Александр Потапов - Схватка за параллель

Командир на высоте положения: пока мы растекались ковриками по полу, она твёрдой рукой отвела наш утлый баркас от опасности. Иду искать туалет, необходима вода и какая-никакая ветошь, от вони пса щиплет глаза. Уголок санитарии находится довольно быстро; впрочем, это и немудрено, учитывая размеры корабля. Раздевшись до пояса, наполняю водой некую квадратную ёмкость и иду убираться. Мероприятие не занимает много времени. В общаге частенько воняло гораздо хуже.

Тщательно помыв полы, принимаю душ в крохотной кабинке. Тёплая вода успокаивает, смывая всю грязь, накопившуюся за эти сумасшедшие дни. Натягиваю штаны и в одном из многочисленных карманов чувствую тяжесть. Рука извлекает на свет кристалл, в местном розоватом освещении он играет лучами чистого золотого света. Внутри камня мелькают крохотные искорки, словно небольшие снежинки в маленьком круговороте.

Наскоро причесавшись и чуть приведя в порядок одежду, иду в рубку проведать капитана. Мэри, доверив управление автопилоту, пьёт из маленькой чашечки ароматный напиток. Ноги сами несут к ней, и на пульт ложится золотистое сокровище. Заворожённая Великая, протянув руку, долго не решается прикоснуться к каменному чуду. И уж совсем неожиданно замечаю на обычно бесстрастном лице лёгкий румянец. Огромные глазищи как-то по-новому смотрят на меня. Взгляд пулей рвёт обливающееся кровью сердце. Становится окончательно ясно: при любом раскладе на прошлой жизни – жирный крест.

Шарик лежит у узенького диванчика в рубке и, похоже, спит. Хочется тоже свалиться и оставить проклятой реальности наши проблемы и заботы, но время нынче бесценно. Необходима выработка стратегии действий в этой ситуации, иначе мелкие тактические победы высосут силы, не нанося ресурсам противника серьёзного урона. Обороной войны ещё никто не выигрывал. Пора в атаку на главную цель – человека ли, Бога ли, даже чёрта, отдавшего приказ о нейтрализации. Ведь физическая ликвидация любого субъекта вполне реальна.

В нижний иллюминатор наблюдаю покрытый лесом архипелаг из десятка небольших островков среди моря. Шлюпка, плавно снижаясь, направляется к одному из них. Остров покрыт огромными деревьями, и приземлиться практически некуда. Показываю капитану пологий пляж, плавно спускающийся к морю. Если местный лес такого же гигантского плана, что и мой, то между огромными стволами найдётся достаточно места для манёвра. Так, собственно, и делаем. Надо отметить филигранное мастерство пилота. Посадка проведена безупречно.

Сиреневые волны так и манят окунуться и хоть на пару минут забыть обо всех проблемах. Осмотревшись и не обнаружив опасности, с разбега ныряю в тёплую воду. Отдыхаю на спине, прикрыв глаза от ярких розовых лучей местного солнца.

Ливень начинается неожиданно и идёт такой плотности, что создаёт иллюзию полного погружения в жидкость. Поток перехватывает дыхание. Вылезаю на берег и по колено в жидкой грязи пытаюсь вернуться к кораблю. Вдалеке слышится рык пса: видимо, переживает за друга, хотя и не торопится расстаться с Машей.

На четвереньках заползаю под днище. Дождь тугими струями стучит по металлу корпуса и водопадом стекает на землю. Внизу чистейший воздух, мягкая трава относительно суха. Пластом падаю на зелёный ковёр и словно астматик не могу надышаться. А ведь до появления промышленности и на Земле была такая красота. Мы же сейчас тащим в космос проклятую техническую цивилизацию, и я не вижу возможности остановить её размеренную поступь. Разве что переделать творца. Только пока, несмотря на бесконечные попытки изменить человека, ничего ни у кого не получилось.

Поднимаюсь на ноги мокрый, но бодрый и спотыкаюсь о лежащего рядом Шарика. Кстати, пора бы ему подкрепиться. Кричу в люк Маше, чтобы покормила собачку. Минуту спустя большой кус мяса падает в центр роскошной лужи. Пёс мужественно бредёт к обеду, невзирая на ощутимо сильный дождь, и, заметив в дверях Великую, благодарно машет хвостом. Поднимаюсь на борт. В кабине управления организуем совещание.

– Пора начинать разбор полётов, – усаживаясь в кресло, произношу я. – Шутки слишком затянулись. Если сейчас не разберёмся в ситуации, последуем за гоблинами. Для начала неплохо бы определиться с противником, когда и кому мы перешли дорогу, а дальше, если есть возможность, устранить опасность, ибо бегать – не выход. Скоро кто-то может оказаться быстрее нас. И меня эта перспектива не радует.

– Я тоже не в восторге.

– Маш, как думаешь, сколько у нас времени?

– Сегодня к вечеру блокируют планету, так что улететь можно только сейчас. Конечно, на нашей сковородке далеко не убежать, значит, остаётся МпЭс. Только на всех станциях нас будут ждать, компьютеры порталов мгновенно передадут наши координаты кому следует, а дальше – бой и смерть.

– А кто ведёт на нас охоту? Некое конкретное лицо?

– Судя по всему, Координаторам не нравится твоё появление здесь, в цивилизации богов.

– Чем же я их так напугал? Мой автомат, конечно, оружие мощное, но, скорее, психологическое. Одному воевать против армии глупо. Жил на своей планете и никому не мешал, пока не появились ваши некрасивые ребята. Неужели нельзя было найти другую землю для заселения? Вы бы купались в лучах божественной славы, правили любимыми народами, посещали мероприятия Великих. Все были бы счастливы...

– Знаешь что, я готовила планету много лет. Вывела практически всех хищников, ядовитых животных, создала съедобные растения.

– Да ладно. Своих ты уничтожила, и по всем моральным законам она теперь моя. – Но, взглянув на Мэри, неожиданно добавляю: – Ладно, наша. Давай определимся с тактикой. У тебя есть место, где два дня можем спокойно отсидеться и определиться наконец – кто есть кто?

– Нет, Андрей, все варианты перебрала; во всей галактике нам некому прийти на выручку.

– Может, ищешь не там, родители у тебя есть? Имею в виду, разумеется, живых.

– Конечно, мы живём очень долго, но при чём здесь они?

– Неужели не прикроют, не спрячут, ведь, по крайней мере, ты ничего плохого и подлого не совершила.

– У нас не принято возвращаться домой с проблемами. Уходя, мы сводим контакты с родителями до минимума.

– Не может быть, – возмущаюсь я, – так нельзя. Дети и у нас, вырастая, уходят, но всегда возвращаются, ибо только в родительском доме найдётся местечко для блудного сына. Предки телами закроют амбразуры твоих несчастий и бед. Мне сложно передать словами этот пласт земных отношений, и, тем не менее, поверь: дети всегда возвращаются, пусть даже успевают только к могилам... Ладно, раз укрыться негде и везде нас поджидают, тогда бой.

Мария молчит. Иду к себе готовить амуницию и чистить оружие. Руки привычно разбирают автомат, мысли далеки от всей рутины. Чистка оружия в крови солдата: можно не сомневаться, что и в автоматическом режиме всё будет блестеть, как у кота. У мозга другая задача. Ловушки, если верить Мэри, везде, а вот такого быть не может. Не в силах даже Богам перекрыть все щели. Необходимо найти слабое место и, присмотревшись, нанести удар по стыку нервных узлов. Если всё против тебя, а ты хочешь выжить, морально будешь прав, взорвав и уничтожив весь здешний мир.