Владимир Егоров - Падение Арконы
- Название:Падение Арконы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Егоров - Падение Арконы краткое содержание
Один из героев повествования, наш современник, Игорь Власов вдруг узнает, что он — наследник старинного рода жрецов Велеса, бога мудрости и волшебства, бога смерти и Нави.
Волей древнего божества Игорь переносится в 1168 год на остров Рюген (мифический Буян). Здесь находится последний оплот северного язычества город Аркона. Игорю, теперь уже Ингвару, доверена особая миссия — спасти священные письмена волхвов. Среди главных героев, Святобор — неистовый воин-оборотень, Инегельд — таинственный скальд Балтии.
Роман основан на подлинных исторических событиях — взятие города Арконы датскими войсками и разрушение ими Балтийских Дельф — Храма Свентовита. Действие разворачивается на фоне крестового похода на земли западных славян и их трагической борьбы против иноземных захватчиков.
Согнется ли древняя культура пред этой бедой? Уцелеют ли последние герои Арконы? Об этом повествует вторая часть романа «Наследники Арконы», где Игорь возвращается в наше настоящее и пытается применить добытые им волшебные знания в интересах справедливости.
Дилогия «Дар Седовласа» и «Падение Арконы» обещает в скором времени превратиться в трилогию. Авторы работают над романом «Эликсир Памяти». Издательствами «Азбука»(1996) и «Кузнечик»(1999) также публиковались отдельные главы из романа.
Для связи с авторами: gavrilovd@mail.ru, д. 235-9101, р. 7237500 доб 2946, 2947
Падение Арконы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Наиболее старая часть города, по наблюдениям Игоря, состояла из бревенчатых срубов, там же находились княжий терем и гридня, палаты купцов и торговые ряды, расположенные вдоль крепостных стен.
Все строения выходили торцом на улицы, где роль мостовой играл деревянный настил, поднятый над землей, так что при каждом шаге доски скрипели, лишь на широких, ныне безлюдных, купеческих улицах имелся булыжник. Над Арконой возвышалась громада белой скалы известняка с крепостью на ней. Некогда мощная цитадель, последний раз Ахрон была сильно попорчена готами, и с той поры, так и не сдавшись ни одному врагу, не знала осад. На открытой площадке твердыни, выходящей в сторону залива, стояли катапульты с запасом горючих снарядов, сторожа город от непрошеных гостей. Слобода примыкала к стене детинца. Туда направились Инегельд и Ратибор. Туда шли Сев и Ингвар, разыскивая друзей.
Лютобор, раздосадованный своеволием дочери, прогнал прочь со двора ее легкомысленных подруг, а приставленного к Василисе Фрелава убил бы на месте, если б нашел. Руг знал, каков Лютобор в гневе, а потому на глаза буйному князю не показывался. Он клял себя, что не устоял пред мольбами юной княжны, поворотив лодью назад к острову.
Однако, бушевал князь не долго. Кстати пришелся запоздалый визит Златогора и Светланы. Девушку Лютобор немедленно отправил приглядывать за княжной, да и потешить дочь заморскими байками после бурного объяснения не мешало бы. Когда Светлана удалилась с согласия Златогора, князь о чем-то беседовал со скальдом, на удивление Сева они встретились, как добрые знакомые.
Распрощавшись с провожатым, Златогор засеменил к Храму с таким видом, будто много лет назад сам протоптал эту тропу. «Ишь, а прикидывался незнамо кем?!» — подумал Всеволод.
Велика ж была ярость Сева, когда он увидал сестру, как ни в чем ни бывало встретившую его в дверях дома.
Игорь тоже не обрадовался нечаянной встрече, хотя его «второе я» живо затрепетало и вспыхнуло до корней волос краской стыда.
— Я все знаю! Я прекрасно знаю, что ты мне хочешь сказать! А потому, молчи, Сев!
Но брат все-таки не удержался, а схватил молодую женщину поперек тела и отвесил на глазах Ингвара пару-тройку хлестких ударов по самому мягкому месту из тех, что подвернулись под руку.
— Ах, ты так! Ах, вот ты как! — залилась горючими слезами Влада.
— Что, думаешь, коль родители умерли — на тебя управы не найдется! Сказано же было — оставаться при княгине! И мне… и нам спокойней было бы, и тебе легче!
— Нельзя медлить, Всеволод! Идем быстрее!.. А впрочем — нам по пути. Есть еще один корабль. Последний! Самый последний. Пять минут на сборы. Еду и тряпки в узел, а потом — догоняй нас! — с этими словами Игорь круто развернулся и зашагал прочь.
Сев, несколько замешкавшись, вскоре присоединился к нему.
— Ингвар! Постой! Ты ничего мне не хочешь сказать? — услышал он за спиной.
— Если не поторопишься, ждать не станем! — слукавил Игорь.
— Глупый! Ты самый глупый человек на свете!
Игорь снова повернулся к Владе и удивленно спросил:
— Почему?
— Ладно, вы тут обсудите эту спорную мысль — только не слишком долго. А я найду Инегельда с Ратибором — и к Храму. Там встретимся, — ответил Всеволод и прибавил шаг.
— Договорились! — сказал Игорь и махнул рукой вслед, — Ну, так почему!? — оборотился он к девушке, в то же время оглядывая жилище.
Дом Сева был большой и просторный, шагов десять в ширину и двадцать шагов в длину. При входе вдоль каждой стены располагались каменные скамьи с деревянным ложем. В торцах дома ближе к крыше находились окна, затянутые бычьим пузырем. Часть жилища состояла из расщепленных стволов, передняя половина дома представляла собой мазанку. В середине залы, где был разобран деревянный пол, Сев соорудил очаг, выложенный камнями и покрытый обожженной глиной. Над ним также имелось небольшое отверстие в крыше. Вся огромная комната делилась на несколько других, более мелких, одну из которых и занимала Влада, только там и трепетала еще жизнь при тусклом свете масляной лампы, а вообще внутри дома царило страшное запустение, как и во всем городе.
Немногочисленные слуги покинули остров вслед за престарелым дядькой Всеволода. Сам молодой хозяин излишеств не терпел, и последние дни проводил в ратных делах и заботах. Мать Сева умерла пару лет назад, когда не вернулся из похода муж. Отец Влады, жизнерадостный полный Гунар, на самом деле когда-то звался Серженем, но в память об убитом друге молодости, а тот был швед, взял себе его имя.
Вещь обычная для ругов и прочих варягов.
Поговаривали, что того Гунара распяли по приказу маркграфа Мекленбургского, причем труп еще долго висел, обращенный посиневшим лицом в сторону мятежного острова. Возможно — слухи.
— Ой, глупый! Ой, глупый! — повторяла, улыбаясь, Влада, отступая вглубь дома и словно приглашая парня за собой.
И хоть Ингвар был не против, Игорь и на этот раз в нем пересилил, и девушка услыхала грубое:
— Вот что, женщина! Сейчас не время для…! Ну, короче, ты и сама все понимаешь…
Влада всхлипнула.
— Нет! Ты ничего не хочешь понять! — разъярился Игорь, — Ты даже представить себе не можешь, на что обрекла себя, оставшись! А ну, пошли!
— Пусти меня! Дурак! — снова разрыдалась она.
Редко какой современный, да и средневековый, мужчина выдержит столь внезапные перепады женского настроения. Но чувство смертельной и стремительно приближающейся опасности диктовало решительные поступки.
Не долго думая. Ингвар перекинул через плечо туго набитый узел, подхватил ревущую Владу и, зло пнув дверь, вышел вон.
Навстречу им попались неразлучные хохотушки — Власта и Горислава.
— Еще две дерезы!? А ну, живо, марш за мной!
— Но-но! Не очень-то! Глядишь, Василисе пожалуемся. Нам в детинец велено идти, там помогать с раненными.
— А, и княжна здесь!? То-то Лютобор обрадуется! — молвил Игорь, а Ингвар ускорил шаг.
Вслед за Властой да Гориславой за стенами крепости спешили укрыться и другие жители Арконы. Но таких уже было немного. Взгляду Ингвара предстал пустой, беззвучный, вымерший город, и он ужаснулся ему, потому что мальчишкой помнил и любил эти скрипучие доски улиц, эти низкие продолговатые дома, ни с чем не сравнимый запах мокрой кровли после дождя. Он бегал на рыночную площадь, восхищаясь богатством и великолепием каменных торговых рядов, высокими стенами крепости — в детстве все было в диковинку, особенно первое время, когда они всем родом, как и многие тогда, перебрались на остров с навсегда потерянного материка. Он любил ячменные лепешки, медовые леденцы, юрких солнечных зайчиков в лавке оружейника и искры из под рук точильщика. Теперь всего этого нет. Детство, да и юность Ингвара ушли безвозвратно. Но не они лишили его этого города. Виною тому лютый враг, шагающий по родной земле.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: