Вячеслав Жуков - Сердце дурака
- Название:Сердце дурака
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Вячеслав Жуков - Сердце дурака краткое содержание
Сердце дурака - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
После ужина все разбрелись по двору. В вечернем воздухе горят изумрудные искры. Кот выгнул спину, потянулся и вдруг, собравшись в комок, прыгнул Дину на спину. Дин Гиор не среагировал - никто, кроме Кота, не пробует фамильярничать с ним, его размеры и необычайная сила внушают уважение всем. Пятеро котят, один совершенно белого цвета - явная копия Кота, мурлыча, трутся о Дина. Кот, навозившись на его спине, прыгает ко мне на колени; белая шерсть отливает серебром, глаза закрыты - мы изволим почивать.
Ночь сжала пространство, послав покой и тишину. Я встаю и несу Кота в дом, за мной идут Дин с котятами и все остальные. Я разжигаю огонь в камине, поднимаю Кота с кресла и сажусь. Тепло любят все: раньше кошки не заходили в дом, но когда пошли весенние дожди, церемонии были забыты. Мы молчим, каждый думает о своем. Я опускаю руку и беру с пола папку; исписанные страницы шелестят, соединяясь в одно целое новой сказки. Я читаю вслух: "Запах собачьей шерсти". Если уважаемая публика не возражает, на сон грядущий я прочту вам очередную сказку". Никто не возражает. Дин встает, нюхает папку и, улыбнувшись, садится рядом. Я читаю о том, что необходимо мне сегодня, и о чем думаю чаще всего - об умении выдумывать и фантазировать. Сон, дающий силы проснуться, но только не моим слушателям - все, кроме Дина, спят. Я поднимаюсь с кресла и снова включаю проигрыватель, одеваю наушники: - "Мы так любили бы друг друга, когда моложе были б на одну любовь".
Что-нибудь
Июльское утро. Я без толку, сам по себе, шлялся по городу, дышал свежим автомобильным перегаром. Как положено гонял замешкавшихся кошек, пытался с переменным успехом поймать ответное мнение свободных и занятых девушек о своей полузастенчивой улыбке. Город, окутанный постоянным дождевым туманом, словно в волшебной стране без устали менял свои очертания и окраску. Я плыл, подняв паруса, по волнам меланхолии и лени, теряя всякую ориентировку во времени и пространстве. Но рано или поздно все останавливается. И мой поднаторевший в кругосветных плаваниях корабль случайно забрел в первый, попавшийся кабак. У стойки довольно симпатичный, похожий на кинозвезду хозяин, приветливо махнул мне рукой, приняв меня, как часто бывает в таком настроении, за кого-то другого. Я не возражал, тем более, что заведение было, сразу видно, приличным и рентабельным. Сев за свое любимое место - столик у окна - я принялся подсчитывать эффект полезного действия на аппетит проплывавших мимо моего убежища женских ножек. У меня было уже достаточно воспоминаний, чтобы суметь разобраться и в этом. Мой немудреный заказ чересчур быстро выполнили. Я высыпал весь консервированный горошек в тарелку и смешал его с листьями цветной капусты и спаржи. Залил все это соусом и снова уставился в окно. Там неземное создание в короткой юбке и полосатой кофточке с поясом поражало всех своими размерами и поведением. На голову выше всех одуревших от восторга мужчин, длинноногая девчонка, ловя свое отражение в моем окне, поправляла что-то у себя в нижней амуниции, и бровью не вела. Наконец она заметила мою бесстыжую рожу, нахмурилась и бодро вошла в трактир, явно намереваясь сесть за мой стол. Но не тут-то было: ее вовремя опередил, сгибаясь под тяжестью двух пивных кружек, отставной железнодорожник в форме сельских бродяг. Мне повезло: парень был навеселе и с ходу, без остановки, стал раскрывать мне свою повеселевшую душу.
- Когда мне было сорок лет, то есть вчера, я сгонял в крематорий и сбыл там по дешевке своих предков, - с надеждой затянул он.
- Вы, часом, не псих? - вежливо отрезал я.
- Меня зовут Гудвин, Джеймс Гудвин, - улыбнувшись в ответ, сказал железнодорожник. - Вы, верно, здесь впервые?
