Комбат Найтов - В небе только девушки! И…я
- Название:В небе только девушки! И…я
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент АСТ
- Год:2016
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-097492-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Комбат Найтов - В небе только девушки! И…я краткое содержание
А в «той» войне на фронте воевала целая «женская» авиационная дивизия. И хорошо воевала! Но вот беда: прекрасно справлялись со своими обязанностями женщины на легких машинах, знаменитые «ночные ведьмы». Остальным приходилось довольно туго! И мужикам очень туго приходилось, и не один состав сменился в полках, прежде чем выработались навыки, которые требовались для безусловной победы. Шли к этому долго, кроваво, через потери и искореженные машины, но война была закончена в Берлине, а не под Сталинградом. Решалась история на полях Донбасса, Белгородчины, под Курском, Харьковом и Воронежем, которые сами по себе являются «неизвестным Сталинградом».
За дело взялся наш современник: боевой летчик, инженер, выпускник Военно-инженерной академии им. Можайского и просто «хороший человек». Началась эта история 8 августа 2008 года, в дни «пятидневной» войны.
В небе только девушки! И…я - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Сняли все, товарищ генерал-лейтенант. Танки видели, много танков.
– Отдыхайте, в 12.30 ко мне, обедать, а там и снимки будут готовы.
– Ну и рожи! – посмеялся Фалалеев, когда я и прихрамывающая Настя вошли к нему в хату. – Проходите, девочки. Сильно досталось?
– Холодно, очень холодно было. – И у меня, и у Насти распухли лица, несмотря на маски, которыми мы защищали лица. У меня больше, у Насти меньше. У меня руки же заняты все время. Она лицо успевала потереть.
– Кабину бы надо вам герметизировать.
– Ну, это ж только на заводе.
Я доложился о том, что видел на маршруте, и передал «воспоминания» обоих. Генерал передал бумаги адъютанту, и тот унес их в разведотдел ВВС фронта. Обед был просто шикарный. Повара генерала расстарались на славу. После обеда принесли расшифрованные снимки. Аппаратура сработала штатно. Я по курсу и высоте не рыскал. На этом праздник кончился, и Федор Яковлевич засобирался к начальству. Нам приказал по готовности машины перелетать обратно в Воронеж. Так что особо и не поговорили. Подошедшего чуть позже Красовского командующий прихватил с собой, и его самолет, в сопровождении шестерки «яков», пошел куда-то на север. Мы вернулись в дежурную комнату отдыха, собрали вещи и пошли на стоянку. Настя недоумевала, что случилось.
– Нас это пока не касается.
Мы подошли к стоянке. Настя ходит с трудом и медленно. Самолет готов, оставив Настю в машине, прошел на КП и получил разрешение на перелет. Подготовил машину, и мы взлетели. Лететь недалеко. Передали «птичку» в руки Василия Ивановича и побрели домой. Я лежал на спине и никак не мог уснуть, на соседней кровати мирно посапывала штурман. Сегодня уже 11 апреля. Медленно, очень медленно развиваются события, можем не успеть. Глядя в тщательно выбеленный потолок дома, пытаюсь уснуть. Но что-то тревожно на душе. Кто-то хлопает дверью и осторожно стучит в дверь комнаты. Встаю, накидываю гимнастерку, влезаю в галифе. Открыл дверь. Посыльный из штаба ПВО.
– Товарищ капитан, вас вызывает капитан Байбородько.
– Сейчас буду. – Закрываю дверь и толкаю Настю.
– Подъем! Иди ужинать! И в штаб.
– Какой ужин? Не хочу ничего, у меня нога болит.
– Тогда к врачу, получи у него освобождение от полетов.
– Опять полеты! – она открывает глаза, тянется, как кошка, и на одной ноге скачет к зеркалу, посмотреть, что у нее с лицом творится. Рожи у нас обеих разнесло знатно.
– Настя, не придуривайся, в санчасть! – приказал я и двинулся на выход. Вместе с посыльным дошли до Хоперского. По дороге тот все интересовался, что у меня с лицом. Узнав, что я обморозилась, удивленно присвистнул. Я вошел в штаб и доложился. Майор тоже уставился на мою морду.
– Что с вами, Александра Петровна.
– Поморозились, и я, и штурман.
– Жаль! У врача были?
– Нет, помощь мне оказали в Бутурлиновке. Сюда перелетели три часа назад, пытались поспать, но прибежал ваш посыльный.
– По сведениям разведки, готовится большой налет на город, в Коммунарах село два гешвадера «юнкерсов».
– Я это видела. Я привезла эти снимки, и там не «юнкерсы», а «хейнкели». И стоят они там давно. Это они к нам летают.
– Так вы получать освобождение от полетов будете?
– Я – нет. Может быть, его штурман получит. Она хромает сильно, пальцы ног поморозила.
– Ну хорошо, постараюсь обойтись имеющимися средствами. Вам, Александра Петровна, сегодня телефон проведут. Самолет к вылету готов?
– Повреждений не имеет. Ведется послеполетное обслуживание. – Видя, что я отвечаю стандартными и абсолютно незаинтересованными фразами, майор понял, что просто напрасно вытащил меня из постели, чтобы поделиться пришедшими разведданными, источник которых стоял у него перед глазами. Что-то еще пробормотав, он отпустил меня ужинать. В летной столовой все собрались возле нашего столика и обсуждали с Настей, где она сумела так навредить своей физиономии. Она притащилась в столовую в одном сапоге и тапочке, с перевязанной «лапкой». И с удовольствием демонстрировала свою лодыжку, давая всем желающим ее потрогать и погладить. Сборище больных спермотоксикозом было угрожающе большим. Они не сразу сообразили пропустить меня к моему столу. Потом зашикали друг на друга и аккуратно расползлись по соседним, ехидно посмеиваясь надо мной. Я у них сочувствия и участия не вызывал. Подумаешь, морду отморозила. Но официантка Аня Полежаева к концу ужина принесла и поставила на стол довольно большую банку гусиного жира. Я полез в карман за деньгами, но Аня категорически отказалась брать деньги.
– Это – домашний, мы с мамой гусей держим. Я специально домой сбегала. Это вам, товарищ капитан, и Настеньке. Нас тут женщин много, – она показала рукой в сторону кухни, – но летаете только вы.
Я помахал рукой в сторону раздачи, откуда послышались ответные приветствия. Тыл и фронт продемонстрировали единство. На самом деле, вполне прилично кормят, довольно вкусно. Разносолов, правда, нет, но приготовлено хорошо, почти по-домашнему.
Ночью был налет, но не на Воронеж, а на аэродром в Бутурлиновке. Нас по тревоге не поднимали, несмотря на то что я освобождения от полетов не получал. Утром прибыло начальство, ввалились прямиком к нам в хату, с подарками из Москвы, и поинтересовалось, когда сможем повторить полет.
– Я хоть сегодня, а лейтенант Афанасьева временно отстранена.
– Ну, штурмана мы тебе найдем!
– Не надо никого искать! – тут же завелась Настя. – До самолета дохромаю, или подвезут, а сидеть в кресле я могу.
– Нет, Настя, что я с тобой делать буду, если нас собьют. Давайте замену.
Во второй полет пошли в то же время, штурманом полетел капитан Волгарев, из 47-й ОКАЭ, у него был небольшой опыт высотных полетов. Приказано посмотреть еще глубже у противника, включая станции и мосты через Днепр. Ставка требует разобраться с резервами у немцев. И Фалалеев, и Красовский побывали в Ставке. Наши снимки уже там. А я беспокоился! Волгарев – маленький, худенький, последнее время летал на СБ, но перед этим – на «пешке». С удивлением увидел позади «птички» четыре пушки на козлах и заклеенные перкалем коки и отверстия в центроплане.
– Ничего себе! – кивнул он на орудия. – Ваши?
Я кивнул головой.
– Так это Пе-2 или Пе-3.
– Это Пе-2ВИР – высотный истребитель-разведчик. – Мы обходили и осматривали машину перед полетом, подсвечивая себе фонариком. Все было в порядке, мы хлопнули с Иванычем ладошками, и я показал капитану на трап, разрешая занять место в кабине. Зря я согласился поменять штурмана! Он начал путаться в настройках радиопеленгатора, в итоге пришлось взять ориентирование на себя, правда, с рассветом он восстановил ориентировку и давал довольно точное место. Работать с радио он умел плохо, а времени его проверить перед вылетом начальство не предоставило.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: