Аркадий Стругацкий - Далёкая радуга
- Название:Далёкая радуга
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2004
- ISBN:978-5-17-051284-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Аркадий Стругацкий - Далёкая радуга краткое содержание
«Далёкая радуга». Книга, которую называют «самой героической повестью» братьев Стругацких.
Вне всякого сомнения, самое напряжённое из произведений о мире «XXII века. Полдня».
Далёкая радуга - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Где Постышева? — спросил директор, наливаясь венозной кровью.
Горбовский сел прямо и с некоторым испугом поджал ноги. На лице Марка был написан живой интерес к происходящему.
— Постышева сейчас будет здесь, — ответил Канэко. — Я уверен, что именно она является инициатором этого безобразия. Я вызвал её сюда от вашего имени.
Матвей подтянул к себе микрофон всеобщего оповещения и негромко пробасил:
— Внимание, Радуга! Говорит директор. Инцидент с утечкой энергии мне известен. Инцидент разбирается.
Он встал, боком подобрался к Канэко, положил руку ему на плечо и как–то виновато проговорил:
— Ну что делать, дружище… Я же тебе говорил: Радуга сошла с ума. Терпи, дружище!… Я тоже терплю. А Постышеву я сейчас взгрею. Она у меня не обрадуется, вот увидишь…
— Я понимаю, — сказал Канэко. — Прошу извинить меня: я был взбешён. С вашего разрешения я отправлюсь на космодром. Самое, пожалуй, неприятное дело сегодня — выдача ульмотронов. Вы знаете, пришёл десантник с грузом ульмотронов.
— Да, — сказал директор с чувством. — Я знаю. Вот. — Он уставил квадратный подбородок на звездолётчиков. — Настоятельно рекомендую — мои друзья. Командир «Тариэля» Леонид Андреевич Горбовский и его штурман Марк Валькенштейн.
— Рад, — сказал Канэко, наклонив голову с репьями.
Марк и Горбовский тоже наклонили головы.
— Постараюсь свести повреждения корабля к минимуму, — сказал Канэко без улыбки, повернулся и пошёл к двери.
Горбовский с беспокойством посмотрел ему вслед.
Дверь перед Канэко отворилась, и он вежливо шагнул в сторону, уступая дорогу. В дверях стояла давешняя брюнетка в белой курточке с оторванными пуговицами. Горбовский заметил, что шорты её были прожжены сбоку, а левая рука испачкана копотью. Рядом с нею изящный и подтянутый Канэко казался пришельцем из далёкого будущего.
— Извините, пожалуйста, — сказала брюнетка бархатным голоском. — Разрешите войти. Вы меня вызывали, Матвей Сергеевич?
Канэко, отвернув лицо, обошёл её стороной и скрылся за дверью. Матвей вернулся в кресло, сел и упёрся руками в подлокотники. Лицо его вновь посинело.
— Ты что думаешь, Постышева, — едва слышно начал он, — я не знаю, чьи это затеи?…
На экране появился розовощёкий юноша в кокетливо сдвинутом набок беретике.
— Простите, Матвей Сергеевич, — весело улыбаясь, сказал он. — Я хотел напомнить, что два комплекта ульмотронов наши.
— В порядке очереди, Карл, — буркнул Матвей.
— В порядке очереди мы первые, — сообщил юноша.
— Значит, вы получите первыми. — Матвей всё время смотрел на Постышеву, сохраняя вид свирепый и неприступный.
— Простите ещё раз, Матвей Сергеевич, но нас очень беспокоит поведение группы Форстера. Я видел, что они уже выслали на космодром свой грузовик…
— Не беспокойтесь, Карл, — сказал Матвей. Он не удержался и расплылся в улыбке. — Ты только полюбуйся, Леонид! Пришёл и ябедничает! Кто? Гофман! На кого? На учителя своего — Форстера! Ступайте, ступайте, Карл! Никто не получит вне очереди!
— Спасибо, Матвей Сергеевич, — сказал Гофман. — Мы с Маляевым очень на вас рассчитываем.
— Он с Маляевым! — сказал директор, поднимая глаза к потолку.
