Raptor - Тенебрариум

И я стал поворачивать руку, выбирая нужную траекторию броска. Проталкивая её сквозь сопротивляющееся пространство, мне казалось, что рука входит в тугую смолу. При этом, как оказалось, совсем не обязательно было выдерживать стандартную скорость движения, и можно было усилить работу мускулов, придав руке дополнительное ускорение, что впрочем было сопряжено с болевыми ощущениями в области мышц и суставов.

Змея тоже двигалась. Когда моя рука приблизилась к ней сантиметров на тридцать, она медленно повернула к ней голову, прицелилась, и набросилась, разинув пасть. Выглядело это жутковато, но опять же, никакого страха я не испытал, потому что теперь уже мог спокойно просчитать скорость движения своей руки и угол отклонения от змеиной атаки. Даже в 'замедленном кадре', змея двигалась довольно быстро. Но и я ей не уступал. По скорости мы были равны, а вот расстояние явно было на моей стороне. Ко всему прочему, я мог крепче сосредоточиться, замедляя время ещё сильнее. При этом наши скорости заметно падали, но зато время на раздумья увеличивалось. Это было непередаваемо!

Конечно же я успел. И как только моя рука вышла из-под удара змеи, в ушах гулко ухнуло, и время тут же вернулось к своему обычному течению. Сердце опять разогналось, а рука с баночкой, по инерции, рванулась назад, и выронила её.

— Чёрт! Чёрт! — я кинулся вслед за своим укатившимся спасением, догнал, трясущимися пальцами отвинтил крышку, и тут же отхлебнул содержимое. — Уфф! У-уфф!

Райли весело рассмеялась.

— Чё ты смеёшься? И почему это противоядие по вкусу совсем как вода?

— Наверное потому, что это вода и есть.

— Но ты же сказала…

— Писатель, успокойся. Я обезвредила 'свистульку' заранее. Сцедила яд и обломала зубы.

— Тогда почему мне так пло…

— Плохо? Ты в этом уверен? Каково твоё самочувствие?

Что за чёрт? Я действительно чувствовал себя превосходно. Он недавней лихорадки не осталось и следа. Лишь укушенная рука слегка саднила, а её мышцы ныли.

— Как это понимать? Я думал, что умираю.

— Вот именно потому, что ты так думал, тебе и было нехорошо. Это нервы. Самовнушение.

— Так значит я…

— Ты будешь жить. Но ранки на руке всё-таки промой. Для этого воспользуйся добытой водичкой.

— Ну и стерва ты, Райли! Ты знаешь об этом? Вот уж не думал, что ты так со мной поступишь!

— Что поделать? Иначе бы ты ни за что не решился на такой поступок, — она ловко ухватила извивающуюся змею за шею. — А эту красавицу я сегодня изжарю тебе на ужин. В знак примирения.

— Просто охренеть можно…

— Да хватит злиться. Всё было под контролем. Я бы никогда не подвергла твою жизнь опасности.

— Я не злюсь. И вообще, я уже не об этом.

— А о чём?

— Об остановке времени. Значит временем можно управлять?

— Управлять нельзя. А вот слегка обманывать можно. То, что ты видел — не было остановкой времени. Время шло своим чередом. Это ты воспринимал его иначе. Мозг работает гораздо быстрее тела. И ай-талук помогает тебе временно оперировать сознанием без привязки к бытовым ограничителям. Это позволяет тебе ускоряться. Заметь, не тело становится быстрее, а только разум. Поэтому принудительное ускорение движений чревато как минимум растяжениями и разрывами связок.

— Я это уже понял, — кивнул я, потрогав ноющую руку.

— Поэтому такой приём используется исключительно для ускорения реакции. Быстрее бегать ты не сможешь, зато быстрее реагировать — легко. Сегодня ты доказал, что способен на те же действия, что и любой изгнанник. Ты двигался так же быстро, как и я. Лови! — она бросила в меня змею.

Я ещё не успел это как следует осознать, как в ушах опять засвистело, и меня окружило воздушное желе. Змея, беспомощно извиваясь, летела ко мне со скоростью брошенного воздушного шарика. Без малейшего труда я одной рукой перехватил её за шею, а другой — за хвост. Затем время вновь вернулось в своё русло.

— Как я и предполагала, одним ай-талуком здесь не обойтись, — продолжила Райли. — Необходим впрыск адреналина. Адреналин выступает катализатором. Он и без ай-талука способен повышать реакцию и вытягивать время в экстренных случаях, просто люди этим пользоваться не умеют. Дай сюда.

Она забрала у меня змею, и протянула взамен табакерку, — А вот это возьми, и всегда носи с собой. Но принимай только в самых необходимых случаях. Постоянно этим не балуйся. Потому что я до сих пор не знаю, как ай-талук влияет на мозги. Но то, что со временем он может серьёзно повлиять на рассудок — это факт. Поэтому не злоупотребляй.

— Понял, — мотнул головой я.

— Ну и молодец. На сегодня уроков достаточно. Мне пора заниматься своими делами. Идём домой, — подобрав узелок, Райли поспешила к лестнице.

Щенячий восторг, вспыхнувший после той тренировки овладел мною настолько сильно, что я моментально позабыл про обиду, вызванную жестоким розыгрышем Райли. Сам не свой от счастья, в своих мыслях я уже примерял на себя яркое трико супергероя. Хотелось немедленно поэкспериментировать со своим новым навыком, и рука сама тянулась к заветной табакерке, но я сдерживался. Да и тренироваться было не на ком. Ни одной твари поблизости. Никто не нападает. Напрасно я облазил соседние коттеджи, надеясь найти ещё одну змею. Там было пусто. Как назло. И потому все мои мысли опять возвращались к Хромому. Он-то был на месте. Вот на ком нужно опробовать свои новые способности. К чему мелочиться? С такими умениями я уже могу кое-что ему противопоставить.

Теперь я уже был уверен, что буду разбираться с мясником. Сначала планировал ещё раз попытаться подбить на это дело Райли, но в свете последних событий, когда чувство собственной значимости зашкалило все разумные пределы, я решил оставить это в тайне, чтобы сделать подруге сюрприз. Вот она удивится, узнав, что я в одиночку завалил мясника! Со змеёй я повёл себя не самым достойным образом, продемонстрировав свою трусость и слабохарактерность. Поэтому поверженный мясник должен меня реабилитировать.

В тот же день, не в силах сидеть на месте, я решил провести разведку боем. Удача мне благоволила, и я пришёл к логову мясника как раз в то время, когда он гонял кого-то по лесу. Вдалеке трещали деревья, и гудел грозный рёв, но самого Хромого видно не было.

Здесь я должен признаться, что при подходе к электростанции, вся моя смелость тут же съёжилась до состояния сухофрукта. Ведь одно дело представлять мясника, находясь от него на приличном удалении, и совсем другое — видеть его воочию, в десятке метров от себя. Что уж там говорить, если даже само его логово, без хозяина, одним своим видом и тяжёлым запахом сокращало мою уверенность в победе до ничтожно малой доли. Зная, что мясника поблизости нет, я всё равно подкрадывался к его жилищу трясясь, как осиновый лист, и прислушиваясь к каждому подозрительному звуку.