Raptor - Тенебрариум

— И что же?

— Псионическая завеса!

— Она есть у всех.

— Да, но не такая! К дому тридцать седьмой вообще невозможно подойти. Он фонит просто нереально. Я такое встречал только вблизи от колоний ай-талука.

— Антенну видел?

— Нет.

— Значит псионику ничто не усиливает. Она такая сама по себе. Знаете, о чём это говорит? О том, что у тридцать седьмой ай-талука хоть жопой ешь. Целые залежи. Где эта сучка его надыбала?!

— Слу-ушай, — смекнул 6-23. -А не она ли библиотеку распатронила? Точно. Она. Вот сука! Я эту колонию пас больше месяца, с момента созревания. Регулярно наведывался, проверял. Ждал, что вот-вот… И тут на те! Кто-то ободрал всё моё богатство! Теперь понятно, кто это сработал. Ну, гнида! Прирезать бы её.

— Спокойно, спокойно. Успеешь прирезать. Давай лучше думать, что делать будем. Тридцать седьмая-то у нас, оказывается, завидная невеста? — главарь рассмеялся каркающим смехом. — Ну что, сватов к ней будем засылать? Чем я не жених?

— Думать надо, как теперь её выкурить оттуда. С такими запасами ай-талука она сейчас недосягаема.

— У нас есть аргументы, — 1-16 погладил меня по голове. Я сбросил его руку.

— К чёрту аргументы. 3-17 погиб. У нас больше нет троек…

— Как это нет троек? А я? Семнадцатого, конечно, жаль. Знаете, как давно я его знал? Дольше, чем всех вас. Он был мне как брат. Когда я придумал объединение — то он первый ко мне примкнул. А теперь вот погиб. Как это получилось?

— Да ну, как, — начал лидер вернувшейся группы. — Он неуправляемый. Не слушал приказы. Вот и нарвался. Когда мы на завесу нарвались, и начали корчиться, он один был в порядке.

— Правильно. Тройки самые устойчивые к псионическому воздействию. Поэтому я его с вами и отправил.

— Ну так вот. Он когда увидел, что из нашей группы только его не плющит, подорвался один территорию разведать. Я пытался его остановить, но он меня не слушал. Полез через забор, а там конечно же горючий песок. Он, от неожиданности, видимо хотел спрыгнуть на ту сторону, но получил заряд экспломака прямо в бубен. Так и остался там висеть.

— Узнаю его. Всегда таким был. Торопливым и необдуманным. И как только раньше его нигде не прихлопнули? Везло дураку. Но когда-то это должно было закончиться… Значит вы говорите, что тридцать седьмой дома нет?

— Нет, точно нет.

— Тогда пора действовать. Пока она ищет своего питомца, мы нагрянем к ней в гости.

— Каким образом? Там же завеса? — спросил 6-23.

— Используем наши запасы ай-талука.

— Слишком рискованно.

— С каких это пор ты боишься рисковать? Всё, решено. Со мной идут четверо: 6-23, 6-37, 5-41 и 7-06. Остальные остаются здесь, и ждут 7-37. Ваша задача, задержать её здесь как можно дольше. Если убьёте — будет вообще замечательно. С этого (он указал на меня) глаз не спускать! Беречь как зеницу ока! Поняли?

Последовал хор монотонных 'угу'.

— 6-04 остаётся за главного. Подчиняйтесь ему, пока меня нет. 5-41, потащишь мой граммофон. Не могу без музыки.

Двигаясь к выходу, он продолжал раздавать указания. Оставшиеся изгнанники растерянно переминались с ноги на ногу.

— Сиди смирно! — пригрозил мне моим же мачете тощий 6-04 в клетчатой рубашке с закатанными рукавами. — Будешь дёргаться — отрежу тебе мизинец.