- Да, зашел перекусить.
- Здесь, к сожалению, так принято. Эту забегаловку арендуют киношники и писаки всех мастей. Я решил, что вы из новых - из неформальной волны. И вижу, к счастью, что ошибся.
- Чудно. А я-то думал, что вы стрелочник.
Парень хорошо и так искренне рассмеялся, но вовремя заглох:
- Эта одежда, плюс немного грима помогают решать некоторые проблемы при контакте с людьми, - смущенно признался он.
Я восхищенно подмигнул длинноногой красотке за соседним столом. Она равнодушно смотрела вдаль, будто находилась от нас за сто миль, за границей презрения.
Гудвин отодвинул кружку, постучал по краю стола ссохшейся рыбиной и затянул дальше:
- Вы, по-видимому, в столице недавно?
- С неделю. Решил рискнуть.
- Наркотики, спиртное, золотишко, - чуть разочарованно заключил он.
- Нет. В университет поступаю, - смело сказал я и агрессивно уставился ему в переносицу. Но он не заржал, а продолжал лакать свое пиво.
- Черт возьми! Вот не думал, не гадал, что кроме новой, есть на свете и другая молодежь.
И я лицом в грязь не ударил. Книжек я перечитал уже прилично, было за что зацепиться. Особенно он прибалдел, когда я выдал ему свою точку зрения на "В небе вместе с бриллиантами" и "Похороны цветка". Тут Гудвин так разгорячился, что забыл о своем пиве и заказал бутылку бордо. Мы с ним чокнулись за здоровье свое и соседки. И сразу же с места в карьер перешли на личные проблемы, точнее, на его. Я внимательно слушал, авось пригодится. Он продолжал распинаться:
- Быть сволочью всегда проще. Чтобы полюбить людей и животных, нужно - или быть большим дураком, или стать мудрецом. И то, и другое накладно и требует определенных усилий. Добро же, совершаемое большинством, чаще всего вырастает из ординарных корыстных побуждений, то есть из зла. И это нормально, как нормальны по отношению к требуемым моральным условиям общества все мы. Так по тесной лестнице подземки все двигаются в строго указанном направлении и со средней скоростью, нагруженной бакалеей домохозяйки. Сами понимаете, скорость эта в разное время при разных условиях будет иная, не говоря уже о том, что подземкой может с успехом управлять и домохозяйка. Все мы в детстве, в стадии наивности, редко обретаем себя, стремясь поскорее отрастить локтевые мускулы, чтобы первыми спуститься по лестнице в стадию цинизма. Затем, обычно нам не хватает умственных сил подняться, соединив в себе наивность и цинизм, доброту и мудрость. Многие, не сумевшие превозмочь время, предпочитают встать в стороне, и лишь единицы бросают вызов мельничным жерновам. Может быть, и мне, сидящему в стороне, сподобится убить дракона. Пока же короткие реплики, сказанные миллионам, успокаивают мою совесть. Это дает мне право назвать себя в некотором роде писателем. Надеюсь, что когда-нибудь у меня хватит сил написать стоящую книгу, где я попробую сказать: "Я часть загнивающей цивилизации, которая никого не любит и не боится, разве что мазохистски страдает от сознания собственной ненужности и меланхолии". Когда-нибудь я не дам нажать на кнопку всей этой банде педерастов и отсидеться в теплом клозете противоатомного логова. В этом году, после долгих проволочек и проверок, мне удалось побывать на нашей ракетной базе, расположенной на территории одной из союзных республик. Пожалуй, сейчас меня волнует только эта тема: соотношение полной покорности и нищеты, с одной стороны, и превосходство номенклатурной тупости - с другой. Но, думаю, не надолго, вот только допью свое пойло, залимоню глаза и прикорну у материнской груди нашей самой... демократии. Выпей за меня, выпей за свое здоровье. Это верное средство против скуки, да и против нас самих. Не увлекайся этим, дружок, как бы тебя не пинала жизнь, хотя бы из чувства противоречия. И спаси тебя господь от равнодушия, лени и меланхолии, а подлость тебя сама найдет. Аминь.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: