В Татаринцев - Анчар

- До Болот? - переспросил долговязый, удивленный тем, что кому-то понадобилось идти в это гиблое место. Но улыбающийся черный мальчик, видимо, не вызвал у него подозрений. - Да кто его знает. Ты заходи, заходи, не бойся.

Великан открыл ворота, и Как-Зол оказался внутри. Увидев Макара Пауковича целиком, он просто обомлел от страха. Не зря тот носил такое странное имя! У гиганта действительно было восемь конечностей и всем своим обликом он напоминал огромное страшное насекомое. Да он и был насекомым. С длинными тонкими ногами, маленькой головой большим мягким брюшком и смешными бесполезными крылышками, которые смогли бы поднять в воздух разве что обычного шмелика - а не такого верзилу! Но внешность обманчива. Паукович был гостеприимен и добр. Его отец, Паук Паукович действительно заманивал в сети случайных прохожих и поступал с ними согласно своему кровожадному вкусу, - но старый Паук давно был сражен в бою Комаром, вступившимся за одну в общем-то весьма легкомысленную муху. А мать странного великана, Карамора Москитовна, как и все караморы, была вполне безобидна и к тому же тайно влюблена в красавца-комарика, которому и помогла одолеть кровожадно мужа. Она и сына своего воспитала примерным вегетарианцем.

- Не бойся меня, - повторил Паукович еще раз. - Я только с виду страшный. На самом деле, я никому не делаю зла. А то что у меня так много рук и ног очень помогает в огородничестве. Смотри сколько грядок я могу обработать один! - И Паукович показал Как-Золу длинные ряды протянувшихся вдоль забора огуречных теплиц, в которых по сплетенным из паутины веревкам круглый год вились огуречные плети, принося для стола огородника пупырчатые плоды. - Я ем одни огурцы. А еще я продаю огурцы шулыканам или меняю на цветных мушек и мотыльков которых они для меня ловят. Да нет, я не ем их, а насаживаю на булавки и прикалываю к картонке. Хочешь, я покажу тебе свою коллекцию?

- Спасибо, - неожиданно для самого себя вежливо произнес черный человечек (видимо, накладные улыбки были укомплектованы вежливостью), как-нибудь в другой раз. Сейчас я тороплюсь очень.

- А зачем тебе в Заповедные Болота? - осведомилось огромное насекомое, выбирая лучшие огурцы и протягивая их улыбавшемуся голливудской улыбкой злыдарю. - Там кикиморы хохочут, полосатые кожаные, болотные старикашки в красных шапках в топь заманить стараются, а по ночам глаза пучат, так что кажется будто каждая кочка подмигивает, а в самой его середине какой-то экспериментатор, говорят, привил к березовому пеньку ужасный ядовитый анчар - от него и вовсе лучше за версту держаться.

"Интересно, - подумал Как-Зол, - зачем это он про анчар вспомнил? Уж не хитрит ли?"

- Да я за клюквой иду, - соврал на ходу корешок-человечек. - Клюква там растет особенная, лекарственная. Моей мамочке для поправления самочувствия требуется.

- Что ж, доброе дело, - закивал своей маленькой головою доверчивый хозяин огуречных плантаций. - Если мама болеет, никакие опасности не страшны. Только как добраться до Заповедных Болот я и сам не знаю. А помочь тебе сможет только, пожалуй, Леший, что живет в трухлявом пеньке в дремучем лесу. И огородник объяснил человечку, в какую сторону идти. Тут Как-Зол вдруг почувствовал, что улыбка его начала таять (ведьма закупала дешевые улыбки низкого качества, и в жару они быстро таяли). Через пару минут Паукович увидит его настоящую злобную рожу. Допустить этого было нельзя. План, придуманный черным мальчиком - а в его голове сразу созрел план, как навредить великану - требовал чтобы верзила не заподозрил неладного. Надо было побыстрее распрощаться с гигантом.

Наскоро поблагодарив хозяина, Как-Зол исчез за воротами. Но он не стал отходить далеко, а найдя дырку в заборе, принялся наблюдать за восьмируким чудищем. Макар Паукович, быстро позабыв об улыбчивом визитере, взялся опять за прополку. Он работал быстро и споро. Умелые скорые руки так и мелькали над грядками. Вскоре гигант-огородник был уже далеко, и мальчишка решил, что пришло время действовать.

- Ложные огурцы, - шумно радовался Как-Зол, - такой пакости еще никто не видывал. Хорошо бы он не только сам их наелся, но и продал шулыканам этим отвратительным рыжим бестиям.

Действительно, в изобретательности маленькому злыдарю не откажешь! Перескочив забор, он очутился на огороде Пауковича. Покопавшись в ранце, Как-Зол извлек оттуда пузырек с какой-то красноватой жидкостью и прочитал по складам: "Рас-твор Лжи. Кон-цен-тра-ция 100%". Он отвинтил крышку, понюхал содержимое пузырька - и тотчас придумал ложную пословицу: "Красно поле рожью, а огурец ложью", - важно продекламировал черный человечек и опорожнил пузырек под стебель одного из растений.

Результат и не заставил себя долго ждать. Не успел злыдарь досчитать и до десяти, как отрава растеклась по плетям и листьям, которые слегка задрожали и покрылись ярко-красной пятнистой сыпью. Потом дрожь прошла, да и сыпь исчезла - и ядовитые растения по виду своему почти ничем не отличались от обычных огурцов, только - то ли от стыда за содеянное Как-Золом, то ли из-за того, что так или иначе ложь всегда проявляется, кожица их имела похожий на стыдливый румянец красноватый оттенок.

Как-Зол внимательно осмотрел злое деяние рук своих и остался доволен. Проклятый верзила наверняка ни о чем не догадается. "Отравится, - радовался вероломный мальчишка, - ей-ей, не сегодня завтра отравится". Хохоча, поминутно оборачиваясь и грозя кулаком в ту сторону, куда ушел бесхитростный многорукий гигант, он перелез через забор и продолжил свой путь. Как-Золу не повезло. В той теплице, где злодей отравил растение, Макар Паукович выращивал огурцы сорта "кораблик", которые не ел, а делал из них кораблики и пускал по ручью. Кораблики сначала имели бумажный парус, а когда тот намокал и отваливался, превращались в зеленые подводные лодки.

Обогнув ферму, Как-Зол пошел в направлении, указанном ему гигантом-огородником. Близился вечер, но черный человечек не боялся темноты. Наоборот, ночью совершать дурные дела проще и легче - ведь никто тебя не увидит и не сможет наказать за это. К счастью, Как-Зол слишком устал от передряг этого дня, чтобы затевать новую пакость. Он знал, что в таких случаях следует зарываться в землю. Все-таки он был корешком, и мать-земля, несмотря на всю его злость, не смогла бы отказать ему в приюте и отдыхе. Достав из ранца совок, злыдарь начал быстро разбрасывать в стороны мягкую почву. Вскоре на том месте, где только что стоял черный мальчик, никого уже не было. Только похожий на свежую кротовину низенький холмик с тремя пожухшими травинками наверху выдавал убежище злого корня. По правде сказать, с ложными огурцами Как-Золу не просто повезло, а не повезло по крупному. Иллюзион Фантазьевич во время своих скитаний по свету в поисках добрых человеческих качеств, утомившись, присел как-то раз отдохнуть у ручья. Он нашел уже и положил в шкатулку честность, сердечность и вежливость, искренность и уменье прощать, и много всего другого. Он возвращался домой после долгих скитаний, но в левый башмак-скороход попал камешек и так тер ногу, что пришлось волшебнику сделать привал у ручья. Вдруг из-за поворота водной тропинки показался странный кораблик. Он был сделан из огурца и имел небольшой бумажный парус.