Э. Винников - Последняя охота

Клэр установила курс на своем пульте. Глаза ее блестели, волосы слегка растрепались. Видели бы вы, как она поглядывала на капитана. Она была просто влюблена в него.

— Мне нужен этот кит, — сказал Пинкоски, ни к кому не обращаясь. — Это один из последних. Мы вышли на охоту после долгих поисков. И охота должна быть закончена. Сейчас.

«Рорквал» медленно поднялся на крылья, они не пострадали в аварии. Я подумал, как мал наш кораблик и как велик океан.

— Мы должны сблизиться с ним прежде, чем он нырнет, — сказал Пинкоски.

— Есть, капитан, — отозвалась Клэр.

Это было форменное безумие. И надо же было мне ввязаться в эту историю. Никого бы из нас здесь не было, если бы этот старый сумасброд не посвятил всю свою жизнь одной мечте, а другой старикан, тот, который руководил Организацией Санти, не помог бы эту мечту осуществить.

Вон она, эта мечта, — плывет где-то недалеко в черной воде. Balaenoptera musculus — великий Голубой Кит. Самое большое существо на Земле, мостик между реальностью и мифом.

Может быть, он и не был последним. Специалисты считали, что голубых, или синих, китов осталось несколько десятков. Но это поколение было последним. Они бороздили воды в полном одиночестве там, где когда-то плавали целые стада, и слишком мало шансов было у самца встретить самку.

Вот откуда взялась эта мечта. Вот почему — последняя охота.

— Контакт через минуту, — произнесла Клэр. — Самый малый.

Пинкоски начал снаряжаться. Он надел шлем с фонарем, застегнул защитные очки. Реактивные водные лыжи весят порядочно, но он сам вытащил их на палубу. И наконец, извлек электронный гарпун. В луче света холодно блеснула его игла. Гарпун был длинный, массивный возле рукояти и тонкий на конце. Мне стало как-то не по себе.

Лучший гарпун в ОС — как и все прочее. Замысел старика дорого обходился Организации Санти, Но в конце концов, плевать мне было на эти расходы. Чем это все кончится? Вот что главное.

Турбины почти остановились, «Рорквал» медленно крался вперед.

— Фонтан, — сказала Клэр. — Десять градусов справа по курсу.

Вспыхнул прожектор, и по приказу сонара слепящий луч двинулся по кругу. Темная сцена океана была высвечена кругом белого света, который искал солиста.

А вот и он. Длинный, низкий, гладкий синевато-серый остров медленно удалялся от нас. С трудом можно было различить небольшой спинной плавник, белым призраком вздымался фонтан воды…

Боже, какой он был огромный. Больше, чем я думал. А ведь мне приходилось видеть настоящих великанов: горбатых китов, финвалов, кашалотов.

Король китов, последний и величайший, обреченный исчезнуть с лица Земли по вине человечества. Я видел таких на старинных фотографиях. Из нас троих один Пинкоски видел живого синего кита, мельком и издали, с палубы ракетоносца «Джеймс Бэй», как раз перед тем событием, которое изменило его жизнь.

— Он прекрасен, — прошептал Пинкоски; я едва расслышал его голос в шуме волн, бившихся с борта катера. — Наконец-то…

Он медленно вставил гарпун в стойку, прикрепленную к лыжам. Затем схватился обеими руками за поручень по обе стороны стойки и включил зажигание.

— Удачи, капитан! — взмахнула рукой Клэр.

Какое зрелище! Капитан Ахаб несется к своему киту. Но нам было не до эстетических эмоций. Одиночество и отчаяние пронизывали холодный воздух. Зачем приплыл сюда этот гигант?.. Никогда мы не узнаем об этом.

Лыжи ударились о воду, на мгновение погрузились и тут же вынырнули. Пинкоски ни слова не сказал нам на прощание. Отныне они остались вдвоем. Он и кит.

Кит исчез в волнах и вновь показался за несколько сот метров от прежнего места. Клэр вела «Рорквал», держа кита в поле зрения. Нужны мы или нет — нам суждено было все это увидеть.

Пинкоски летел по широкой дуге, намереваясь выйти к киту сбоку. Было видно, как лыжи с хвостом пены то исчезают, то появляются в волнах.

Промышленная пушка посылает гарпун с палубы китобойца на два километра. Но Пинкоски должен был не просто поразить кита — нужно было попасть в определенную точку.

— Он приближается, — проговорила Клэр. Я молча кивнул.

Человек был мал и хрупок рядом с великим китом. Кит не обращал внимания на человека. Что он мог знать о страсти, которая влекла человека?

Я увидел, как тонкая рука занесла гарпун. Другой рукой Пинкоски держался за поручень. Даже отсюда можно было догадаться, что правая рука, на вид обыкновенная, была искусственной. Искусственная рука, электромеханический гибрид технологии и плоти, держала гарпун.

…Много лет назад на борту военного корабля в дни героической и отчаянной борьбы оказались рядом два молодых человека — моряк и инженер; это были разные люди, но у них была одна и та же мечта. Один из них, как некогда создатель «Дон-Кихота», потерял руку в разгар боя. С той поры завязалась их дружба.

Пинкоски шел вперед, пока волны, расходящиеся от гигантской туши кита, не начали раскачивать его с такой силой, что лыжи готовы были опрокинуться. Блестящий бок кита был совсем близко.

Огромная голова скрылась в пучине. Над водой показался раздвоенный хвост.

Взмахнув протезом, Пинкоски метнул гарпун.

Кит ушел в глубину, взметнув фонтан воды. Шквал пены обрушился на капитана, и, прежде чем Пинкоски успел справиться с лыжами, они перевернулись.

Капитан снова исчез!

На моем пульте запищал сигнал. Машинально я скосил глаза и увидел мигающую красную лампочку…

Пинкоски нигде не было видно.

Опомнившись, я повернулся к Клэр и тронул ее за плечо. Клэр молчала… Автоматически, как во сне, набрала новый курс.

«Рорквал» резко повернул и пошел к источнику радиосигнала.

Я схватил багор и выпрыгнул на борт. Луч прожектора отыскал плывущий пузырь. Я подцепил его багром. Клэр остановила двигатели.

Пинкоски утонул. Завершить охоту пришлось нам.

Я положил пузырь на палубу и стал выбирать линь, тянущийся за пузырем. Блеснул гарпун и звякнул о палубу.

Потом я отсек гарпун ножом от линя. Гарпун был холоден и чист. Океан отмыл его от крови. Я осмотрел оружие капитана. Все было в порядке…

Теперь нужно отвинтить наконечник и рукоять. Рукоять была пустой раньше в ней помещался пузырь, который был выброшен в момент выстрела и вытянул гарпун из тела кита. У меня в руке осталась двухметровая трубка, она матово поблескивала и холодила руку сквозь перчатку. Я увидел зеленый огонек индикатора на конце трубки.

— Ну как? — Клэр заглянула мне через плечо.

— Криоиндикатор в порядке. Все нормально.

— Отлично, — сказала она равнодушно.

Я спустился в форпик, уложил трубку в электронную нишу и подключил аппаратуру. Теперь о содержимом трубки будет заботиться компьютер.

— Эй вы, на борту! Подобрали добычу?