Экран погас и через мгновение вспыхнул снова. Пожилой угрюмый человек в тёмных очках с какими–то приспособлениями на оправе прогудел недовольно:
— Матвей, я хотел бы уточнить относительно ульмотронов…
— Ульмотроны в порядке очереди, — сказал Матвей.
Брюнетка томно вздохнула, зорко поглядела на Марка и с покорным видом присела на край кресла.
— Нам полагается вне очереди, — сказал человек в очках.
— Значит, вы получите вне очереди, — сказал Матвей. — Существует очередь внеочередников, и ты там восьмым…
Брюнетка, грациозно изогнувшись, принялась рассматривать дырку на шортах, затем, послюнив палец, стёрла сажу с локтя.
— Одну минуточку, Постышева, — сказал Матвей и наклонился к микрофону. — Внимание, Радуга! Говорит директор. Распределение ульмотронов, прибывших на звездолёте «Тариэль», будет производиться по спискам, утверждённым в Совете, и никаких исключений делаться не будет. Так вот, Постышева… Вызвал я тебя для того, чтобы сказать, что ты мне надоела. Я был мягок… Да, да, я был терпелив. Я сносил всё. Ты не можешь упрекнуть меня в жестокости. Но честная Радуга! Есть же предел всему! Одним словом, передай Галкину, что я отстранил тебя от работы и с первым же звездолётом отправляю тебя на Землю.
Огромные прекрасные глаза Постышевой немедленно наполнились слезами. Марк скорбно покачал головой, Горбовский пригорюнился. Директор, выпятив челюсть, смотрел на Постышеву.
— И поздно теперь плакать, Александра, — сказал он. — Плакать надо было раньше. Вместе с нами.
В кабинет вошла хорошенькая женщина в плиссированной юбке и лёгкой кофточке. Она была подстрижена под мальчика, русая чёлка падала ей на глаза.
— Хэлло! — сказала она, приветливо улыбаясь. — Матвей, я не помешала вам? О! — она заметила Постышеву. — Что такое? Мы плачем? — она обняла Постышеву за плечи и прижала её голову к груди. — Матвей, это вы? Как не стыдно! Вероятно, вы были грубы. Иногда вы бываете невыносимы!
Директор пошевелил усами.
— Доброе утро, Джина, — сказал он. — Отпустите Постышеву, она наказана. Она тяжко оскорбила Канэко, и она украла энергию…
— Какой вздор! — воскликнула Джина. — Успокойся, девочка! Какие слова: «украла», «оскорбила», «энергия»! У кого она украла энергию? Ведь не у Детского же! Не всё ли равно, кто из физиков тратит энергию — Аля Постышева или этот ужасный Ламондуа!
Директор величественно поднялся.
— Леонид, Марк, — сказал он. — Это Джина Пикбридж, старший биолог Радуги. Джина, это Леонид Горбовский и Марк Валькенштейн, звездолётчики.
Звездолётчики встали.
— Хэлло, — сказала Джина. — Нет, я не хочу с вами знакомиться… Почему вы — двое здоровых, красивых мужчин — так равнодушны? Как вы можете сидеть и смотреть на плачущую девочку?
— Мы не равнодушны! — запротестовал Марк. Горбовский с изумлением посмотрел на него. — Мы как раз хотели вмешаться…
— Так вмешивайтесь же! Вмешивайтесь! — сказала Джина.
— Ну знаете, товарищи! — загремел директор. — Мне это совсем не нравится! Постышева, вы свободны. Идите, идите… В чём дело, Джина? Отпустите Постышеву и изложите ваше дело… Ну, вот видите, она вам всю кофту заревела. Постышева, идите, я вам сказал!
Постышева встала и, закрыв лицо ладонями, вышла. Марк вопросительно посмотрел на Джину.
— Ну, разумеется, — сказала она.
Марк одёрнул куртку, строго посмотрел на Матвея, поклонился Джине и тоже вышел. Матвей расслабленно махнул рукой.
— Отрекусь, — сказал он. — Никакой дисциплины. Вы понимаете, что вы делаете, Джина?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: