогда Мелоун выжидал денька два и словно невзначай ронял:
— А вам доводилось встречаться с Ломброзо?
— Да, на конгрессе в Милане.
— Я тут читал на досуге его сочинение.
— Что-нибудь по криминологии небось?
— Нет. Называется После смерти — что?.
— Я о таком не слыхал!
— Трактует вопросы спиритизма.
— Такой могучий интеллект, как Ломброзо, камня на камне не оставит от этих шарлатанов!
— Да нет, книга скорее написана в их поддержку.
— Что ж, даже величайшие умы имеют свои маленькие слабости. Так, с безграничным терпением и хитростью, сеял Мелоун свои семена в надежде, что постепенно профессор избавится от предубежденности, но видимых результатов пока не наблюдалось. Требовалось предпринять более решительные действия, и Мелоун счел вполне своевременным пригласить Челленджера на сеанс. Но как, где и когда? Без советов Алджернона Мейли тут не обойтись. И вот как-то весенним днем он вновь оказался в гостиной, где однажды катался по ковру, сцепившись с Сайласом Линденом. Там сидели преподобный Чарльз Мейсон и Смит, герой Куинз-Холла, — они оживленно обсуждали с Мейли вопрос, который, возможно, нашим потомкам покажется более важным, чем те проблемы, которые занимают публику сейчас. Речь шла ни больше ни меньше, как о том, воспримет ли спиритуалистическое движение в Великобритании догмат о Троице или же встанет на точку зрения унитариев. Подобно отцам движения и основателям нынешних спиритуалистических общин, Смит придерживался антитринитарной линии, а Чарльз Мейсон, верный сын англиканской церкви, выражавший взгляды своих сторонников, в частности, таких авторитетов, как Лодж и Баррет среди мирян и Уилберфорс, Хойс и Чамберс среди священнослужителей, свято чтил древние каноны, хотя и признавал возможность спиритических контактов. Мейли оказался между двух огней и, подобно рефери, разводящему на ринге противников, получал удары с обеих сторон. Мелоун старался не пропустить ни слова, ибо теперь, когда он осознал, что будущее человечества связано с этим движением, его интересовала каждая деталь. Когда журналист вошел, говорил Мейсон — в свойственной ему серьезной, но и не лишенной мягкого юмора манере. — Люди не созрели для серьезных перемен, да их и не требуется. Достаточно объединить наше знание и непосредственное общение с душами умерших с величественным ритуалом и традициями церкви, и мы получим могучий инструмент, способный вдохнуть новую жизнь в религию. Никогда нельзя рубить сплеча. Даже первые христиане это понимали и во всем шли на уступки религиям, в окружении которых оказались.
— Это-то их и сгубило, — вмешался Смит. — В этом и состоял крах церкви в ее изначальной силе и чистоте.
— Тем не менее она продолжала существовать.
— Но она уже не возродилась в полном объеме с тех пор, как этот негодяй Константин приложил к ней руку.
— Ну-ну-ну, — возразил Мейли. — Разве можно называть негодяем первого христианского императора?
Но Смит был упрямый противник, открытый и честный, не идущий на компромиссы.
— А как, по-вашему, следует назвать человека, почти истребившего собственный род?
— Мы сейчас не обсуждаем его личные качества, мы говорим о создании христианской церкви.
— Надеюсь, мистер Мейсон, вас не обидела моя прямота? Мейсон улыбнулся своей открытой улыбкой:
— До тех пор, пока вы не оспариваете существование Нового Завета, ваши слова меня не задевают. И даже если бы вы взялись доказывать, что Бог — всего лишь миф, я бы нисколько не оскорбился, коль скоро существует эта священная книга, вместилище величайшего учения. Откуда-то из глубины веков оно дошло до нас, я принял его и говорю: Верую.
— Ну, тут между нами нет больших расхождений, — сказал Смит. — Я не встречал более цельного учения, и не стоит отказываться от него. Но мы желаем избавиться от разного рода излишеств и пышности. Кстати, откуда они взялись? Как раз из компромиссов с другими религиями, на которые пошел наш друг Константин, чтобы добиться религиозного единообразия во всей своей необъятной империи. Он превратил христианство в лоскутное одеяло. Так, из египетского культа были взяты церковное облачение, митра, епископский посох, тонзура, обручальные кольца. Пасха — языческое празднество, приуроченное к весеннему равноденствию; конфирмация заимствована из культа Митры, как, впрочем, и крещение, — только в митраическом ритуале использовалась кровь, а не вода. Что же касается жертвенной трапезы… Мейсон заткнул уши.
— Это какая-то ваша старинная лекция, — рассмеялся он. — Можете снять зал, но не тратьте свое красноречие в частных домах. Если же серьезно, Смит, то речь вовсе не о том. Пусть даже вы правы — это никоим образом не меняет моих убеждений: у нас есть величайшее и действенное учение, с благоговением принимаемое тысячами людей, в том числе и вашим покорным слугой, и было бы крайне неразумно от него отказываться. Уж с этим-то вы не можете не согласиться.
— Нет, — упорствовал Смит. — Вы слишком заботитесь о чувствах ваших драгоценных прихожан, но совершенно не думаете о тех девяти десятых населения, которые никогда не переступали порога церкви. А между тем их оттолкнуло то, что им, как, впрочем, и вашему покорному слуге, кажется фантастическим и неразумным в христианском учении. Так как же вы рассчитываете привлечь их на свою сторону, если не предлагаете ничего нового, а лишь механически привносите в христианство спиритизм? Но стоит лишь обратиться к этим безбожникам и атеистам с такими словами: Я согласен, что христианство — это сплошная ложь и к тому же оно запятнано веками насилия и обскурантизма, но вот мы предлагаем вам нечто новое, незамутненное и чистое. Придите и причаститесь его! — и вот тут-то можно легко обратить их к Богу и вере, не насилуя их разум христианскими догматами.
Слушая спор, Мейли теребил свою рыжеватую бороду. Он прекрасно знал этих людей и понимал, что расхождения между ними невелики, ибо Смит воспринимал Христа как богоподобного человека, а Мейсон считал, что это принявший человеческое обличье Бог, что по сути своей одно и то же. Но между их более радикальными последователями лежала пропасть, и компромисс был абсолютно невозможен.
— Почему бы вам, — вмешался Мелоун, — не задать эти вопросы представителям мира духов и не довериться полностью их мнению? — Все не так просто, как вы думаете, — ответил Мейли. — После смерти все мы сохраняем наши земные предрассудки, оказавшись в обстановке, которая в той или иной степени их отражает. Поэтому поначалу каждый живет своими прежними представлениями. Постепенно, с течением времени, дух расширяет свое представление о мире и в конце концов приобщается к всеобъемлющему символу веры, который подразумевает лишь братство людей и верховенство Господа. Но на это уходят годы. Во время сеансов мне доводилось слышать речи ярых фанатиков.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: