Raptor - Хо

— Это бизнес. Порой приходится идти на сознательный риск, переступая через какие-то моральные рамки, чтобы затем всё с лихвой окупить, и никого не оставить обиженным. Благодаря вам, наше шоу обрело суперпопулярность. А благодаря нашему шоу, вы обрели мировую известность, и, не побоюсь этого слова, любовь зрителей. Всех без исключения интересует судьба ребят, попавших в плен таинственного корабля-призрака. Ведь тот, кто продержится на корабле дольше всех, выдержит все испытания и не сломается — тот получит суперприз. Высшую награду, о которой он не мог даже мечтать!

— Что за награда?

— Скоро узнаете.

— Но почему выбрали именно нас?

— Вы оказались в нужное время, в нужном месте. И главное — в нужном состоянии, — Ермилов усмехнулся.

— Теперь понятно, кто перерезал якорный трос пока мы спали. Но каким образом вы добились того, что мы наткнулись на ваш корабль?

— Открою секрет. Дело в том, что кое-кто из вашей команды работает на нас. Он заранее знал о планируемом предприятии, и всё устроил как надо. Без его помощи ничего бы не получилось.

— Кто он? Хотя… Кажется я знаю, кто это. Генка, верно?

— Он самый. Именно он выбрал правильный курс, направив вашу яхту прямо на «Эвридику». Благодаря его действиям шлюпочный кран оторвался и утопил «Гортензию». Далее, в задачу Осипова входило нагнетание атмосферы. Он придумал страшную легенду, чтобы припугнуть вас, и создать обстановку мистической загадочности.

— Да уж… — мрачно произнёс Бекас. — Хорош артист. Ему удалось запудрить нам мозги. Это ж надо, как он мастерски прикидывался. А я всё равно чувствовал неладное. Но что же он с этого поимел? Какова была его выгода?

— За эту работу он получит то, о чём мечтает — яхту. Зато он не вправе участвовать в конкурсе, наряду с вами. Его работа — сопровождать вас, следить за тем, чтобы вы не натворили бед, и заодно нагнетать обстановку, чтобы никто не расслаблялся. Он будет участвовать в шоу до конца.

— За такие дела этого ублюдка нужно в тюрьму посадить, а не яхту ему давать.

— Уверен, что уже через несколько минут Вы будете благодарить Геннадия Осипова.

— Щаз! Разбежался.

— Не стоит так агрессивно всё воспринимать.

— Агрессивно воспринимать? Сначала мы чуть не утонули…

— Вы бы не утонули. Вокруг дежурили спасатели-аквалангисты.

— Но мы-то этого не знали! Потом мы начали умирать один за другим…

— Это тоже было не по-настоящему.

— Вы наверное глухой. Я же русским языком говорю — мы не знали этого!

— Наша цель была напугать вас. Заставить поверить в то, что корабль населён призраками. Благодаря спецэффектам и гипнотическому воздействию, нам это вполне удалось. Ну а некоторые роли исполнял специально подготовленный артист, — Ермилов указал на открытую дверь, мимо которой они проходили.

Там располагалась гримёрная, в которой какой-то человек с трудом натягивал на себя чёрный облегающий костюм с хвостом. Увидев его, менеджер строго произнёс:

— Кирилл, давай скорее! Пять минут до выхода!

— Знаю. Я и так тороплюсь как могу.

— Эй, гримёры, помогите ему одеться!

Бекас увидел на столике пред зеркалом непонятный и жутковатый предмет, сначала показавшийся ему похожим на слегка сдутый чёрный мяч. Приглядевший, он понял, что это никакой не мяч, а несуразная отвратительная маска, которую человек в облегающем костюме собирался надеть на голову.

— Значит вот каким чучелом нас пугали, — пробормотал он.

— Отличный костюм, — потирая руки улыбался Ермилов. — Одна беда — одевается тяжело. Бедному Кириллу приходится его с мылом натягивать, иначе никак.

Они пошли дальше, к дверям в конце коридора, откуда доносилась музыка и громкие голоса людей.

— А как же призраки? Неожиданные видения?

— Гипноз. С вами работали лучшие гипнотизёры страны. Они находились рядом и производили внушение. В результате, вы видели не их, а какие-то потусторонние картины. Должен признать, Вы отлично держались, — снова переключился на прежний лад устроитель проекта. — Стойкости Вам не занимать.

— Наверное потому, что я подвох за версту чую, — ответил Бекас. — А ваши камеры следили за нами постоянно?

— Понимаю к чему Вы клоните. Не волнуйтесь. Мы вырезали все пикантные моменты вашей жизни на корабле.

Двери распахнулись, и они вошли в большой зал, ярко освещаемый софитами и наполненный зычным звучанием ритмичной музыки. У противоположного края, каскадом располагалось несколько рядов сидений, по которым рассаживались зрители, а в центре стояли кресла, к которым Ермилов и повёл ошалевшего Бекаса. Когда к ним навстречу бросились живые и здоровые друзья — Анастасия и Вовка, Иван окончательно растерялся и оторопел. Удивление и страх захлестнули его, но тут же развеялись, когда Настя повисла у него на шее, а Геранин пожал ему руку. Они действительно были живы.

— А чьи же трупы сейчас лежат в морозилке? — растерянно пролепетал Бекас.

— Наши! — ответил Владимир и расхохотался.

— Никаких трупов на самом деле нет. Всё это — лишь хитрые фальсификации, искусные подделки, которые мы вам подложили в определённое время, — улыбался продюсер.

— Но это ведь были настоящие тела!

— Силикон, резина и умело обработанная кожа. Благодаря содействию американских мастеров кинематографической бутафории, нам удалось добиться почти абсолютного сходства с органическими аналогами.

— Значит, мы отнесли в морозильник манекены?

— Именно.

— Но как? Как это произошло? — обратился Бекас к своим товарищам.

— Когда я оказалась на грани нервного срыва, меня вывели из игры, — рассказала Настя. — Я просто уснула, а проснулась уже в этой студии, так же как и ты.

— А ты? — Иван посмотрел на Вовку. — Ты же умер на наших глазах!

— Ну-у, вообще-то я притворялся, — потупил взгляд Геранин.

— Когда мы увидели, что Владимир начинает впадать в депрессию, то вышли с ним на контакт и, всё объяснив, попросили подыграть нам перед выходом из игры, — объяснил Ермилов. — Справился он профессионально.

— Да уж… — Бекас нахмурил брови, и погрозил Вовке кулаком. — Я тебе это припомню, урод!

— Не сердись, Ванечка, всё ведь хорошо. Всё закончилось. Мы живы, — гладила его по руке Настя.

— Для Лиды, Серёги и Ольги — ещё ничего не закончилось. Выходит, что вместо меня им сейчас подбросили мою изуродованную резиновую копию?

— Пока нет, — ответил Ермилов. — Вы ещё вернётесь на корабль. Нужно сделать Ваш выход логичным.

— Я не собираюсь пугать друзей, изображая предсмертные судороги.

— Этого делать не придётся.

— Двадцать секунд до эфира, — сообщил какой-то человек с кипой бумажек в руках.

— Ага. Всё, мы готовы, — кивнул Ермилов и отступил назад.

Бекаса, Вовку и Настю усадили в удобные кресла, прикрепив к воротникам маленькие микрофоны. Свет в зале вспыхнул ещё ярче. Загорелись экраны на стенах. Зрители в зале наконец-то расселись. Заработали камеры. Появился знакомый телевизионный ведущий, фамилию которого Бекас вспомнил, лишь когда он сам её назвал, представляясь.