Шло время. Головная боль понемногу утихала, хотя к затылку прикасаться было всё ещё очень больно. Бандиты не трогали меня. Деловой 6-04 планировал, как лучше расставить бойцов, чтобы перекрыть все доступы к корпусу. Напротив меня, на столе сидел изгнанник с азиатскими чертами лица, и молча болтал ногой. В руке у него был большой кухонный нож.

Прислонившись щекой к прохладному основанию станка, я, подобравшись, сгорбился на полу, и думал. Неужели Райли уже меня ищет? И, благодаря мне, идёт прямо в ловушку. Как же банально я её подставил. Нужно придумать, как предупредить её… Но я же ничего не могу поделать. Голова от напряжённых дум начинала болеть сильнее. Да и что тут можно предпринять, под бдительным надзором? Одно неловкое движение, и этот круглолицый манкурт без промедлений насадит меня на свой шеф-нож. Вон как косится… Эх, Райли, только бы ты догадалась про западню.

Вдруг начали твориться какие-то странности. Оборванцы забегали туда-сюда. Поглядывали в окна. В их руках появилось оружие. Прислушавшись к их трескотне и возгласам, я узнал, что на одном из наблюдательных пунктов пропал часовой. Руководитель из 6-04 был просто никакущий. Он едва справлялся с внутренней дисциплиной. Поэтому, когда несколько изгнанников собрались искать своего пропавшего коллегу, ему с большим трудом удалось их отговорить. Это были своевольные пятёрки. Шестёрки же подчинялись любым приказам безропотно, и их не приходилось уговаривать. Но при бестолковом командовании вся эффективность от их подчинения сводилась к нулю.

— 6-04! У нас ещё один пропал!

— Где?

— На северном посту!

— Вот, чёрт! Кругами ходит, сволочь! Так. Снять дальние посты! Всех подтянуть к дому. Контролировать первый этаж. Сколько у нас на крыше?

— Двое.

— Хорошо. С улицы народ уберите!

— Всё понял! — подчинённый убежал передавать приказ.

— Что, 6-04, страшно? — игриво спросил 'азиат', ковыряясь острием ножа под грязными ногтями.

— Хрена с два, — командир подошёл к окну. — С нетерпением жду эту падаль.

— А помнишь, как она 4-20 порвала?

— Ну, допустим, помню. И что? К чему ты клонишь?

— Да ни к чему. Просто так говорю. Бой с тридцать седьмой обещает быть интересным. Достойный противник.

— Ты бы лучше по сторонам глядел. Расселся тут, — 6-04 повернулся спиной к стёклам.

— А я что? Я этого стерегу, — он кивнул в мою сторону.

— Куда он денется?

Посмотрев на четвёртого, я увидел, как по ту сторону непрозрачного технического стекла медленно ползёт человекообразная тень. Райли!

— Ты чё вылупился?! — поймал мой пристальный взгляд 6-04.

— Я… Я ничё. Нет, ничего, — опомнился я, замотав головой, после чего тут же сморщился от нового приступа боли и тошноты.

Командир обернулся к окну как раз в тот момент, когда нога силуэта успела скрыться наверху.

— Ещё раз на меня уставишься — пришибу! Морду в пол и не пялься! — отошёл от окна четвёртый. — Ясно тебе, вшивая обезьяна?

— Я всё понял.

— Будет ещё на меня лупить свои шары, врежь ему как следует, 6-39!

— Врежу, врежу, — кивнул 'азиат'.

Послышался звон стекла. Мимо окна что-то пролетело, и гулко шлёпнулось внизу. Неужели сорвалась?! — ёкнуло моё сердце. Четвёртый метнулся обратно к окну. Вместе с ним к подоконнику подбежал ещё один изгнанник, прохаживавшийся вдоль стены.

— Что там? Что упало?

— Чёрт. Да это 6-70. Или не он?

— Да точно он.

— С крыши сбросили?

— Похоже на то.

— Значит она уже наверху. Вот, гадина! Она прямо над нами! Она уже внутри здания!